Звереныш
Шрифт:
– Что ты здесь делаешь?
Лео ничего не ответил, снова приступив к своей скромной трапезе.
– Ну куда же я мог уйти?
– В город, - подсказал Хьюланн.
– Там, наверху, целый город.
– Нет. Там другие наоли. Город оккупирован.
– Тогда за его пределы! Подальше отсюда!
– С моей ногой уже лучше, - согласился Лео, - хотя я все равно не смог бы нормально идти. Но даже если б смог... Не забывай, что там война!
Хьюланн не нашелся что ответить. Первый раз в жизни
– Холодно, - заметил Лео, продолжая есть.
– А на тебе ничего нет. Тебе не холодно?
Хьюланн пересек комнату, сел на кучу хлама напротив мальчика на расстоянии нескольких футов и как-то рассеянно проговорил:
– Нет, мне не холодно. У нас нет постоянной температуры тела, как у вас. Она изменяется согласно температуре вокруг. Хотя, конечно, не очень сильно. Да, еще наша кожа. Если мы хотим сохранить тепло в теле, мы делаем так, что кожа становится непреодолимой преградой для прохождения холода.
– А я вот замерз, - пожаловался Лео. Он отложил в сторону пустую банку, от которой все еще струился пар.
– Я ищу персональный обогреватель с того самого момента, как рухнул город. И не могу найти. Может, ты принесешь мне один?
наоли недоверчиво взглянул на мальчика и сам не заметил, как сказал:
– Может быть. Я видел их на раскопках.
– Это было бы здорово!
– Если я достану то, что ты просишь, ты уйдешь?
Лео снова пожал плечами, что казалось его самым примечательным жестом. Только Хьюланну очень хотелось узнать, что же означает этот жест.
– Куда мне идти?
Хьюланн как-то неопределенно провел рукой по воздуху:
– Подальше из города. Даже если там мало чего есть. Ты мог бы взять с собой еду и дождаться, пока мы уйдем.
– Десять лет?
– Да.
– Это глупо.
– Да, глупо.
– Отступаете туда, откуда начинали войну?
– Да, это так.
– А тебе не больно так?
– поинтересовался Лео, наклоняясь вперед.
– Как?
– Когда ты втягиваешь губы и они накрывают зубы?
Хьюланн быстро обнажил зубы, прикоснулся рукой к губам и ощупал их.
– Нет, - протянул он, - у нас нет нервных окончаний в верхних слоях кожи.
– Ты выглядишь так забавно!
– фыркнул Лео. Затем втянул губы внутрь рта, прикрывая ими зубы, попробовал что-то сказать и расхохотался.
Хьюланн тоже рассмеялся, глядя, как мальчик копирует его мимику. Неужели он и правда так выглядит? Втянутые губы делали лицо наоли загадочным; или он, по крайней мере, привык рассматривать это именно так. Но в такой пародийной версии он действительно выглядел смешным.
– Что ты делаешь?
– Мальчик прямо-таки закатился от смеха.
– Ты о чем?
– спросил
– Что это за шум?
– Мальчик удивленно посмотрел на Хьюланна.
– Шум?
– Какой-то хрипящий звук. Хьюланн смутился:
– Ну, так мы выражаем веселье, радость. Смех. Как у тебя.
– Это похоже на бульканье в забитой чем-то водосточной трубе, - заметил Лео.
– Неужели мой смех тоже такой противный для тебя?
Хьюланн снова засмеялся:
– А ты издаешь какое-то странное журчание. Я не замечал этого раньше. Похоже на то, как кричат некоторые птицы в моем мире. Огромные и волосатые. Ноги у них длиной около трех футов, а клюв маленький-маленький!
Они смеялись до тех пор, пока не устали.
– Сколько ты сможешь оставаться здесь сегодня?
– спросил мальчик после нескольких минут приятной тишины.
Хьюланн снова почувствовал себя подавленным.
– Недолго. А ты - и того меньше. Ты должен уходить. Немедленно.
– Я же уже сказал, что не могу, Хьюланн.
– Никаких возражений! Ты должен сейчас же бежать отсюда, или я сделаю то, что обязан был сделать с самого начала. Я сдам тебя палачам.
Лео даже не шелохнулся.
Хьюланн встал.
– Уходи!
– скомандовал он.
– Нет, Хьюланн.
– Уходи! Сейчас же уходи!
– Он схватил мальчика с пола, удивившись, насколько тот был легким. Он тряс Лео до тех пор, пока на лице человечка не выступили пятна.
– Сейчас же! Или я сам тебя убью!
– И Хьюланн бросил его на пол.
Лео не сделал ни малейшего движения, чтобы убежать. Он посмотрел на Хьюланна, потом на разбросанную на полу одежду. И принялся подтягивать ее к себе и закрывать тело, чтобы удержать тепло. И вот уже незакрытыми остались только глаза, которые пристально смотрели на Хьюланна.
– Что ты со мной делаешь!
– воскликнул Хьюланн. Гнев уступил место раздражению.
– Лео, ты не должен заставлять меня делать это. Пожалуйста. Ты поступаешь очень плохо.
Ответа не последовало.
– Неужели ты не понимаешь, что делаешь? Ты делаешь из меня преступника... предателя.
Порыв ветра проник в развалины и закружил пыль вокруг них. Хьюланн не замечал этого. Мальчик начал глубже зарываться в свое гнездо.
– Лучше бы ты позволил крысе убить меня. Глупый ребенок! Зачем ты предупредил меня? Кто я тебе? Думаю, для тебя было бы лучше, если бы я был мертв, а не жив.
Лео слушал.
– Какой я глупец. Я предал свой народ.
– Война окончена, - напомнил Лео.
– Вы победили.
Хьюланн согнулся от острой боли в желудках.
– Нет! Нет! Война не окончена, пока полностью не истреблена одна из сторон. И никому не будет пощады в этой войне.