Звезда ведьмы
Шрифт:
Не все были согласны. «Мы рискуем многим, чтобы защитить одну жизнь», — спорил Эррил. Но Елена отказывалась действовать поспешно, и Эррил склонился перед ее волей. Тем не менее сейчас он стоял рядом с ней с топором в руке. Двое стражников позади него держали ведра смолы и горящие факелы. Эррил не собирался рисковать, полагаясь только на магию, если поднимется какое-то зло.
Елена тоже не хотела излишне рисковать. В сумке за ее плечом лежал Кровавый Дневник. Это была первая ночь полной луны. С ее светом книга сможет открыть путь в Пустоту,
— Луна поднимается, — произнес голос за ее спиной.
Вырванная из своей задумчивости, она обернулась и обнаружила Арлекина Квэйла, стоящего на посыпанной гравием дорожке позади нее. Ни один колокольчик из сотен на его одежде не зазвенел, когда он подошел. Он стоял, глубоко засунув руки в карманы. Его бледная синеватая кожа сияла в свете факелов.
— Что ты здесь делаешь? — раздраженно спросил Эррил.
Арлекин пожал плечами, вытащил трубку из кармана и начал прикуривать.
— Я слышал о ребенке и о дереве. Я пришел предложить поддержку, какую смогу.
— Помощи у нас более чем достаточно, — сказал Эррил, нахмурив брови.
— Тогда, возможно, я просто вышел прогуляться под луной, — его трубка разгорелась. Он слегка затянулся, повернувшись спиной к стендайцу.
Елена бросила хмурый взгляд на Эррила и потянулась коснуться локтя Арлекина. В прошлый раз он ушел слишком быстро, и она не успела выразить ему признательность за риск, на который он пошел, чтобы принести свои мрачные вести. Теперь она могла, по крайней мере, поблагодарить его.
— Спасибо тебе, — сказала она.
Он кивнул, его золотые глаза сияли, их взгляд было невозможно прочесть. Позади него широкие двери внутреннего двора хлопнули, открываясь, и возникла темная тень. Проблеск страха прошел сквозь нее. Арлекин бросил взгляд через плечо.
— Твой братец, не так ли?
Квэйл был прав. Она послала пажа за Джоахом. Из них всех ее брат был лучше всего знаком с черными искусствами. Если искажение живет здесь, его руководство может стать полезным.
Ее брат подошел шаркающей походкой, тяжело опираясь на посох.
— По виду он мог бы быть твоим дедушкой, — пробормотал Арлекин, держа трубку во рту.
Джоах не расслышал слова коротышки. Елена заставила свое лицо принять вежливое выражение. Даже спустя столько времени вид брата, ставшего старым и немощным, потрясал ее.
— Спасибо, что пришел, Джоах.
Она представила Арлекина Квэйла.
Ее брат кивнул, рассматривая чужестранца с подозрительностью. Трудно было сказать, кто более скептичен и недоверчив: Эррил или Джоах.
— Что случилось, Ель? — спросил он, повернувшись к ней. Она быстро объяснила.
Джоах перевел взгляд на дерево, он изучал его, сузив глаза.
— Хорошо, что ты послала за мной, — сказал он. — Какая бы магия ни крылась в этих темных бутонах, лучше всего
Елена повернулась к дереву.
— У нас есть оружие и магическое, и не магическое.
Джоах посмотрел на топоры и ведра со смолой.
— Хорошо, хорошо, — он провел рукой по рукоятке посоха. Она заметила перчатку из кожи теленка. С момента своего старения Джоах становился все более и более чувствительным к холоду.
Нилан выступила вперед, и рядом с ней Родрико.
— Время подходит. Первая полная луна лета близка к восходу.
Елена глянула мимо стен замка. Половина полного лунного диска сияла серебром над горизонтом. Это ненадолго. Она стянула перчатки, открыв рубиновую розу своей силы. Каждая кисть от запястья была покрыта завитками темно-красного цвета. Елена сцепила пальцы и направила дикую магию из своей крови в руки. Глубоко внутри многоголосье силы зазвенело ярче; она укротила ее и подчинила силу своей власти. Ее правый кулак сиял ярче огня восходящего солнца, левый вобрал лазурные тона луны: ведьмин огонь и холодный огонь.
Коснувшись запястья, она вытащила серебряно-черный кинжал с рукояткой, украшенной розой, — кинжал ведьмы. Она заточила лезвие, чтобы освободить магию внутри себя, открыть канал, чтобы впустить энергию Пустоты в этот мир.
Но прежде она надрезала кончик пальца и, закрыв глаза, помазала веки кровью. Вспышка огня осветила ее зрение знакомым ожогом. Она открыла глаза и взглянула на новый мир. Все осталось прежним, но теперь скрытые узоры магии открылись ее заколдованным глазам. Она заметила серебряное мерцание стихийного огня в Нилан, Мерике и даже в мальчике.
Но ее внимание было приковано к дереву.
То, что прежде было стволом и зеленью, теперь сверкало внутренним огнем. Потоки силы бежали вверх по стволу, разделяясь в его ветвях, расщепляясь в стебельках. Чистая стихийная энергия вздымалась из самой земли, магия корней и плодородной земли.
Она никогда бы не предположила такой силы в маленьком деревце. Каждый цветок был факелом магии, горевшим ярче любой звезды.
Она начала сомневаться в своем решении защитить дерево.
Эррил почувствовал ее колебания.
— С тобой все в порядке? — спросил он.
Она кивнула, сдержав беспокойство. Если она выскажет свои сомнения, Эррил, как она подозревала, потребует немедленно уничтожить дерево. Так что она просто махнула рукой.
Нилан опустилась на колени возле мальчика, что-то шепча ему на ухо. Родрико кивнул головой, его глаза смотрели на дерево, когда он снимал свои сапоги.
Елена изучающе смотрела на него. Сильный, яркий свет стихийного огня сиял в его груди. Но странности продолжились, Елена заметила узы между мальчиком и деревцем. Серебряные нити соединяли безбрежную энергию дерева с мерцанием внутри сердца ребенка. Елена знала, что Нилан была права. Эти двое были явно связаны. Если деревце уничтожить, Родрико непременно увянет вместе с ним.