Звезды

Харви Кэтрин

– Отис, вы похожи на человека, которому я могу доверять, – сказал Дэнни, игнорируя приглашение сесть. – Человека, на которого я могу положиться.

– О, вы можете, мистер Маккей, можете.

– Хорошо, Отис. Могу я вас называть Отис? Я видел вас по телевидению пару недель назад и не мог поверить вашим словам о том, будто мисс Хайленд жива. Это правда? У вас действительно есть доказательства?

Отис почувствовал, как пот тонкой струйкой побежал между лопаток.

– Д-да, я как будто имею доказательства, то есть я думаю, что нашел ее. Я имею в виду, да… – «Боже», подумал он снова, пытаясь выдержать магнетический взгляд Дэнни. Отис прежде никогда не встречался с преподобным лично, но слышал о сверхъестественной силе внушения, которой он обладал, одним взглядом заставляя людей подчиняться. Отис воображал.

Одно дело морочить публику, но с Дэнни – совсем другое, с ним надобно быть откровеннее. – Нет, фактических доказательств у меня нет, но интуиция подсказывает…

Дэнни улыбнулся.

– Интуиция газетчика? Вроде той, за которую Вудвард и Бернштейн получили Пулитцеровскую премию?

В глазах Тиса мелькнуло удовлетворение. Ему нравилось, что Дэнни Маккей говорит с ним вполне уважительно.

– Да, – сказал он быстро, чувствуя, что самообладание окончательно вернулось к нему. – Почти такая же. Понимаешь, парень, э, понимаете, ваше преподобие, не так уж легко быть хорошим журналистом. Сегодня столько жалких писак развелось. Интуиция мне подсказала, что Беверли Хайленд жива, я начал расследовать кое-что. Вышел на несколько следов, проверил каждый и вроде бы нашел то, что надо.

Дэнни потянулся и взял фото из газеты. Внимательно изучил его, потом сказал:

– Это и есть Беверли Хайленд?

Отис посмотрел на снимок. Нет, это не Беверли, это – другая, он недавно установил ее личность.

– Дайте мне объяснить, – начал Отис, – эта женщина такого же возраста, как Беверли, и ведет довольно уединенный образ жизни. Она очень богата и чем-то напоминает Беверли. Зная, что Беверли также была богата и вкладывала деньги во множество предприятий, я подумал, что она приняла новый облик с целью уклониться от налогов. Потом я провел дальнейшие розыски о прошлом этой женщины и…

Он повернулся спиной к Дэнни, чтобы взять досье на Беверли Берджесс – женщину, которая, как он теперь не сомневался, была Хайленд. Он не увидел ножа. Все, что он почувствовал, был внезапный сильный ожог вокруг шеи, будто язва внутри живота взорвалась и выбросила жар в глотку. А затем что-то теплое потекло на воротник.

Он бросил на Дэнни ошеломленный взгляд и тяжело упал на пол. Дэнни переступил через мертвое тело и подошел к письменному столу. Взял остатки сандвича Отиса. Слишком много горчицы, подумал он, откусил и начал жевать; но вообще-то вкусный. Он не мог оторвать глаз от фото, которое держал в руке и под которым Куинн нацарапал «Это, Беверли Хайленд?».

Внезапно ему вспомнилась сцена в номере отеля «Сенчури-Плаза» три с половиной года назад. Крайняя комната была полна людьми, входившими в штат Дэнни по проведению предвыборной кампании, телефон звонил непрерывно. В другой комнате сидел он с Боннером, Беверли и ее телохранитель, и Беверли говорила Дэнни: «Если ты хочешь, чтобы я спасла тебя, Дэнни, ты должен умолять меня на коленях. Я хочу видеть, как ты молишь меня, так же, как я однажды умоляла тебя. Одно мое слово, Дэнни, и ты не только не будешь следующим президентом Соединенных Штатов, но весь мир отвернется от тебя, а остаток жизни ты проведешь в тюрьме».

У него не было выбора. Он опустился на колени, слезы текли по лицу, и начал молить у нее прощения.

А затем она бросила его на растерзание волкам.

Он изучал лицо на фото. Хотя она выглядит иначе, нежели Беверли, – лицо не очень похоже, вместо белокурых волос с французской укладкой – темные, до плеч, но она может быть Беверли. Косметика старит лицо, да она могла сделать и пластическую операцию, как однажды уже делала много лет назад.

Чем дольше Дэнни разглядывал фото, тем больше убеждался, что женщина на нем – Беверли. Он хотел верить этому, ему это было необходимо. Он прочел подпись под фото: Филиппа Робертс. «Филиппа Робертс, – говорилось в подписи, – живет в настоящее время в Перте, Западная Австралия».

Дэнни улыбнулся: итак, он нашел эту суку. Теперь он будет преследовать ее и заставит заплатить за все.

5

Перт, Западная Австралия.

Когда двадцатисемилетний Рики Пембертон пять лет назад приехал из Тасмании, влекомый желанием покончить с жизнью среди яблонь и пуститься на поиски приключений на западном побережье Австралии,

он и мечтать не мог, что станет, в конце концов, секретарем у такой женщины. Ожидая получения по факсу подтверждения из «Стар» о бронировании бунгало, он смотрел в окно своего служебного кабинета, видел солнечные блики, играющие на поверхности плавательного бассейна, дорические колонны, сквозь которые поблескивала Лебяжья река, и пришел к выводу, что лучшей доли, чем работать на Филиппу Робертс, он и представить себе не мог.

И вспомнил, что оказался на этой работе благодаря пари на пять долларов в пабе.

Он иногда с изумлением оглядывался назад, на те дни – неужели это было только год назад? – когда он заполнял свое время, катаясь на лодке и слоняясь по берегу в ожидании случайной работы; тогда весь его гардероб состоял из джинсов и старой плетеной шляпы, которую он купил у одного аборигена за пинту пива. О рубашках и обуви он не беспокоился. Он водил «Отродье Сабуру» с выведенными на борту огромными буквами «Океанские гоночные яхты близко к берегу не допускаются» и неделями знать не знал, откуда брать деньги на аренду. Но он был счастлив, счастлив по-своему, наслаждаясь своей неустроенностью, ожиданием счастливого случая. Он не хотел оставаться бродягой, но ему было чуждо честолюбие, которое побуждало других парней поступать в колледжи или приносить другие жертвы во имя карьеры. Рики, как и большинство его друзей, хотел обеспеченной жизни, но мечтал получить ее без каких-либо усилий. Многие из них нашли ее, устроившись работать в домах миллионеров, расположенных вдоль Лебяжьей реки. Они сделались телохранителями, лодочниками, садовниками, слугами и даже выгуливали собак. Вот почему и возник однажды между Рики и его друзьями спор о затворнице-американке Филиппе Робертс. Хотя Филиппа Робертс была отнюдь не единственной необщительной личностью, живущей на побережье от Пера до Фримантла, но о ней болтали больше всего. С одной стороны, она только два месяца назад внезапно появилась, поселившись на вилле, которая пустовала. С другой стороны, она возглавляла компанию, которая была хорошо известна, и даже Рики знал о ней, поскольку его мать была членом «Старлайта» с тех пор, как он себя помнил. И так случилось, что однажды вечером усталые – весь день катали туристов на лодке – Рики и его приятели медленно потягивали пиво в любимом пабе, и имя Филиппы Робертс всплыло в разговоре. Речь шла о том, как перебраться через высокую стену ее виллы и получить у нее легкую работу.

Рики видел ее много раз, когда плавал на лодке или занимался виндсерфингом у мыса Резолюшн. Она появлялась там каждый день в одно и то же время и стояла на самой оконечности мыса, повернувшись лицом к ветру и вглядываясь в море. Постояв так около часа, она обычно возвращалась по берегу до виллы, где жила одна. Он представлял себе, что она любит лодки и море. Тогда-то и пришла ему идея.

– Думаю, я смогу сделать это, – сказал он приятелям.

– Попытайся, – сказал его друг Фредо, как и Рики, загорелый, мускулистый и светловолосый, верящий, что будущее – это то, что случается с другими людьми. – Пять долларов ставлю, если однажды пройдешь в ворота, когда их откроют для фургона с мебелью. Подойдешь так к двери, постучишься и скажешь, что нужна работа. Шофер и слуга проводят тебя обратно за ворота.

Но Рики не думал о воротах, и пари было заключено. Пятерка долларов была отдана не хранение Фредо, и Рики решил выиграть ее.

Его план включал сорокафутовую Лебяжью реку, сужавшуюся как раз у частного причала виллы Филиппы, у которого стояла на приколе первоклассная гоночная яхта, день за днем покачиваясь и крутясь на речном течении. Никто ею не пользовался, следы запустения видны были и на деревянных, покрытых трещинами деталях, и на потускневшем металле. Рики выбрал день, когда с океана дул сильный ветер. Он рассчитал, что мисс Робертс будет завтракать на той, окруженной колоннами, террасе за домом. Выйдя на лодке и прихватив кое-какое снаряжение, он собирался поработать на яхте, счистить птичий помет с палубы. Затем он намеревался, надев водолазный костюм, поднырнуть под дно яхты и очистить ее корпус от ила. Он надраит каждую деталь на яхте, хорошо видную с того места, откуда мисс Роберте может появиться, и тогда его усердие будет вознаграждено. Итак, он начал осуществлять свой план, и она оказалась на причале и смотрела на него.