"Золотое руно"
Шрифт:
Грег подошел к стеклянной стене в сад. В густой зелени там и сям мерцали фонарики, придавая и без того запущенному саду еще более таинственный вид. Ему всегда нравился этот диковинный сад, большая земля и сам дом, стоявший так близко к океану. "На сколько же он тянет?" - в который раз прикидывал он. Дом роскошный, богатый, матерью выплаченный. Саше от нее все готовое досталось, а он не ценит, завидовал Грег. А он с копеек начинал, но ведь и ему хочется... Даже и без акций Саша две зарплаты получает - из университета и бюро, говорит, еще Марк втрое больше платит, а что он с деньгами делает? Три зарплаты лежат в банке мертвым грузом, он их не вкладывает. А Грегу нужны большие деньги на короткий срок:
Саша взглянул на документы, его рука дотянулась до пепельницы, нервно вытерла ее край от пепла. Не хотел он о фирме "Грей" думать... Он открыл книгу на столе и наткнулся на фразу: "...истина представлялась ему печальной."
Это правда, что до эликсирного бизнеса он в обороте денег участвовал мало, а наваривал по случаю. Его увлекала социология, она давала хорошие деньги, а тратил он мало и даже толком не помнил, сколько у него там, на счету лежит, куда стекаются его гонорары. Но Греговы мысли были неверны, потому что Саша тайно от Грега этой своей ролью был недоволен.
Он думал, что сидит на зарплате и от всех работодателей зависит. А Грег свободен. И деньги делает из ничего, пассами - искусством! И поэтому их у Грега, конечно, очень много. Саша думал, что он искусством тоже мог бы гораздо больше заработать. Хотя он и так не знает, куда ему свои потратить, на что пустить... Он знал, что иногда Грега подводит его самозабвенная, увлекающаяся натура, грандиозная активность, по случаю бывают двусмысленные результаты. Но его влечет особая планида, которая неизменно ведет на столбовую дорогу удач. Он, как любой, может подскользнуться на бегу, но его движение победителя вызывает неосознанную доверительность - оно настойчиво обещает легкий и красивый успех. Саша думал, что и он мог бы из воздуха заработать, чем-нибудь этаким заняться...
Но теперь-то все переменилось: его тридцать три процента дадут миллионы, если Клуб будет эликсир раскручивать! "Скоро расчетный день, увидим, сколько денег придет, - подумал он.
– Вдобавок Грег вошел в пирамиду. Правильно, деньги вложить - потом деру дать".
– Бизнес уже начат, пока ты прохлаждаешься, - напомнил Грег.
Саша хотел рассказать другу, как он едва не обмишурился, собираясь продать акции Зюй-Вену. Ему пришло в голову, что, может быть, китаец хотел получить кафедру, но, скорее , это предлог, чтобы отобрать все, поэтому, он не стал говорить Грегу о своей глупости.
– Есть идея, - предложил друг.
– Давай ценные бумаги твой мамы продадим, а деньги вложим. Клуб даст больше всего.
Саша задумчиво промычал, дескать, мысль здравая, рассмотрим, а Грег докончил:
– Я расчеты приготовлю, а идея здесь, в папке, подпиши только. Сколько времени потеряли!
Саша долил кофе ему и себе. "Дело в шляпе, - решил он, с удовольствием почувствовав, что Грег решает дела быстро и точно. Надежный друг. Такой была и мама".
– Он празднично оглядел изрядно захламленную кухню.
Но едва он вспомнил о матери, его настроение испортилось. О свалившемся богатстве он старался не думать, потому что деньги были настолько велики, что просто отказаться было невыносимо. Другое дело - Клуб. Они сознательно впаривают эликсир, хотя знают о побочных эффектах! И Грег тут как тут. И его склоняет! А дело едва не подсудное!
– Грег, почему в Городе темно?
– сердито спросил он.
– Классное затмение. Говорят, первый раз за пятьсот лет!
– Звери от эликсира с ума сошли.
– Мухи и ослы меня не волнуют, мы сделаем состояние!
– Почему коты на людей таращатся?
– Эликсирчика просят!
–
– Толстеют свиньи. Но это их только красит!
– А людей?!
– Мне пора, - Грег допил кофе.
– У тебя на все простые объяснения!
– А тебе нужны сложные? Не будь слишком умным, будь умным в меру!
Грег повернулся, чтобы уйти. Саша не начинал разговора о механике, понимая, что все продумано. Озадаченный, он спросил, когда тот начнет чинить машину. Грег заговорил прочувствованно, неопределенно крутя рукой в воздухе; звучали слова "обстоятельства", "мужская дружба" и множество выразительных междометий. Саша понял: Грегу лень этим заниматься и лучше, если он сделает все сам, зато Грег разработал план их бизнеса. Три-четыре месяца, и они сказочно разбогатеют. На том и порешили. В том смысле, что порешил Грег.
Через несколько дней механик привел машину в порядок, и почти вся полученная Сашей зарплата перекочевала в его карман. Потеряв деньги, он успокоился. О Греге он старался не думать никак. Но ему в голову пришла одна мысль: он вспомнил, что Грег просил его продать акции разных второстепенных компаний. Тогда, в разговоре, эта мысль показалась ему верной: уж если вкладывать, то - в эликсир, он, безусловно, даст самый большой навар. Но сейчас у него в голове как будто ветерок пролетел... он Грегу никогда не говорил, какие ценные бумаги остались от матери. Он сам в них не разобрался.... Если, думал Саша, Грег предложил все скинуть, а продажу хочет взять на себя, значит, он этим заинтересовался. А когда Грег интересуется делами? Когда хочет наварить. И, скорее всего, обмануть...
Этот поворот застал Сашу врасплох, и хотя это выглядело крайне правдоподобно, он сразу подобрал объяснение: если Грег все знает, то он, конечно, в курсе, что фирма "Грей" - закрытого типа, ее акции просто не могут быть проданы без согласия всех учредителей. Значит, нет у него задней мысли!
В субботнее утро он встал рано. Улицы выглядели безопасно и легко, вокруг ничто не напоминало о свалившейся на Город катастрофе. "Начинает светлеть, - радостно подумал он, оглядывая небо и окрестности, - скоро солнце появится!" Воздух был не черный, а темно-пепельный, даже пахли цветы. Чирикали пробудившиеся птицы. Это было раннее утро, когда в закупоренных домах еще никто не вскрикивал, найдя под подушкой крысу или змею во фруктах, еще никто не бросался посудой, не бегал по двору с палками. Спальный район переживал лучшие минуты: переливы светлых теней и плотные листья, поднятые к небу, - утро, еще не пронзенное желаниями и страстями заполонивших все людей. Время нетронутой простоты, ненадолго забывшее упорный взгляд человека. От серебра неба застенчиво млела береза и тихо светилась засиявшей кожей. Вкрадчиво перебирая по одному ее листья, ветер дурел от неги, обдавая ее и себя, расплескивая и задыхаясь в канители запахов. Воздух пронизан морзянками птичьих песен, и нет ничего лишнего, обременительного ни в звучании, ни в поведении, ни в чувствах снующих малых существ.
"Бросить все! За Город поехать, побродить по земле, по лесу, - думал Саша.
– А где земля? Четыре часа на машине до ближайшего лужка извольте, ангары, все распахано, трубы какие-то, людей не видно, как после чумы, зато машин видимо-невидимо, ревут, стремятся куда-то в поту и в мыле, опоздать бояться в маете своей нечеловеческой!"
Он забыл, что любил ездить со знакомыми на пикники или провести время в караван-парке. Во время этих вылазок окрестности Города казались ему красивыми и располагающими, но сейчас он почувствовал, как сильно за последние дни изменились его глаза. О том, что творится в Городе, он хотя бы сегодня не хотел вспоминать. Еще меньше, что он - владелец эликсира...