Змеиный крест
Шрифт:
Он хотел погладить Алану по плечу, чтобы успокоить, но девушка вскочила, неправильно его поняв:
— Да, конечно, спасибо, — быстро проговорила она, скидывая шаль и кладя ее ему в руку. — Она очень меня согрела.
«Он осудит меня, осудит на смерть! Он всем расскажет!»
И, не забыв подхватить с земли книгу, бросилась бежать, махая подруге в ответ и крича ей что-то незначительное. Келлан хотел было остановить ее, приказать вернуться, но вспомнил вскользь брошенное ей «может быть, не имею права» и не стал, вместо этого сжал в руке легкую ткань, а затем расстроенно швырнул шаль под ноги.
24. Алана
— Реста
Алана резко остановилась. «Свет, пожалуйста! — просила она. — Нет, пожалуйста! Я не хочу умирать! Неужели наставник Келлан рассказал ему?!»
— Хелки, как думаешь, что ему надо? — упавшим голосом спросила она подругу.
— Не знаю, — пожала Хелки плечами в ее обычной легкой манере. — Он ничего не объяснил. Посмотрел только на меня так, будто знает обо мне все на свете, и сказал тебя привести. Его же не было. Но он в курсе, что мы общаемся, и даже в курсе, что я шла к тебе. Говорят, Син очень внимательно следит за безопасностью. Я слышала, что он беседует со всеми новыми слугами. Наверно, хочет познакомиться. Он вообще странный, очень занятой, его почти никогда нет. Я слышала, что он много путешествует, может быть даже не по Империи. Поэтому когда он возвращается, это праздник… Как думаешь, может, он как наставник Келлан, мысли читает?
При упоминании наставника Келлана Алана вздохнула. Только ей показалось, что она в безопасности — и странный мужчина пришел и разрушил эту иллюзию. Что он там говорил о помощи? Рассказать директорам о подмене — это и есть его помощь? Хотя, поправила она себя, может, дело и не в этом. Она хорошо нашлась, назвав «Алану» вторым именем. Может, директор Син и правда просто хочет убедиться, что она не враг Приюта. А она не враг.
Как бы ни страшила ее встреча с директором Сином, спокойное и красивое лицо наставника Келлана никак не хотело пропадать из мыслей.
— Он у меня шаль отобрал, — пожаловалась она Хелки.
— Жаль, — в тон ей откликнулась девушка. И тут же лукаво добавила: — А что, скучаешь по теплу объятий?
— Хелки! — устыдила Алана подругу, зардевшись. Теперь мысли об объятиях казались не просто неуместными, но еще и жалкими. — Скажешь тоже.
— Давай я тебе немножко про директора Сина расскажу, — звенела Хелки на ходу. — Я сама многого не знаю. Но говорят, у него весь кабинет полон самых разных артефактов. Ты там смотри внимательно, мне потом расскажи! И еще я слышала, что он самый старший в Приюте. И еще, — она чуть задыхалась, — что он носит какой-то амулет, чтобы скрывать свою настоящую внешность. Что он очень красивый, и Аринелла один раз его увидела…
— Хелки, — прервала ее Алана. — Давай без этого, а? Хочешь, чтобы и вторую щеку закрывать пришлось?
Хелки обиженно надула губы, но уже через секунду продолжила щебетать:
— Я к чему, ты мне потом все расскажешь? О нем почти никто ничего не знает, а тут ты к нему на аудиенцию идешь.
— Расскажу, — улыбнулась Алана. Голос Хелки как обычно успокаивал, и она в который раз поблагодарила Свет, что не осталась в Приюте одна. — Спасибо. Мне что, в корпус заходить?
— Ну так
— А тебе туда нельзя? — спросила Алана, отгоняя мрачные мысли о причине визита.
— Я не уверена, — призналась Хелки. — Этот этаж от послушников закрыт. Но как ты иначе найдешь?
— Никак, — театрально сокрушалась Алана, вспоминая невероятную невнимательность, с которой Хелки «оставляла» книги то там, то тут. — Спасибо за помощь!
Внутри преподавательского корпуса, как и в других основных корпусах, Алана еще не была. Она глядела во все глаза: высокие этажи, массивные каменные лестницы, витражные окна, тянувшиеся куда-то вверх, так, что глаз не хватало проследить рисунок до конца. Стены были из серого камня, и, как и снаружи, то тут, то там на гладких скосах виднелись чуть мерцающие знаки. Алана задрала голову: высоко наверху, над всеми лестничными пролетами, сиял солнечный диск. На улице было пасмурно, и она вопросительно посмотрела на Хелки.
— Здорово, да? — шепотом сказала та. — Это чтобы деревья росли.
Почти на каждом этаже росли какие-то вьющиеся растения, вплетавшие свои стебли в узор окон. Сначала Алана приняла их листья за цветные секции, но теперь с восхищением рассматривала, как зелень дополняла золото и лазурь витражей.
— Это тоже устроила Аринелла? — догадалась Алана с каким-то теплым чувством. — Это похоже на ее идею.
— Скорее всего, — согласилась Хелки. — Я ни разу не была выше третьего этажа. И она ступила на лестницу, с серьезным видом попросив Алану не отставать. — Тут можно сделать всего шаг — и оказаться на этаж выше, — пояснила она.
— А я никогда не была в таком высоком здании, — призналась Алана. — У моих хозяев самые высокие постройки были в три этажа. Никогда не видела ничего подобного.
С каждым шагом солнечный диск приближался. Девушки поднялись всего на десять ступеней, и уже оказались на самом верху. Алана со смесью страха и восхищения посмотрела вниз, где они стояли еще тридцать секунд назад, и отшатнулась от неогороженного перилами края: закружилась голова. Место было невероятно тихим, но эта тишина совсем не была мертвой. Алане казалось, что она слышит, как раскрываются побеги плюща, цепляющиеся за окна. Солнце светило совсем не ярко, но очень тепло.
— Я так понимаю, директор Син ждет тебя вот тут, — с сомнением сказала Хелки, указывая на узкую черную дверь. — Ну, других дверей тут нет, а он сказал, что наверху.
Дверь и правда отличалась от тех, что девушки могли рассмотреть на других этажах — резных, красного и светлого дерева. Хелки осмотрела простое полотно без заклепок и узоров и неуверенно взялась за ручку-кольцо, намереваясь постучать.
Не успела она этого сделать, как дверь беззвучно отворилась. За ней стоял очень высокий мужчина довольно необычной внешности, таких Алана не видела даже среди гостей мастера Оливера. Длинные седые волосы директора были убраны в простой тугой узел на темени, что делало его еще выше, а спокойный взгляд синих как сапфиры глаз заставил обеих девушек окаменеть. Директор Син кивнул Хелки и показал ей на лестницу вниз. Хелки поклонилась и мигом ретировалась, Алана только моргнула — и подруги уже не было. Несколько секунд спустя копна ее золотых локонов мелькнула в самом низу.