Звезда Авроры
Шрифт:
Показывай путь, младший братец.
С шипением отворяется дверь, входят четыре солдата АОТ, с головы до ног в тактической броне, в руках у них дезинтеграторные пистолеты. Ведет их лейтенант – я с ней разговаривал в шлюзе станции «Саган». Она останавливается, приподнимает бровь за щитком и разглядывает лужу на полу, мою мокрую форму.
– Бывает, легионер, – улыбается она. – А теперь идемте с нами, мы допросим вас и затем вместе с экипажем доставим на Аврору как раз к ужину.
Я снова
Она оглядывает лейтенанта с головы до ног.
Смотрит на меня.
Хмурится.
Врут.
Чувствую, как растет вокруг меня напряжение. Кэт сжала кулаки.
Ощущаю ледяную ярость Кэла, глядящего на этих солдат, только что убивших сотню его соплеменников и ведущих себя как ни в чем не бывало.
Не знаю, чего стоят Зила или Финиан в общей потасовке, но нас шестеро против четверых, и если они думают, что я бодро потопаю туда, где меня убьют, то они плохо меня знают.
Я встаю, небрежно улыбаясь, ямочки на полную мощность.
– Не вопрос, лейтенант, – отвечаю.
И всаживаю локоть прямо ей в горло.
Большую часть удара принимает на себя броня, но равновесие женщина теряет. Я бью ее ногой в колено, она падает, выронив пистолет.
Комната взрывается движением. Остальные трое военных направляют оружие мне в грудь. За спиной одной из них возникает Кэл и ударяет вытянутыми пальцами под ухо – оперативница падает, будто вдохнула хорошую дозу каменного дыма с Леириума. Кэт сбивает другого, они схватываются за его оружие, а Скар запускает пустой водяной бак в голову третьего. Тот отлетает к Финиану. Экзокостюм визжит, когда Финиан захватывает солдата в тиски.
У лейтенанта я вырываю пистолет и прикладом бью в лицо. От удара шлем сворачивается набок, мы падаем в борьбе, лейтенант успевает оттолкнуть оружие прочь. Ей удается двинуть мне коленом в пах, и мир озаряется белой вспышкой от боли. Опрокинув меня на спину, она выхватывает из-за пояса другой пистолет и приставляет к моей голове.
Чья-то рука хватает ее за подбородок, и три пальца бьют в шею сбоку. Лейтенант со вздохом падает с меня, закатывая глаза. Надо мной стоит Кэл, глаза его прищурены.
Ни один серебристый волосок из прически не выбился. Сам он даже не запыхался.
Морщась от боли в паху, я оглядываю камеру. Остальные трое солдат АОТ валяются сломанными куклами.
Все в полной отключке. Побитые, окровавленные, с переломанными костями.
Скар, Кэт и Финиан глядят на нашего Танка со смесью благоговения и ужаса. Все молчат.
– Ты только не думай, будто это значит, что ты мне нравишься, – говорит наконец Кэт. – Но я официально признаю: ты произвел на меня впечатление.
– Тут стало жарко или это только мне кажется? – спрашивает Скарлетт.
–
Сильдратиец протягивает мне руку.
– Нам нужно уходить, сэр.
Я соображаю, что впервые после той драки в Академии Кэл предлагает к нему прикоснуться. Зная, какое значение придают сильдратийцы прикосновениям, я понимаю, что предложение надо принять.
Я хватаюсь за него, он меня поднимает на ноги. Я пытаюсь не смотреть на окровавленных солдат. Земных окровавленных солдат. Мысли несутся вскачь в поисках выхода.
Численное превосходство противника – сто к одному. Аври в руках ГРУ. Наш «Лонгбоу» у них под замком. Но терранские космические корабли я изучал с шести лет и знаю расположение помещений штурмовика. И пусть эта шайка неудачников, разгильдяев и социопатов – отбросы, которых никто не выбрал в Наборе, в своем деле они оказались совсем не слабаками. Если я буду держать их в руках, чтобы мы стали одной командой, может, еще и выберемся живыми…
Ревет сирена тревоги, по корабельной трансляции звучит объявление:
– Охрана к изолятору 12А. Охрана к изолятору 12А немедленно.
– Это за нами, – предупреждает Кэт.
– Ладно, слушайте, – говорю я. – У меня есть план.
– Пожарная тревога, уровень двенадцать. Аварийную бригаду на уровень двенадцать немедленно.
Мы шагаем к лифтам под вой сирен, когда нас обнаруживает отделение АОТ. Они за углом, дезинтеграторы подняты, лазерные прицелы прорезают струи системы пожаротушения. Мы все еще в Складке, шкала цветов монохромная, водяная пыль серебристая, глаза сержанта почти черные.
– Ни с места! – рявкает он.
Вперед выходит Скарлетт, сверкая лейтенантскими звездочками на воротнике, огненные волосы кажутся серыми. Мне велики ботинки, и не то чтобы я хвастался, но в этой тактической броне как-то тесно в паху. Все же если учесть, что мундиры мы сняли с четырех отключенных солдат АОТ, вид у нас почти убедительный. Кэт и Зила топчутся сзади, а между нами Кэл и Финиан в магнитных наручниках, выглядящие достаточно напуганными. Скарлетт вполне хватает наглости заполнить паузу.
– Взяли двоих, – сообщает она. – Остальные четверо прорвались к вентиляции. Тащите своих людей на тринадцатый, мы этих ведем в изолятор!
Командир отделения хмурит брови за щитком.
– Вентиляция? Нам не…
– Вас в детстве роняли, сержант? – рявкает на него Скарлетт. – Я только что вам отдала приказ! Шевелитесь, пока я не отправила ваши задницы прямиком в Складку!
Что хотите говорите про военных, но, слава Творцу, думать их не учат. А учат выполнять приказы.
Какая бы ни была на них форма: Легион, АОТ, что угодно, но когда обычному сержанту лейтенант заорет «прыгай», единственным вопросом будет «на какую высоту?».