Золотые нити
Шрифт:
От пугающей неизвестности Тийну отвлекли громкие всплески, – крокодилов волновало близкое присутствие людей.
Жрице Изиды не пристало бояться тварей земных или обитающих в воде. Богиня снабдила людей заклинаниями, против которых бессильно все летающее, бегающее, плавающее и ползающее.
– « Убирайтесь прочь, о вы, что обитаете в воде, крокодилы, рыбы! Все, кто бы то ни был, не поднимайте своих обличий, о вы, обитатели глубин, крокодилы, рыбы. Убирайтесь прочь, демоны Себы! [46]
46
Себа, Себек – бог-крокодил, бог воды и разлива Нила.
Сехер видел, как женщина, сидящая с ним в лодке, шевелит губами, произнося заклинания Изиды, и сердце его наполнялось тихим ликованием, какого он не испытывал, ни повелевая силами природы, ни повелевая толпами людей, ни повелевая загадочной Силой, сути которой он до конца не понимал, но которая, тем не менее, подчинялась его воле.
Рептилии рассеялись по пространству реки, не мешая более плыть легкому суденышку. Небо медленно светлело, окрашивая медно-розовым мутные воды Нила. Тийну начали одолевать мысли иного рода.
– Нас не будут искать? – Она помолчала. – Особенно тебя. Да и меня, конечно.
– Нет.
Он почувствовал, по ее настороженному молчанию, что его ответ не удовлетворил женщину.
– Я приказал им забыть обо мне. И о тебе тоже.
Его голос прозвучал жестко, с оттенком скрытой угрозы.
– Как! Всем забыть?
– Не всем. Только тем, кто осмелится интересоваться.
Она все еще не была уверена.
– И… – Тийна не осмеливалась назвать имя фараона, – Ему тоже?..
– Ему тоже. Особенно. – Сехер почувствовал ее беспокойство. – Не бойся, я сумею защитить нас обоих.
– Твоей силы хватит?
– И еще останется.
Он засмеялся, глядя на обиженно-недоверчивое выражение ее лица. Она просто ребенок, как все женщины.
Жрец относился к женщинам с легким презрением. Но он твердо знал, что среди них есть такие, перед которыми придется склонить и голову, и колени, и Силу. Такой была его мать. Такая сидела сейчас перед ним. Вымирающая порода женщин… Какое счастье, что он встретил ее на перекрестье витков Спирали Вечности! Кто знает, сколько бы пришлось потом ждать?..
Он не позволит глупой гордости или невежественным предрассудкам отнять у него этот дар, эту утреннюю розу. Он заранее готов сказать «да» на любую ее просьбу, предупредить любое ее желание, удовлетворить любой ее каприз, полюбить все ее недостатки – так ведут себя Мужчины. В этом их сила, а не слабость.
Сехера всегда поражало стремление мужчин по всякому поводу
…Они плыли день, ночь, и еще два дня. Избегая многолюдных поселений, причаливали в укромных, тихих заводях, пополняли запас продуктов и снова отправлялись в путь.
Тийна почти все время спала, укрытая от палящих лучей солнца золототканым покрывалом, натянутым подобно шатру и создающим приятную тень. От воды пахло тиной и жирным илом. Гулко хлопали крыльями вспугнутые стаи гусей и уток, плескалась крупная рыба, низко носились разноцветные стрекозы…
– Не дай бездействию одолеть тебя, ибо могущество твое соизмеримо воле твоей!
Сехер, посмеиваясь, обрызгал Тийну водой, заставляя ее окончательно проснуться.
С тех пор, как они отплыли от родных берегов, и призрачные очертания города и храмов растаяли в дали, залитой лунным светом, – женщина стала сосредоточенно-печальной. Она все время смотрела в ту сторону, которую они покидали навсегда, и в глазах ее то загорался, то потухал странный блеск.
Сехер старался отвлекать ее от невеселых мыслей, в которые не мог проникнуть. И сейчас он надеялся, что новый дом, который он приобрел заранее и переделал по своему вкусу все его внутреннее убранство, понравится женщине и доставит ей удовольствие.
– Что это?
Тийна привстала и с интересом разглядывала одинокое низкое, довольно больших размеров здание из белого известняка, окруженное огромным полудиким садом, привольно раскинувшимся на пологой возвышенности. Несколько хозяйственных построек, чуть в отдалении, белели на фоне ярко-синего неба.
– Это наш новый дом! Надеюсь, я угодил тебе, – по крайней мере, я очень старался, чтобы это было жилище, в котором быть хозяйкой – удовольствие, а не обуза. Отсюда ты сможешь любоваться закатами на реке…
Он подавил вздох, и продолжал тем же ровным тоном:
– Я привез сюда несколько преданных слуг, заранее. Да вот они…
На берегу, у небольшого деревянного причала, стояли несколько чисто одетых мужчин крепкого сложения, и две немолодые женщины. Они помогли усталым путешественникам сойти на усыпанную песком тропинку, вьющуюся между высокой болотной травой и тростником. Мужчины принялись вытаскивать на сушу лодку.
Высокий фундамент дома из вулканического базальта, прочно удерживал непростую конструкцию верхнего этажа, жилые помещения которого премежались просторными террасами, увитыми зеленью и кое-где украшенными небольшими статуями. Плоская крыша создавала надежное укрытие от непогоды и палящего солнца, далеко выступая над открытыми пространствами террас. Внутренние помещения, полные воздуха и объема, поражали удивительным сочетанием роскоши и тонкого изящества, изысканности и вместе с тем уютной и наивной простоты.