Звезда надежды

Норамли Гленда

— Это же невозможно! — охнул Скоу. — Керис, ты только представь себе расстояния! Не может же он обойти всю Звезду Надежды!

— Зверь. Не забывай о Звере, — мрачно ответила девушка. — Не знаю, что это такое, но, похоже, Даврон едет на каком-то сверхъестественном чудовище — каком-то порождении Карасмы: неутомимом, невероятно быстром…

Квирк судорожно вздохнул:

— Что ты собираешься делать?

— Вернуться. Дождаться его вне леу, в той части Звезды Надежды, которая еще не… стала меченой. — Она намеренно употребила это слово: именно так теперь представлялось ей то, что делалось с землей, — она разрушалась, осквернялась, делалась

меченой.

— А потом? — спросил Скоу.

— Сожгу карту, наверное. Чтобы уничтожить леу. Возможно, и Даврона тоже.

Скоу молчал, обдумывая ее слова, потом медленно произнес:

— Керис, откуда берется леу?

— Из Клыка, — ответила она.

— А не поможет ли, если мы перекроем источник, как ты думаешь? Ты ведь захватила с собой карту, на которой есть Клык, верно?

Керис резко втянула воздух.

— Да. Конечно, захватила. Я взяла с собой все, что может нам понадобиться.

Она соскользнула с седла и вытащила из вьюка пачку карт. Скоу и Квирк тоже спешились и стали смотреть через плечо Керис. Нигде на изображенной на карте территории не было видно людей. Мост и здания у начала ирригационного канала на карту не попали, так что отсутствие человеческой активности было неудивительным. Люди нечасто появлялись в окрестностях слияния потоков леу.

Сам Клык выглядел как кипящий котел, но похлебка, которая в нем варилась, была цвета крови и густая, как клей. Она переливалась через край, и кроваво-красная полоса тянулась через границу Звезды Надежды.

— Если ты вернешь окрестностям Клыка стабильность, что случится со снабжением леу Звезды Надежды? — спросил Квирк.

— Думаю, что день или два ничего не случится, — ответила Керис. — Помнишь карту, которую я сожгла? Поток леу просто раздвоился и стал обтекать неизменную точку. Но рискнем ли мы это сделать? Что, если я ошибаюсь и Даврон все еще там? Мы можем его убить или даже сотворить что-то еще более ужасное.

Вместо ответа Скоу достал трут и огниво.

— Нет! — воскликнула Керис, полная сомнений, чуть ли не в панике. — Нет, не надо! Я не могу…

— Тогда я отправлюсь к Клыку, — сказал Скоу, — и возьму карту с собой. Если Даврона там нет, я ее сожгу. Керис кивнула, облегченно переводя дыхание.

— Прекрасная мысль! Если ты увидишь, что вредоносная леу перестала литься в Звезду Надежды, ты будешь знать, что мне каким-то образом удалось остановить Даврона и карту сжигать не нужно. Квирк, ты отправляйся вместе со Скоу. Я вернусь на территорию, еще не захваченную скверной, и буду там ждать.

— Жаль, что у нас нет карт самой Звезды Надежды, — сказал Квирк. — Тогда бы мы точно знали, где искать Даврона.

— Он появится, — сказала Керис. «Я говорю о нем, как об опоздавшем на праздничный обед», — подумала она и поморщилась. — Скоу, возьми с собой компас. Я могу найти дорогу обратно, просто двигаясь под прямым углом к направлению движения леу.

— Но что… что, если я понадоблюсь там, где будешь ты? — глухо спросил Скоу. — Если понадобится убить Даврона… Керис посмотрела на него так, что меченый опустил глаза.

— Ты слышал, что сказал Мелдор: есть и другие возможности. И запомни, что я скажу: если Даврон умрет, он умрет от моей руки — ничьей больше. — «Если я смогу…»

Скоу задумчиво посмотрел на нее, кивнул и взял компас. Керис подошла к нему и поцеловала в щеку, не обращая внимания на жгучую боль. Потом она поцеловала и Квирка, вскочила в седло — как всегда, старательно избегая прикосновения к меченому

скакуну, — и уехала, не оглядываясь назад.

Скоу и Квирк посмотрели друг на друга, и Квирк вопросительно поднял бровь.

— Стоит ли мне ехать с тобой, как ты думаешь?

— Пожалуй, не стоит, — ответил Скоу с легкой улыбкой. — По-моему, мы оба будем счастливее, если ты от этого воздержишься.

— Должен же кто-то оказаться рядом с Давроном, чтобы в нужный момент огреть его по голове, — согласился Квирк. — Правда, как мне это удастся, если он пронесется мимо на своем неистовом Звере, я понятия не имею.

— Просто сделай все, что можешь, и присмотри за ними обоими, — сказал Скоу. Печаль в его голосе была гораздо красноречивее слов.

Керис отъехала немного от границы леу — мерзкой пульсирующей линии, отделяющей оскверненную землю от нетронутой части Звезды Надежды. Ей было нужно время на приготовления, и она не хотела оказаться лицом к лицу с Давроном и Зверем прежде, чем будет готова.

Когда, по ее мнению, она оказалась достаточно далеко от леу, Керис распаковала свои картографические принадлежности и принялась наносить на карту местность вокруг себя. Она измерила расстояние между двумя скалами и вершиной небольшого холма, чтобы получить точное значение одной стороны треугольника, потом произвела триангуляцию по обе стороны от этой линии. Участок был небольшим: Керис требовалась крупномасштабная карта, и как только она нанесла на нее основные ориентиры — скалы, вершину холма, купу деревьев, — девушка начала раскрашивать лист пергамента содержащими леу красками. За этим занятием прошло несколько часов.

Еще не закончив раскрашивания карты, Керис услышала рокот. Она не сразу поняла, слышит его или чувствует, как дрожит земля. Потом до нее долетел порыв ветра. Подняв глаза, она увидела облако пыли, приближающееся со стороны границы леу, — приближающееся очень быстро.

Решительно подавив поднимающуюся панику, она навела на облако подзорную трубу.

Далекое движение приблизилось, прояснилось…

Даврон ехал на Звере.

Он стоял на массивном плече твари — человек, подвергающийся невыносимой пытке. Все тело его содрогалось, по лицу струился пот. Рубашку Даврон сбросил, и было видно, как судорожно дергаются его мускулы. Амулет, который он носил, теперь, казалось, стал ему велик: так похудел он за несколько часов. Ребра, набухшие вены были видны под истончившейся кожей. Тело Даврона было телом человека, которого коснулась смерть. Голова его стала похожа на череп, щеки ввалились, губы раздвинулись в неестественной застывшей улыбке.

«О Создатель, что стало с его глазами!» — подумала Керис. Глаза словно прожгли дыры в черепе, ушли глубоко внутрь, и боль, отражавшаяся в них, не поддавалась оценке рассудка.

Зверь же, на котором Даврон ехал…

Он был огромен — больше любого животного, созданного природой. До необычайно широких плеч не дотянулся бы и очень высокий человек. Толстая шея несла голову, больше всего напоминающую таран. Даже раскинув руки, нельзя было бы измерить расстояние между злобными, горящими красным глазами. Лоб чудовища венчал единственный закрученный спиралью рог, светившийся, как раскаленное докрасна железо, — от него в прохладном воздухе пасмурного дня летели клубы пара. Мощные ноги быстро несли тварь вперед; они взрывали землю и оставляли за собой выжженные следы. От шкуры Зверя разлетались искры, яркие, как капли расплавленного металла.