Знаю тебя

Эверхарт Элли

— Зачем ты принес мне что-то зеленое? Я это не ем.

— Просто попробуй, — говорит он, начиная уминать овощи у себя на тарелке.

Я осторожно кладу в рот стручок. Готовлюсь выплюнуть его на салфетку, но он на удивление вкусный. Даже не похож на фасоль.

— Что ты с ними сделал?

— Секрет. Поколдовал с разными соусами. — На его лице появляется самоуверенная ухмылочка, и я понимаю, что скучала по ней. — Что, нравится, да?

— Возможно. — Я съедаю еще стручок.

— Могу сделать тебе

еще что-нибудь. Например, курицу. Или другое мясо. Что-то нормальное вместо твоей обычной ерунды в масле.

— Если у тебя получится проделать то же самое с курицей, то давай.

Он встает и уходит к человеку за сковородкой.

Райан, вернувшись к столу, при виде моей тарелки изображает шок.

— Ты ешь зеленые овощи? С тобой все хорошо?

— Очень смешно, Райан. Гаррет заставил меня. А теперь он хочет, чтобы я съела курицу.

— Ха. Даю ему за это несколько дополнительных баллов. — Райан наклоняется к Хлое. — Джейд существует на фастфуде — чипсах, картошке-фри и всем таком прочем.

— И на шоколадном молоке, — добавляю я. — Формально оно не фастфуд.

Гаррет возвращается с курицей, и она оказывается такой же вкусной, как и фасоль. Я даже раздумываю не похвалить ли его, но в итоге решаю приберечь комплимент на потом.

После ужина мы уезжаем обратно в больницу и видим, что Фрэнк наконец-то проснулся. Мы сидим там, пока не заканчиваются часы посещений. Потом медсестра говорит, что нам пора уходить, но я пока не готова. Я слишком мало побыла с Фрэнком.

Я сажусь к нему на кровать и беру его за руку.

— Я буду скучать по тебе, как ненормальная, и звонить каждый день. Одно раза в неделю мало.

— Хорошо, дорогая. — Он бросает взгляд на часы на стене. — Вам пора уходить. Здесь с часами посещения строго. Позвони мне утром, как прилетишь в Коннектикут, чтобы я знал, что ты добралась без проблем.

— Позвоню. — Я встаю, но уйти не могу. Фрэнк до сих пор выглядит таким слабым. Вдруг он не поправится? Вдруг у него снова начнется кровотечение, и его не смогут остановить? Вдруг я вижу его в последний раз? От одной только мысли об этом у меня щиплет в глазах. Все из-за дурацкого Гаррета! Это он виноват в том, что я стала чувствительной. Черт, как же я зла!

Я обнимаю Фрэнка. Мои глаза больше не могут сдерживать слезы, и они начинают течь по щекам.

— Я не хочу уезжать, — шепотом говорю ему я.

— Так надо, — шепчет он. — Там безопаснее.

Я отодвигаюсь, пытаясь по-быстрому вытереть слезы. Но Фрэнк замечает их. Он еще не видел, чтобы я плакала. Даже когда умерла моя мать.

Он жестом просит меня опять наклониться.

— Этот парень хорошо воздействует на тебя. Я рад, что вы нашли друг друга.

Медсестра, стоя в дверях, суровым взглядом сигнализирует нам уходить.

— Похоже, нам пора, — говорю я, отпустив

руку Фрэнка.

К Фрэнку подходит Гаррет.

— Было приятно познакомиться. Надеюсь, вы скоро поправитесь. — Когда я встаю, он обвивает рукой мою талию. — Не волнуйтесь. Я о ней позабочусь.

Я наклоняюсь, чтобы обнять Фрэнка еще раз.

Потом обнимаю Райана.

— Чувствую себя совсем как в тот день, когда ты привез меня в Мурхерст. Мне стало так одиноко, когда ты уехал. В тот день я бегала часа три.

— Тебе стоило мне позвонить.

— Ага, конечно. А как же твое правило никаких-разговоров-по-мобильнику-за-рулем?

— Я бы остановился.

— Неважно. Я выжила. — Я делаю долгий вдох и выдыхаю. — Ненавижу прощаться. Просто скажу вам «пока».

Райан улыбается.

— Хорошо. Пока, Джейд. Пока, Гаррет.

По дороге в отель я стараюсь не плакать, но несколько слез все-таки ускользают. Гаррет берет меня за руку.

— Джейд, ты можешь съездить домой и до мая. Я куплю тебе билет. На весенних каникулах, например. Или на выходные. В любое время, как только захочешь.

— Нет. Ты и так сильно потратился.

— Деньги неважны. Важно, чтобы ты повидалась с семьей.

— Я подумаю.

Перед утренним рейсом мы успеваем урвать несколько часов сна. Когда мы поднимаемся на борт, наши места оказываются во втором ряду.

— Гаррет, опять первый класс? Я так с тобой и за несколько лет не расплачусь. — Я оглядываюсь. — Мы могли бы сесть сзади. Самолет даже не полный.

— Я уже говорил тебе, что не помещаюсь в тех креслах. — Он берет у стюардессы газету и открывает спортивный раздел. — Привыкай. Когда станешь миссис Кенсингтон, то будешь всегда летать первым классом. — Он пытается не засмеяться.

— Перестань. Ты говоришь так лишь потому, что знаешь, чем испугать меня. И что я не могу возразить из-за того твоего правила.

— Кэтрин очернила нашу фамилию, Джейд. Нам нужна новая миссис Кенсингтон. И ей будешь ты.

Я толкаю его локтем в бок.

— Ну все, прекращай.

Он снова принимается читать свой спортивный раздел. Я сжимаю его руку, пока мы взлетаем, потом кладу голову ему на плечо и засыпаю.

В полночь мы приземляемся в Хартфорде. Там темно и мрачно. Кажется, что вот-вот пойдет снег.

В машине я звоню Райану, чтобы сказать, что мы долетели, а Гаррет тем временем загружает наши вещи в багажник. Я заканчиваю разговор как раз к тому времени, как он садится в машину.

— Хочешь, заедем куда-нибудь перекусить? — спрашивает он, когда мы отъезжаем от аэропорта. — До дома больше часа езды.

— Нет, я не голодна.

Гаррет выезжает на скоростную трассу. Набирает скорость, и тут я замечаю, что он поглядывает на свои ноги.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я у него.