Жуков
Шрифт:
Но все же положение немецких войск в декабре 1941 года было отнюдь не таким плачевным, как об этом было принято у нас говорить, особенно в советское время. Военная германская машина дала сбой, но мощь свою не потеряла.
В конце концов наступательные возможности армий Западного фронта иссякли, фактор внезапности себя исчерпал, и противник успел организовать на новых рубежах довольно сильную оборону. Не будем забывать, что советские войска перешли в контрнаступление, не имея общего превосходства над врагом.
Г.К.Жуков считал, что следующий этап наступления на западном направлении «должен был состоять в
284
Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. Т. 2. С. 252.
Без дополнительных крупных резервов дальнейшее продвижение на запад невозможно. С этим и приехал Жуков вечером 5 января 1942 года в Кремль на расширенное заседание Ставки, где планировалось обсудить план предстоящих военных действий. Кроме И.В.Сталинаи Г.К.Жукова на совещании присутствовали Б.М.Шапошников, К.Е.Ворошилов, Г.М.Маленков, Н.А.Вознесенский.
Сталин предложил развернуть решительное наступление на трех стратегических направлениях — северо-западном, западном и юго-западном — с целью нанести поражение основным группировкам войск противника и, не давая им передышки, продолжать натиск и заставить их израсходовать резервы еще до весны. Предполагалось, что к этому времени советские войска будут располагать новыми большими резервами, которые позволят завершить полный разгром гитлеровских войск в 1942 году.
Главный удар намечалось нанести на западном направлении, по наиболее сильной группировке врага — группе армий «Центр». Эта задача должна быть возложена на левое крыло Северо-Западного фронта, Калининский, Западный и Брянский фронты, которые путем двустороннего охвата главных сил неприятеля окружают и уничтожают их в районе Ржева, Вязьмы и Смоленска. Перед войсками Ленинградского, Волховского фронтов, правого крыла Северо-Западного фронта и Балтийским флотом ставилась задача разгромить группу армий «Север» и ликвидировать блокаду Ленинграда. Войска Юго-Западного и Южного фронтов наносят поражение группе армий «Юг» и освобождают Донбасс, а Кавказский фронт и Черноморский флот — Крым. Переход в общее наступление предполагалось осуществить в крайне сжатые сроки.
Свою точку зрения на планы Ставки высказал Жуков. Он считал, что на западном направлении, где создались наиболее благоприятные условия и противник еще не успел восстановить боеспособность своих частей, необходимо продолжать наступление. Но для его успешного исхода следует усилить фронты западного направления, пополнить их войска личным составом и боевой техникой, в первую очередь танковыми частями, создать сильные резервы. Что касается наступления советских войск под
С мнением Жукова не торопиться с наступлением под Ленинградом и на юге не согласились Ворошилов и Маленков. Однако Георгия Константиновича поддержал заместитель председателя СНК СССР Н.А.Вознесенский, заявивший, что в настоящее время мы еще не располагаем материальными возможностями, достаточными для того, чтобы обеспечить одновременное наступление всех фронтов. Сталин был явно недоволен таким поворотом дел.
Но спорил Жуков напрасно — вопрос был уже предрешен. После совещания он узнал от Шапошникова, что соответствующие директивы почти всем фронтам уже отданы, и они в ближайшие дни начнут наступление.
Приказ о наступлении Жуков получил поздно вечером 7 января 1942 года. Его суть заключалась в том, чтобы, во-первых, все дальнейшие усилия войск направить на окружение ржевско-вяземской группировки противника, а во-вторых, приступить к операции немедленно. С этой целью Ставка приказала: Калининскому фронту нанести удар в направлении Ржева и Вязьмы, Западному — в направлении Юхнова и Вязьмы. Совместными усилиями они должны были «окружить, а затем пленить или уничтожить» всю ржевско-вяземскую группировку противника. Кроме того, Западному фронту силами 20-й армии предстояло прорвать оборону врага на реке Лама.
Пожалуй, то, что планы эти не были обеспечены ни силами, ни средствами, понимали не только Жуков с Вознесенским, но вся Ставка во главе с Верховным. Надеялись, что фронтам удастся сокрушить оборону противника, если их командование будет строго руководствоваться принципом массированного сосредоточения сил и сможет умело использовать артиллерию. Но ведь опыта для этого еще не было — вспомним, даже немцы под Москвой недоумевали, почему русские перед наступлением так слабо применяют артиллерию. К тому же войска не были обеспечены должным количеством боеприпасов.
Жуков докладывал Сталину: «Недостаток снарядов не дает возможности проводить артиллерийское наступление. В результате система огня противника не уничтожается и наши части, атакуя слабо подавленную оборону противника, несут очень большие потери». Но Верховный главнокомандующий, находясь под впечатлением поражения немцев под Москвой и успехов, достигнутых в ходе контрнаступления, был настроен уверенно. Слишком оптимистично, чтобы задуматься над тем, какой ценой в этих условиях достанутся нам новые победы.
Первыми в наступление 8 января 1942 года перешли войска Калининского фронта, левого крыла и центра Западного фронта, а 10 января — армии правого крыла Западного фронта. В результате ожесточенных боев с 8 по 15 января 39-я армия Калининского фронта вышла в районы западнее и юго-западнее Ржева, а левофланговые армии Западного фронта (43, 49 и 50-я армии) — в район Юхнова. Здесь они были вынуждены перейти к обороне на рубежах, удаленных на 70–75 километров к северу и юго-востоку от Вязьмы. Использовать создавшиеся благоприятные условия для окружения ржевско-вяземской группировки противника им не удалось. Пополнения не дождались, и мощь ударных группировок оказалась утраченной.