Жрец Лейлы
Шрифт:
— Начинается. — Тихий голос господина вывел Талиса из задумчивости. — И солнце почти зашло.
За стенами замка нарастал яростный гул. Губы Анриаса скривились в странной улыбке.
— Пойдем на стену, Талис. Пора узнать, насколько крепок договор чудовищ с нашей семьей.
И рыцарь кивнул в ответ.
Горуан непроизвольно вздрагивал всякий раз, когда, поворачивая голову, сталкивался взглядом со своими… попутчиками. Голубоглазый колдун разглядывал замок с какой-то предвкушающей улыбкой на губах.
Барон надеялся только на то, что ему
Колдун пришел к нему неделю назад. Явился в его замок так, что никто не смог помешать его продвижению к главным апартаментам. Барону было уже за пятьдесят, и он слыл умным человеком и очень осторожным, иначе бы не дожил до своих лет. Всякий раз он сердцем и всеми фибрами души чувствовал, когда стоит сражаться, а когда уступить. Первый же взгляд в глаза нахала, появившегося перед ним, дал ему такой заряд ужаса, что он почти оцепенел, а колдун лишь удовлетворенно кивнул своей золотоволосой головой.
— Приятно видеть понимающего человека. — Белые, ровные зубы мелькнули в его улыбке, просто-таки насыщенной пороком. — Ты человек, который привечает в своем замке множество представителей кошачьего народа…
И это было правдой. Барон терпеть не мог собак, весь его за мок былзаполнен кошками разных мастей и видов. Одни были приблудными,другие привезены из разных заморских стран… Он никогда не думал, чтоименно эта страсть принесет ему сто лько беспокойства.
— Именно поэтому. — Колдунулыбнулся благожелательно, но от этой улыбки можно быловзвыть или задрожать в холод ном, всепроникающем ужасе. —Их божество решило, что ты сможешь послужить ему. Я и Басилев заключили сделку, и ты станешь орудием для ее осуществления. Можешь гордиться, человечек, боги просто так никого не избирают…
Басилев — бог кошек. Мелкий божок в основном пантеоне, мало известный кому-либо, кроме таких земель, где кошек пруд пруди. Ему поклонялись большей частью крестьяне да простой люд. Что он может? Так думал барон, пока вслед за колдуном не явился сам бог…
Человека до сих пор в дрожь бросало при воспоминании об огромной кошке, ростом с лошадь, черной как смоль, с лениво сверкающими зеленью глаза. Мелкий был божок или нет, но сила в нем чувствовалась невероятная. И зловещая.
Горуан вздохнул и снова взглянул на замок Давир. И зачем только божеству понадобился этот последний из рода, да еще проклятый? Ведь не замок нужен был богу и его колдуну, совсем не замок, он был обещан барону.
— Невздыхай так, человечек, — улыбнулся незаметно подъехавший колдун. — Скоро ты получишь свою награду, и мы исчезнем из твоей жизни. Нам нужен только отмеченный печатью богов.
Барон передернул плечами, он не верил ни слову из того, что ему говорил этот… Вообще, вполне возможно, что он и колдуном-то не был… Тоже какое-нибудь полузабытое божество.
И эта его проклятая сладкая улыбка, от которой даже у такого старика, как он, становилось горячо в паху.
Последние лучи солнца скользнули по холодному камню и растворились за горизонтом.
Дикий, торжествующий рев потряс замок. И на какое-то мгновение наступила тишина.
На Анриаса сверху вниз взглянули горящие пламенем глаза монстра.
— Ты новый хозяин замка? — раздался полурык-полуклекот с едва различимой речью.
— Я, — кивнул Проклятый.
— Ты пришел заключить договор?
Но Анриас покачал головой:
— Нет, гаргулья. Я просто пришел взглянуть на тебя и по просить…
— О чем, человечек?
— Вы защищаете замок, потому что он является вашим домом, а не согласно договору. Сегодня нет времени ни подтверждать договор, ни заключать новый… Я просто хочу попросить вас сражаться с нами плечом к плечу и, если мы все погибнем, не отдать замок захватчикам просто так. Хотя бы потому, что это ваш дом.
— Ты мог и не делать этого, человечек, — рыкнула гаргулья. — Замок — наш дом, и нам плевать, вы в нем хозяева или нет. Раз ты не разбил статую, зная о нас — а я не уверен, что так же поступит тот, кто пришел за твоей душой сегодня, — мы будем сражаться…
— Это все, что я хотел узнать, — склонил голову юноша. — Спасибо.
— Подождите, — раздалось тихое мурлыканье со стороны. — А если я дам гарантию, брат из камня?
Рыцари вскинули головы и замерли. Такого чудовища они еще не встречали. Никогда. Кошки не бывают таких огромных размеров. Но одна такая прямо сейчас сидела на зубце крепостной стены.
Красные глаза чудовища прищурились, разглядывая нежданного гостя.
— Ты изменился, кошачий бог.
— У меня новое красивое и сильное тело, — мурлыкнула гигантская кошка. — И новая сила. Ты понимаешь, что это значит, каменный друг?
— Тебе нужен мой замок?
Смешок.
— Конечно нет, каменный братец. Зачем мне эта клетка? Если уж обзаводиться жильем, то как минимум просторным храмом.
Гаргулья, взглянув еще раз на кошку, медленно перевела взгляд на Анриаса:
— Человечек, сдай замок, чтобы его не повредили…
Но голубые нечеловеческие глаза вспыхивают яростью.
— Нет уж, гаргулья! Это и мой замок теперь! Ты будешь сражаться против нас?
— Нет… — Огромная уродливая голова качнулась, отрицая. — Нет. Мы просто будем наблюдать.
— Хорошо, — жестко усмехнулся юноша и бросил всторону пантеры взгляд. — Не знаю, для чего богу мой замок, но выего не получите. Ни вы, ни ваш кошачий любитель, барон Горуан.
Бог-кошка молчал, устремив вперед свой непроницаемые взгляд. Загадочный, как у всех кошек.
Талис коснулся плеча герцога, когда они оказались достаточно далеко от стены с гаргульей:
— Мы проиграем, господин. Пусть это и мелкий божок, но все же у него божественная сила.
— Знаю, — тихо отозвался юноша. — Я знаю это прекрасно, Талис. Но как ты не понимаешь?! Это мой шанс… — Рыцарь вздрогнул. — Мой шанс умереть в бою, а не как калеке в собственной постели. — Он вытянул из ножен свой меч, и седой воин последовал его примеру. Он наконец понял, чего хочет его сюзерен. Умереть достойно рыцарю.