Звезды в кармане
Шрифт:
– Но долго не протянем, – печально вздохнул Васька, – Общаться-то нам – не с кем…
– А принцесса? – отвалил челюсть гарргав.
– Ну… можно, конечно, – задумчиво кивнул Васька, – Лёха бы, например, с удовольствием с ней общался…
– Пошляк!
– Только, по-моему, она против…
Последняя фраза совпала с лёгкими шагами у дверей спальни.
Тук-тук!
– Могу я войти? – спросила Илга.
– О чём речь! – обрадовался Васька, – В любое время!
Я двинул его
– …И подругу приводи, – массируя колено, добавил Лубенчиков уже шёпотом.
Илга окинула ироничным взглядом наши небритые физиономии:
– Как спалось?
– Как в раю! – расплылся Васька, – Всю ночь снилась всякая чепуха – говорящие собаки и летающие острова.
– Жду вас к завтраку. Через полчаса.
Люди быстро привыкают ко многим вещам. Но особенно легко – привыкать к комфорту.
Пользоваться здешней сантехникой мы научились ещё вчера. А сегодня устранили отдельные пробелы в знаниях. Пёс Снежок с удовольствием выступал в роли консультанта.
Не обошлось, конечно, и без мелких ошибок.
Васька торопливо намылил голову «шампунью». А Снежок его разочаровал:
– Это гель для удаления волос.
Чертыхающийся Лубенчиков сунул голову под струю воды. Но гель был хороший. И уже подействовал.
Васька с ужасом заглянул в зеркало.
– А что? Тебе идёт, – хихикнул лохматый Бинк. И пулей вылетел из ванной. Попробовать гель на нём мы не успели.
– Даже бровей не осталось… – застонал Лубенчиков, – Меня девушки любить не будут…
– Брови – не главное, – как мог успокоил я.
– Это что, навсегда? – обреченно поинтересовался Васька.
Снежок радостно сверкнул клыками. И сжалился над Лубенчиковым:
– Через две недели – отрастёт.
Иногда неприятности имеют хорошую сторону. Благодаря злосчастному гелю наши подбородки легко освободились от щетины и обрели идеальный вид. Как раз для торжественных обедов с участием царственных особ.
Когда мы явились к столу, Бинк уже восседал в кресле. С важным видом втолковывал ньюфаундленду Таггу:
– Компьютер спёкся, навигационная система – тоже. Половину модулей придётся менять. Энергореактор, синхронизаторы, триггерные усилители…
– Кое-что у нас есть, – кивнул гарргав.
– Это предварительный список. Там ещё повозиться надо. Осмотр, тестирование…
Мы переглянулись. Сели рядом. Тихонько, чтобы не отвлекать Бинка от важного разговора.
– …А ещё калибовка гипергенератора. Без точной калибровки – всё не имеет смысла.
Васька подмигнул мне и расплылся. Кой-какие сдвиги налицо!
Мы так увлеклись, что не заметили бесшумно возникшую Илгу.
Она тихо присела напротив.
– …Стабилизировать
Илга широким жестом указала на стынущий завтрак.
Процесс уничтожения местных деликатесов длился почти в абсолютном безмолвии.
Первой нарушила молчание Илга. Похвалила новую причёску Лубенчикова.
– Да, – согласился он, с нежностью проводя ладонью по гладкой, как бильярдный шар, лысине, – Иногда хочется чего-то…
– Нестандартного, – подсказал я.
– Ага. С детства мечтал быть похожим на любимого киногероя…
– На колобка? – удивился я.
Васька сердито скривился. Только ответить не успел.
Бинк, вяло ковырявший в тарелке, вдруг кашлянул. И сказал – абсолютно без всякой связи с разговором:
– Ваше высочество, могу я осмотреть звездолёт?
– Конечно, – легко кивнула Илга.
Глава 10
Подлетая во флаере, мы заметили громадный цилиндр ещё издалека.
Он стоял на том же месте – посреди обширного луга. И в этот раз не было никаких пространственных искривлений.
– Убрали блокирующее поле? – тоном знатока спросил Бинк.
– А чего зря энергию тратить, – пожал плечами Шонн, коренастый мужчина средних лет. Он был здесь за старшего по технической части – даже гарргавы уважительно именовали его «мастером».
– Вы засекли нас ещё за атмосферой?
Мастер Шонн скромно прищурился:
– Ну… Мы тоже кой-чего умеем. Надеюсь, посадка вышла мягкой?
– Грех жаловаться… И часто у вас бывают гости?
– Иногда, – уклончиво ответил Шонн. Лукаво подмигнул:
– Одного я так и не понял – как вам удалось выскользнуть из под «колпака»?
Бинк зыркнул в нашу сторону. Он-то прекрасно помнил, кому из нас удалось обнаружить выход. Но вслух туманно заметил:
– Настоящего космоходца такие мелочи не остановят…
Ас хренов!
Там среди звёзд, было слишком мало света и времени – мы просто не успели всё толком разглядеть. Потом была дымка, скрадывавшая очертания корабля-цилиндра…
Сейчас, при ярком солнечном свете, звездолёт выглядел просто кошмарно.
Почернелый, кое-где вдавленный корпус. Неряшливые латки, трещины…
Мы обошли его кругом.
Бинк что-то бормотал под нос, чесал затылок. Мастер Шонн внимательно щурился. Один раз он слегка ковырнул пальцем. Изрядный кусок покрытия отвалился.
– …твою мать! – испуганно брякнул Лубенчиков.
– Что? – не понял Бинк.
– Говорю, лучше его не ковырять. А то лететь будет не на чем!
Я нахмурился.