Жизнь продолжается
Шрифт:
— Спасибо. Молли, ты не уйдешь? — Грустные голубые глаза мальчика смотрели ей прямо в сердце.
— Нет, миленький, еще немного побуду. — Она придвинула стул к кровати.
Хмурое личико осветилось улыбкой, и мальчик принялся за мороженое. Как она может его оставить? Не только сейчас, а и тогда, когда он уедет с дядей и бабушкой.
— Послушай, хочешь, я поеду с тобой в Даллас к дяде?
— А ты можешь? И навсегда останешься? — с надеждой спросил мальчик.
— Нет, но я могу поехать
— Да... — Тоби обнял ее и уткнулся ей в волосы. — Я не хочу с ними ехать.
— Я вижу, голубчик, но мы будем вместе, и я тебе помогу.
— Хорошо. — Тоби поднял голову. — Ты правда со мной поедешь?
— Да, твой дядя меня попросил. А теперь ешь мороженое, пока не растаяло, а я с ним поговорю.
Итак, решено. Она встала и подошла к мужчине, который ожидал конца разговора без всяких эмоций.
— Я принимаю эту работу, мистер Андерсон. Когда вы планируете уехать?
— У нас билеты на завтра на одиннадцать часов. В аэропорт надо выехать в девять, значит, вы должны быть здесь в восемь, чтобы подготовить Тоби.
— У него есть одежда? — Рубашка и штаны, в которых мальчика доставили в больницу, были порваны и измазаны кровью.
Мужчина уставился на нее, как будто не понял вопрос.
– У Тоби нет одежды, его была в крови, и мы ее уничтожили. Для поездки ему нужно во что-то одеться.
С утомленным вздохом мужчина сказал:
– Конечно. Но не сейчас, сначала я должен отвезти мать в отель. Потом поеду к нему домой и упакую одежду.
– Если хотите, я могу там встретиться с вами и собрать его вещи. Тогда вам не придется снова заезжать в больницу.
Ричард Андерсон поколебался, но потом кивнул.
– Предложение принято. Спасибо. — Он посмотрел на часы. — Вы можете приехать к восьми?
– Да, но я не знаю адреса.
Он достал из кармана ручку, карточку и написал на обороте адрес.
– Знаете, где это?
Молли кивнула. Странно, Тоби жил всего в нескольких кварталах от нее.
– Тогда увидимся завтра в восемь.
В его голосе слышалось предупреждение — не опаздывать. Но она и так всегда приходит вовремя. Мужчина взял мать под руку и вышел из палаты.
Только теперь Молли осознала, что старая женщина все это время была здесь. Она не присела, ни слова не сказала внуку, и Молли мгновенно поняла, что приняла доброе решение: как можно отпускать этого милого мальчика с такими черствыми людьми?
Молли вернулась к Тоби.
– А ты правда завтра со мной поедешь? — с беспокойством спросил он.
– Да, я же тебе сказала. И проведу там все Рождество. Я никогда не была в Далласе. А ты?
— Тоже нет. И никогда раньше не видел дядю и бабушку.
Как такое может
— Ну вот, теперь ты сможешь их узнать. Ну, мне надо идти и готовиться к отъезду. Перед сном к тебе зайдет Элен. Хорошо?
— Да. Ты правда со мной поедешь?
— Да, Тоби. Обещаю, что утром я приду.
Ричард Андерсон подъехал к дому сестры. Его страшила необходимость войти в дом. Он не видел сестру с тех пор, как она переехала во Флориду. Несколько раз говорил по телефону, по это не одно и то же.
Девять лет назад отец страшно разозлился на свою дочь. Он ее выгнал и отказывался от любых разговоров о примирении. А теперь поздно для обоих. Джеймс Андерсон был выдающимся человеком, но в том, что касалось дочери, сглупил. Он потерял ее задолго до того, как умер.
Позади автомобиля Ричарда остановился еще один, и он машинально взглянул на часы. Медсестра точна. Это хорошо, с посторонним человеком ему будет легче войти в дом.
Он вылез из машины и подождал медсестру.
— Рад встрече, мисс Содерлинг.
— Зовите меня Молли и рада быть полезной.
— Должна была приехать мать, но последние несколько дней дались ей с трудом.
— Понимаю. Пойдемте?
Ричард вынул из кармана связки ключей. Их дал ему распорядитель похорон вместе с другими предметами, бывшими в одежде погибших. Он выбрал из связки ключ, который вроде бы подходил к двери, — и угадал. Дверь плавно отворилась, и он вошел вслед за медсестрой. Почти сразу на него волной накатила тоска. Дом слишком многое говорил о Сьюзен. Теплый, уютный дом, где жила дружная семья.
Он повернулся к медсестре, надеясь, что контролирует выражение лица, и увидел на ее лице ту же реакцию — а ведь она даже не знала Сьюзен.
— Бедный Тоби, — пробормотала она.
— Почему вы так говорите?
— Потому что вижу, что он потерял, — тихо сказала она, и ее глаза увлажнились. Он не успел придумать, что ответить, как она спросила: — Вы знаете, где комната Тоби? Давайте начнем.
Он покачал головой.
— Я здесь никогда не был.
— О. Тогда я пойду поищу.
Ричард решил, что следует забрать любые ценности сестры и ее мужа до того, как приедут грузчики. Что со всем этим делать? Что Тоби хотел бы сохранить? Трудное решение, тут не до спешки.
Пересилив себя, он вошел в хозяйскую спальню, аккуратную, как сама Сьюзен. Заглянул в гардеробную и нашел шкатулку с драгоценностями сестры. Потом в мужской половине отыскал папку с финансовыми документами и кожаную коробочку с запонками и какими-то мелочами — когда-нибудь Тоби захочет этим пользоваться.