Звёздочка
Шрифт:
Сопротивление атмосферы падает, и скорость увеличивается. Гель перестал ощущаться вовсе. Света-Вероника вырвалась из сетей и выровняла истребитель, отключила двигатель, позволяя инерции нести в сторону луны, мимо спутников и платформ ПКО. Интерфейс фонаря поблек и отключился, позволяя девочке насладиться видами открытого космоса.
В стороне пролетают грузовые и пассажирские корабли. Под ней прокручивается планета, прикрывается облаками и кокетливо показывает то кусок суши, то океана. А впереди сверкают россыпи звёзд, холодная алмазная пыль на чёрном бархате.
Светлана
Идиллию прервал тревожный сигнал. Вернулся интерфейс и сообщил о недостатке топлива. Вероника откинулась в кресле, пытаясь засмеяться, но в геле это попросту невозможно и она спазматически дёргается, запрокидывая голову. Чудо, что в истребителе вообще было топливо. Видимо, техники оставили тот минимум, чтобы внутренние системы функционировали для учеников.
Время принимать наказание. Прошлась пальцами по приборной панели и запустила сигнал бедствия.
***
Ректор быстрым шагом вошёл в ангар, где всё ещё царит паника. Слышно, как сержант отдаёт вышедшей на связь Веронике команды по подготовке к эвакуации с орбиты. В стороне стоит Грай и остальные кадеты, слишком сбитые с толку произошедшим, чтобы испугаться. При виде Велизария все вытянулись по струнке, отдали честь, да так и застыли с ладонью у виска. Ректор откашлялся в кулак и сказал спокойной:
— Инструктор Грай, пожалуйста, пройдёмте в кабинет, нужно обсудить детали.
— Конечно, — с улыбкой ответил Грай и указал на сторожку техников в дальнем углу ангара. — Пройдёмте.
Когда дверь за ними закрылась, Велизарий развернулся и без замаха впечатал кулак в солнечное сплетение. Грай согнулся пополам, закашлялся, отплёвываясь, по подбородку потекла мутная слюна. Ладонь вцепилась в плечо, распрямила до хруста в позвонках, и кулак ударил в то же место. Уже с замахом. Инструктор упал на колени, задыхаясь и едва сдерживая рвоту. Велизарий нависает над ним, скрипя зубами.
— Какого хрена ты творишь? Думаешь, я поверю, что она сама умудрилась?! Это, мать твою, твоя вина! А если бы кадет погиб или бы другие погибли бы?! О чём ты думал?!
Не дожидаясь ответа вздёрнул на ноги и ударил в живот с такой силой, что почти выбил кусок хребта. Замахнулся влепить в челюсть, но опустил руку и Грая, что мешком рухнул под ноги. Задёргался, сипло смеясь и выплёвывая кровавую слюну.
— Не поверишь... действительно недосмотрел...
— Ага, и топливо залилось случайно!
— Ну... там был минимум... иначе машина в негодность придёт. Сам же знаешь, эти движки и батареи не терпят простоя...
— А блокиратор кто снял?!
— Я не думал, что она
Велизарий поджал губы и медленно выдохнул, сжимая кулаки.
— Спасибо, хоть не по лицу. — Просипел Грай, садясь и утирая губы.
Его всё же стошнило желчью. Ректор швырнул платок на грудь и прорычал.
— Тебя по роже бить — только краше делать. Утрись, нельзя, чтобы курсанты видели тебя в таком виде.
— Знаю... знаю...
Поднялся, цепляясь за стену и прижимая ладонь к животу, хрипло хохотнул и указал на потолок.
— И всё же, Вел, у нас тут бриллиант.
— Такой псих, как и ты. — Выдохнул Велизарий, закатывая глаза, покачал головой и добавил. — Но да, талант есть.
***
Суд был громкий и быстрый. Веронику фон Эфер приговорили к десяти плетям и двум неделям одиночного заключения на гауптвахте. Плети, как оказалось, были самой мягкой и даже милосердной частью. Едва живую Веронику, с забинтованным торсом и шеей, бросили в бетонный мешок с единственным окошком и койкой из цельного куска дерева.
Вместо еды, питательный гель, по текстуре и цвету похожий на цемент. По вкусу, наверное, цемент будет слаще. Днём Света шагает по камере, измеряя каждый сантиметр и соотнося с собой. От стены до стены восемь шагов до потолка — один прыжок. В окно падает свет, и по нему можно отслеживать течение времени. Она даже поставила из комочков геля точки, отмечающие часы. Ночью через него ей подмигивают звёзды и манят к себе. Странно, что её не отчислили после такой выходки.
***
Светлана проснулась среди ночи от шорохов за окном и сдавленного «пс-с-с». Открыла глаза и огляделась. В камере темно, а из окна бьёт узкий луч лунного света. Однако, по ту сторону кто-то явно пытается заявить о себе.
— Кто там? — Сонно пробормотала Света, садясь на койке и потирая глаза кулаками.
— Это я, Марлин...
В решётку вцепились девичьи пальцы, и, перекрывая свет, появилось лицо подруги.
— Ха! Как ты забралась туда? — Вероника подошла к окну, гадая, неужели Марлин притащила стремянку.
— Ну, мне помогает... да стой ты спокойной! — Громко прошептала Марлин, глянула вниз. — Мордред.
— Угу... — Пропыхтело снизу. — В добровольно-принудительном порядке, ты бы хоть обувь сняла, больно же...
— Скажи спасибо, что я не на каблуках.
Марлин подмигнула и протянула Веронике пачку сигарет и тонкую зажигалку.
— Вот, поможет скоротать время.
— А может, лучше книгу?
— Книгу у тебя найдут сразу, а это можно спрятать там, где искать не станут.