Звезда Авроры
Шрифт:
К счастью для нас, этот сержант как раз обычный.
– Есть, мэм! – рапортует он и рявкает на своих людей: – Уровень тринадцать! Шевелись!
Отделение проносится мимо нас. Скарлетт орет в ларингофон, спрашивая, куда подевались пожарные команды.
Доходим до турболифта, я давлю на кнопки под поливающим нас серебряным дождем. Лампы вспыхивают серым.
– Финиан, сколько еще времени до того, как они снова включат камеры в сеть? – спрашиваю я.
Он смотрит на унигласс, качает головой.
–
– Понятно. Все охранные группы на пути на уровень двенадцать. Стыковочный ангар на пятом. Кэт, берешь Зилу, Фина и Кэла туда и готовите «Лонгбоу» к запуску. Без шума. Если через пять минут нас на борту не будет…
– Тай, я не буду без тебя стартовать, – говорит Кэт.
– Я хотел сказать «жди еще пять минут», но ты права. Надо будет стартовать без меня.
– А куда ты? – спрашивает Финиан.
– Мы со Скар пойдем вызволять Аврору.
– Я с вами, – говорит Кэл.
– Нет, – отрезаю я. – Ты никуда не пойдешь. Ты среди нас как белая ворона двух метров роста с острыми ушами. Отправляйся в ангар, может, туда придется пробиваться с боем.
– Вам определенно придется пробиваться с боем к Авроре, – говорит Кэл, делая шаг вперед. – А я это лучше любого из вас умею.
– Я вам отдал приказ, легионер! – рычу я.
Кэл склоняет голову набок:
– Можете подать на меня рапорт, сэр.
– Ради милости Творца! – вздыхает Скар. – Давайте вы уже поцелуетесь и помиритесь?
– Интересно, можно ли придумать зрелище хуже? – спрашивает Финиан.
Приходит лифт, с шипением открываются двери – под несмолкающую тревогу. Я думаю, отчего такая настойчивость. Почему Кэл так рвется спасать Аврору после того, как так по-хамски с ней обошелся на «Сагане». Но, глядя ему в глаза, я вижу, что сам он и полслова не скажет, если я не нажму, но ради дыхания Творца – у нас просто времени нет.
– Скар, давай с Кэт. Пять минут, потом стартуете. Это – приказ.
Скарлетт смотрит на меня, моргает сквозь серебристый дождь.
– Есть, сэр!
Четверо грузятся в турболифт, я гляжу в глаза Кэт, и двери закрываются с шипением. Обернувшись сердито к Кэлу, встречаю взгляд тверже алмаза.
– Главные заключенные должны находиться на гауптвахте на одиннадцатом, – говорю я.
– За мной, – отвечает сильдратиец. И добавляет: – Сэр.
Мы несемся к лестнице, перескакивая через четыре ступеньки, спускаемся на уровень ниже. В самом коридоре Кэл идет впереди, все еще держа перед собой руки в магнитных наручниках.
Я шагаю сзади, наставив ему в спину пистолет в надежде, что похож на охранника, конвоирующего арестанта. Нам навстречу пробегает группа
Ну это если выберемся живыми.
Гауптвахта почти пустынна – большинство солдат наверху, ищут нас. Я вижу за пропускным пунктом коридор, по обе его стороны идут тяжелые двери. За рабочей станцией что-то печатает младший офицер, другой сидит за конторкой и что-то орет в коммуникатор, пытаясь перекрыть корабельный сигнал тревоги. Он мне машет рукой, чтобы я подождал.
И тут начинается.
Какое-то необычное покалывание на шее сзади. Вдруг воздух становится густым, почти заряженным, будто статическим электричеством. Над журчанием двигателей, за визгом тревоги слышен какой-то шум. Почти…
Почти шепот?
Я смотрю на Кэла и по его слегка нахмуренному лицу понимаю, что он тоже это слышит. Офицер на гауптвахте моргает и смотрит в сторону камер.
Внезапно мигает и гаснет свет, оставляя нас в темноте. Шепот становится громче, отчетливей, будто еще чуть-чуть – и станут слышны слова, а помещение… вибрирует. Из черноты слышен высокий вскрик, за ним влажный хруст, и все двери камер вышибает одновременно, сминая титановый сплав как бумагу.
Сдыхают сразу все изображения на всех консолях.
Смолкают машины и сигналы тревоги.
Включается над головой тусклое аварийное освещение.
У терранских штурмовиков имеется четыре отдельных реактора, сотни предохранителей и десяток резервных систем. Но как бы ни было это невозможно, сейчас я вижу, что весь корабль потерял питание целиком и полностью. Тишина после всех этих шумов оглушает, и я смотрю в коридор, гадая, что за чертовщина там происходит. Через одну из выбитых дверей вытекает длинная, темно-серая, тягучая поблескивающая струя, и это может быть только…
– Кровь, – шепчет офицер и тянется к кобуре.
Кэл пользуется возможностью, срывает с себя магнитные наручники и бьет ими офицера в горло. Тот падает, ловя ртом воздух, Кэл перескакивает через конторку, бьет дважды и оставляет офицера в луже крови на полу. Младший офицер с криком оборачивается, вскидывая пистолет, Кэл ему ломает запястье и локоть, потом оглушает – у меня не было даже шанса спустить курок.
Сильдратиец выпрямляется, отбрасывая длинные косы за спину, лицо его абсолютно спокойно, будто он всего лишь обед заказал.