Жизнь продолжается

Кристенбери Джуди

Но сейчас, безусловно, мог помочь.

— Мама, ты знаешь, что инцидент не имел к тебе отношения. — Однако, как забавно они это назвали: — «инцидент». Как будто от этого произошедшее стало эфемерным, не столь реальным. Но он все помнит, как будто это было вчера, а не десять лет назад. В тот день, когда Сьюзен ушла, вся его жизнь переменилась.

Сьюзен и Джеймс, их отец, всегда сталкивались лбами. Он властный, она свободолюбивая — гибельное сочетание. Слово Джеймса было законом, но сестра не желала подчиняться, она была самоуверенной, страстной и ненавидела жесткую

руку отца. А он пытался контролировать все: ее одежду, ее друзей, ее учебу. Но когда попробовал контролировать ее сердце, это был конец. Он узнал, что дочь за его спиной встречалась с молодым человеком из рабочей семьи, он учился в педагогическом вузе. Кевин Астин был далек от образа богача со связями, каким представлялся Джеймсу жених для Сьюзен, и он поставил ультиматум: бросай его или убирайся.

Сьюзен выбрала последнее. Она за час собрала вещи и покинула Хайланд-парк. И за девять лет так и не вернулась.

Она сразу вышла замуж за Кевина и уехала с ним во Флориду. Через год у них родился Тоби. До вчерашнего дня Ричард не видел племянника. В годы взросления он всего дважды звонил Сьюзен, а мать — никогда, оба боялись гнева Джеймса. Не то чтобы он их бил, его недовольство принимало другие формы, столь же безобразные. Легче было с ним согласиться или просто покориться.

Ричард понимал, что тоже виноват. Нельзя было позволять разлучать себя с сестрой, Элизабет — с дочерью. Но теперь им оставалось только молиться о прощении. И заботиться о Тоби.

Все это он говорил матери, а она его слушала. Когда прекратились слезы, а рыдания перешли в ровное дыхание, она взяла его за руку, и он мистическим образом почувствовал, что ее боль уходит. Элизабет была на пути к выздоровлению.

Они поговорили о Сьюзен, что-то вспоминали, что-то услышали на похоронах о ее недавней жизни. Этот разговор был больше похож на похороны, чем то, что они видели во Флориде. Мемориал Сьюзен Андерсон Астин, которая навеки останется в их сердцах.

– Не знаю, что бы я без тебя делала, Ричард. Но знаю, что буду делать. — Мать встала и огляделась.
– Я выйду из тюрьмы, в которую превратила эту комнату, и снова начну жить. Сьюзен бы этого хотела. И буду заботиться о ее ребенке.

– Такую Элизабет Андерсон я узнаю. — Ричард обнял ее. — А теперь мне надо в офис. Постараюсь приехать к обеду. — Впервые за год, закрывая дверь, он был уверен, что с матерью все будет в порядке.

Он спустился на кухню, где верховодила Делорес. Пятидесятилетняя мексиканка и се муж Альберт работали на семью Андерсон десятки лет.

– Делорес, я уеду на пару часов. Если няне и ребенку что-то понадобится, позаботьтесь о них.

– Да, сэр Ричард.

Юридическая фирма Ричарда находилась в центре города, неподалеку от их элитного района — Хайланд-парка, езды туда — несколько минут.

Как он и ожидал, на столе лежала пачка писем и извещений, которые секретарша рассортировала и вскрыла. Разобравшись с ними, он попросил собрать партнеров на брифинг, потом отвечал на звонки по списку, но на середине остановился, отложив назавтра, и поехал домой.

Наверное, он уже пропустил обед, обычно он обедал

дома раза три в неделю, а без него матери подавали обед в ее комнату. Но сегодня, прибыв домой, Ричард увидел стол, накрытый на четверых.

– Никто еще не обедал? — спросил он Делорес.

– Ваша мать заявила, что нужно ждать вас.

– Но мальчик проголодался?

– Нет, сэр. Около пяти я дала им перекусить.

– Спасибо, Делорес. Позовите их к обеду, пожалуйста.

Он отнес портфель в кабинет, зашел в ванную вымыть руки и вернулся в столовую. Там стояли Молли и Тоби, не зная, следует ли им садиться.

– Добрый вечер. Надеюсь, ты отдохнул?

Молли подтолкнула мальчика, и он сказал:

– Да, сэр.

– Отлично, Тоби. А вы, Молли? Приятно провели день?

– Да, спасибо. Мы разложили вещи, познакомились с домом и прислугой. Все очень милые люди.

– Да, нам повезло. Но это значит, что вы не очень-то отдыхали, — Ричард улыбнулся.

– Нам не нужен был отдых. Тоби захотел посмотреть дом. Альберт даже устроил для нас тур по двору.

– Вы не озябли? Я видел, что вы не взяли в дорогу пальто.

– У нас обоих нет пальто, во Флориде не бывает холодов. Но Альберт обещал завтра отвезти нас в магазин, чтобы мы купили пальто.

– Хорошо. Я за них заплачу.

– За свое я заплачу сама.

Ричард нахмурился. Он не привык встречать сопротивление.

– Ричард! — в дверях столовой стояла мать. Он подошел, поцеловал ее в щеку, взял за руку и провел к столу.

– Привет, мама. Очень мило, что вы меня подождали.

– Я хотела, чтобы наш первый обед был семейным, — сказала Элизабет Андерсон.

– Тогда садимся, — предложил он и усадил мать во главе стола. Тоби и Молли он указал места по левую руку от нее, а сам сел справа. Элизабет позвонила в колокольчик, стоявший возле ее тарелки, и сразу же вошла Луиза с подносом. Она осторожно поставила перед каждым тарелку с супом.

Тоби наклонился к Молли и прошептал:

— Что это такое?

Пряча усмешку, Ричард ответил:

— Это любимый суп моей мамы, сырный с брокколи. — Ричард был доволен, все шло хорошо. Он съездил в офис, мать отдохнула, няня позаботилась о мальчике — все как он планировал.

— О, неплохо.

— У тебя хорошие манеры, Тоби. Мама бы тобой гордилась, — ласково сказал Ричард. Не хотелось расстраивать мать, но надо было отдать должное Сьюзен.

Однако вместо того чтобы расплакаться, как всегда при упоминании Сьюзен, мать только улыбнулась. Их разговор явно пошел ей на пользу.

В разговор вступила Молли:

— Суп очень кстати. Я не привыкла к холодам.

Ричард засмеялся.

— Разве это холодно? Вот в Колорадо — там даже весной холодно.

— Где это — Колорадо? — спросил Тоби.

— На севере. Туда многие техасцы ездят кататься на лыжах.

— На водных лыжах? — уточнил Тоби.

— Нет, на снежных лыжах.

— С настоящим снегом? Я никогда не видел снег, только по телевизору.

— Может быть, когда тебе снимут гипс, мы слетаем в Колорадо и попробуем покататься, — предложил Ричард.