Зверь
Шрифт:
— Да все нормально, по-старому. Учеба, дом, редкие прогулки. Я ж привыкла с тобой время проводить, а ты как в воду канула.
Я виновато опускаю глаза и снова обнимаю Машу. Так хочется, чтобы она выслушала меня, поддержала, но не здесь и не сейчас.
— Пошли, ладно уж, а то опоздаем на пару. — тянет она меня за руку.
Время как всегда, пролетело незаметно, никто в этот день меня не донимал, что само по себе было удивительным. Но отбросив нехорошие мысли, я нахожу Машу, и мы идем в буфет. Берем по кружке кофе с круассаном и усаживаемся за столик. Памятуя о том, что у меня
— Марусь, времени нет, я расскажу вкратце…
Пересказываю разговор с отцом и вижу, что у подруги от переживания даже руки слегка затряслись.
— И что теперь? — спрашивает она. — Ты это, не дрейфь, собирай вещи и переезжай ко мне. Мама тебя любит и конечно будет только рада твоему переезду к нам.
— Прости родная, но я не могу… пока. Вся сложность в том, что я уже как три недели живу с мужчиной.
— Каким мужчиной? Да откуда он у тебя, ты ведь домушница, не выходишь никуда. — Машка прикрыла рот рукой. — О, прости. Я не хотела тебя обидеть.
— Ты отчасти права, так что тут не на что обижаться. Нас познакомил Сергей Альбертович, где-то месяц назад. Все завертелось, закрутилось мгновенно. Люблю его больше жизни. — я врала. Безбожно врала лучшей подруге!
— Ну ты даешь, Поля! Удивила, так удивила.
А что еще я могла сказать ей, что я в плену, и не знаю, как выбраться?! Вмешивать ее в это все я не хотела, не хватало еще, чтобы она и ее семья пострадали. Уже зная, Доминика и его методы, я не стану рисковать подругой. Уж лучше самой как-то решить эту проблему.
— Ты прости, Машенька, но мне уже пора. Ему не нравится, когда я задерживаюсь. Мы с тобой еще завтра увидимся и обязательно поболтаем. — я целую ее в щеку и вылетаю из буфета, пока она не успела меня остановить новым вопросом.
Чувствовала я себя отвратительно, мы ведь привыкли с Машкой доверять друг другу, но я пыталась успокоить свою совесть тем, что это все делается ради ее блага.
Естественно меня ждет на улице машина. Саша выходит хмурый. Открывает мне дверь и я сажусь внутрь.
— Полина Сергеевна, вы играете с огнем. — я прекрасно поняла, о чем он говорит.
— Больше этого не повторится. — отвечаю.
Дома как всегда Елизавета Петровна что-то готовит, но отрывается от своих дел и выходит меня встречать.
— Уже вернулась. — говорит она.
— Да, Лизавета Петровна. Признаться, я очень рада, что возобновила учебу.
— Согласна, это хорошая новость. Теперь тебе не придётся целыми днями возиться у плиты.
— Ну что вы, это ведь я сама напросилась к вам в ученицы, к тому же это прекрасный способ убить время.
Лизавета Петровна негромко смеётся и зовёт меня перекусить. Я с радостью соглашаюсь и усаживаюсь за стол.
— Поля, я понимаю, что лезу туда, куда не стоило бы, и все же, позволь задать тебе вопрос. — серьёзно начала женщина.
Я напряглась, уже зная, что её беспокоит. Даже вилку в сторону отложила.
— Лизавета Петровна, присядьте. Этот разговор мне неприятен, но я слишком хорошо к вам отношусь, чтобы сейчас уйти от ответа.
— Я поняла, доченька. Извини, что лезу не в свое дело. — её обращение ко мне, лишь
Я молчала, не зная, что ответить. Врать ненавижу, но и всю правду ей рассказать не могу. Наконец, собравшись с духом, говорю:
— Лизаветочка Петровна, — я встала со стула и робко обняла её, — не переживайте за меня. У нас не все гладко в отношениях, но он бы никогда сделал мне что-то плохое.
— Тогда что у тебя на шее, деточка? — не отступает от своего женщина.
Я даже вижу в её глазах слезы.
— Он не делает ничего такого, против чего я бы возражала. — заявляю я и щеки мои, как обычно это бывает, краснеют ото лжи. И конечно это не остаётся незамеченным Елизаветой Петровной. Но видимо чувствуя, что я не стану продолжать разговор, качает головой и тихо произносит, гладя меня по голове:
— Надеюсь, ты знаешь с кем имеешь дело. — сказав это, она уходит, оставляя меня в замешательстве.
Непростое решение
После ухода Елизаветы Петровны, я еще какое-то время сидела за столом и раздумывала над ситуацией, в которой оказалась. Все выглядело слишком печально, будущее виделось мне мрачным и безрадостным. Теперь уже осознав и приняв то, что я действительно осталась совсем одна, нужно было думать наперед. "Пока у меня есть финансовая поддержка Доминика, я могу существовать, а дальше что?" Это не может продолжаться вечно, ведь он сам сказал, что быстро теряет интерес к женщинам. Так что, скорее всего надолго я в его жизни не задержусь, и уже сейчас я должна все обмозговать и продумать свои дальнейшие шаги и планы. В любом случае, я должна с ним поговорить, чтобы понять, на что я могу расчитывать, оставаясь рядом. Одно знаю точно, просто так у меня не получится исчезнуть из его жизни. Цепляет он меня сильно. И хоть груб он со мной, а все ж сердцу видно не прикажешь. Бесчувственный подонок, что еще о нем сказать.
Думать, конечно, можно все что угодно, но пора бы уже и за учебу садиться, наверстывать то, что упустила.
Вечер…
Закрывая очередную тетрадь с выполненным заданием, я, наконец, довольно улыбаюсь. Все. На сегодня работа окончена и можно немного расслабиться. Время близится к девяти вечера, а я до сих пор не спустилась на ужин, хотя Лизавета Петровна не раз поднималась ко мне, созывая перекусить. Дома Доминик или нет, я не знала, а и если честно, даже не спрашивала об этом. Мысли о нем, конечно, не покидали мою голову, но я старалась не сильно отвлекаться на свои бредовые фантазии. "Нечего к нему привыкать и строить воздушные замки".
Спускаюсь вниз, а там никого. " Наверное, Лизавета Петровна пошла уже отдыхать. "Обнаруживаю на столе овощной салат и накладываю немного в тарелку. С аппетитом уплетаю все, что положила себе и довольно улыбаюсь. Спать вроде бы и не очень хочется, а заняться нечем. И тут я вспоминаю, что захватила с "отцовского" дома ноутбук. Я уже знаю, что меня интересует. Практически бегом поднимаюсь обратно в спальню, нахожу ноут и открываю. Пока он загружается, меня даже начинает потряхивать от желания поскорее узнать хоть что-то о моем звере.