Зверь

Белых Татьяна

Незаметно набрав воздуха в легкие, она делает шаг вперед. Глаза ищут зверя, но найти никак не могут. Ресторан полон людей. На сцене, поет какой-то знаменитый артист. Все тихо и спокойно, но только не на душе у девушки. Неожиданно ее за руку хватает какой-то молодой парнишка, примерно ее возраста. Подносит руку к своим губам и начинает целовать, восхваляя ее красоту. Полина резко разворачивается, чувствуя чей-то взгляд. Он будто обжигает все ее существо. Доминик. Он стоит в двух шагах от нее, лицо каменное, по бокам двое отхранников,

которым он небрежно кивает, и они уводят под руки того самого паренька. Мы остаемся одни. Для меня уж точно перестает существовать все вокруг, я залюбовалась им, его суровой красотой. Высокий, статный, крупный. Казалось, он заполнял собой весь зал. И безумно красивый. Только холодный и неприступный. На лице, как обычно, невозможно прочитать ни единой эмоции.

— Пошли. — сухо бросает он и разворачивается, идя в вип комнату.

Выжидаю некоторое время и следую за ним. Вхожу в помещение и застываю. Он уже вальяжно сидит на диване. На столике открытая и уже наполовину пустая бутылка виски, какие-то бумажки, а рядом пепельница и пачка сигарет. Он при мне еще ни разу не курил, да и запахом табака от него никогда не пахло. Как будто прочитав мои мысли, Доминик достает сигарету и прикуривает, выпуская облако дыма. Не скажу, что мне этот запах неприятен, просто не привычно.

— Присаживайся, Лина. У нас с тобой состоится долгий и серьезный разговор.

Прохожу мимо и сажусь на диван в паре метров от него.

Доминик зорко наблюдает за моими движениями. Лицо его мрачнеет с каждой минутой нашего молчания. Он кивает головой на стол и произносит:

— Не хочешь ознакомиться?

Сначала я даже не поняла о чем он, а потом мой взгляд коснулся бумаг на столе. Тянусь за ними, а когда они все же оказываются у меня в руках, застываю. Первой оказывается справка от гинеколога, где написано, что я являюсь девственницей, а на других бумагах результаты анализов. Я тут же вспомнила, как громко смеялась в истерике над его ошибкой, и что он мне тогда ответил.

Откидываю в сторону бумаги и нагло спрашиваю:

— И что теперь? Девственницы вас не привлекают, гос-н Северн?

— Напротив, девочка, это многое меняет.

Разоблачение 2

После его слов вся моя смелость улетучилась. Чувствую, как от лица отхлынула кровь. А этот зверь лишь коротко ухмыльнулся.

В этот момент официант приносит легкие закуски и бутылку вина.

— Я сам. — Доминик избавляется от парня и наливает мне бокал вина. — Пей. Тебе сегодня пригодится.

Вот тут я с ним полностью согласна, поэтому хватаю бокал и залпом выпиваю.

— Полегче, терпеть не могу пьяных баб. — выдает он, а сам берет бутылку виски и делает глоток прямо с горла.

Я отставляю в сторону бокал и мысленно признаю свою ошибку. Напиваться мне нельзя, нам предстоит разговор, где моя голова должна быть трезвой, а поступки адекватными. Он кивает головой на закуски, говоря:

— Тебе

надо больше есть. — затем накладывает мне в тарелку немного овощей и пару тарталеток с каким-то салатом.

— Спасибо. — произношу я. И хоть кусок в горло не лезет, все равно беру вилку, накалываю огурец и подношу к губам.

Он наблюдает, как я ем, а сам в это время снова прикладывается к бутылке. И тут я понимаю, что мне нужно начать разговор, пока он еще трезвый.

— Доминик, нам действительно нужно поговорить. В твое отсутствие кое-что произошло. Это кое-что связано с моим отцом. — начинаю я, но он вдруг меня прерывает, поднеся к своему рту палец:

— Тсс. Я в курсе. Всегда в курсе, где моя баба, с кем, что она делает и что происходит.

Я во все глаза смотрю на него с удивлением. " Это что же получается, он в курсе моей дружбы с Игорем и Лизаветой Петровной?"

— Да, Полина. Я знаю о своей женщине все, в том числе и то, о чем ты сейчас подумала. Единственное, чего я не знал, так это то, что у такого чудовища, как твой отец, имеется невинная дочь.

— И ты не станешь ругаться? — мне бы очень не хотелось, чтобы он что-то причинил плохое моим новым друзьям. Я в жизни себе никогда не прощу, если с ними что-то случится.

— Я не против твоего увлечения готовкой, но очень скоро у тебя не будет так много времени на это. Я решил изменить свое решение на счет института, ты должна закончить учебу.

— Но как, ведь меня наверняка уже отчислили?!

— Не бери в голову, я все решил. — уверенно говорит Доминик, и я не могу скрыть радости от этой новости.

Мое настроение сразу улучшилось от его слов, даже легкая улыбка коснулась моих губ.

— Но вот твои посиделки с Игорем мне нравятся куда меньше. — тон его становится жёстче, в глазах проскальзывает злость.

— Это не посиделки, он стал мне точно таким же другом, как и Лизавета, Петровна. — встала я на защиту Игоря.

— Именно поэтому я снимаю с него обязанности по присмотру за тобой. Теперь к тебе будет приставлен другой человек.

— Но как же так! — воскликнула я и даже вскочила с дивана.

— Здесь я решаю, кто и что будет делать!

— Но ведь мы не сделали ничего плохого, мы лишь общались, Доминик.

— Всё решено. — я поняла, что это последнее его слово. Решение он не изменит. И мне так стало горько. Руки опустились, и я практически упала обратно на диван.

Он молча потягивал виски, я же опустив глаза, просто сидела рядом. Так прошло несколько минут, пока телефон в его брюках не зазвонил.

— Всё сделал? — слышу я спокойный голос Доминика. — Забери девчонку и пришли мне ту рыженькую.

Мои глаза округляются от такого неуважения и наглости по отношению ко мне. "Сукин сын решил избавиться от меня!"

Доминик внимательно следит за моей реакцией, но я не позволю ему увидеть, как сильно он меня сейчас обидел. Но не могу не задать ему вопрос: