Жизнь под крылом смерти...
Шрифт:
Выпускать клиентов из «Господского угла» таверны было очень глупо, поэтому рядом с охраной задерживаться я не стал, разбив ближайшему из бодигардов голову ударом шлема с лежащим внутри кольчужным капюшоном, которые для усыпления бдительности не надевал и секанув второго поперек лица кончиком выхваченного из ножен меча. Оба рухнули как подкошенные. Мои солдаты дружно кинулись на остальных…
В «Господском углу» меня встретил опрокинутый столик, два обнаженных кинжала и удивленные глаза ширококостного толстяка в украшенной кружевами рубахе над покрытым обглоданными
— Досточтимый, настоятельно рекомендую не вмешиваться, — буркнул я в его сторону, без какого — либо кровожадного фанатизма блокируя хозяев заведения до того момента как мои люди покончат с телохранителями, — владельцы постоялого двора замешаны в разбоях и убийствах, я произвожу их арест.
— Это фратрия! — Не растерялся переорать шум схватки собеседник управляющего, крепкий сухой мужчина с обильно покрытой сединой головой, исходя из совпадения с словесным портретом тот самый Каван. — Фер Логан, не верьте! Вас убьют вслед за нами!
«Блять! — Мысленно сказал я, когда толстяк швырнул в мою сторону наполовину обглоданный мосол, который сжимал в руке и ухватился за рукоять прислоненного к соседнему стулу «бастарда». Кого — кого, а посторонних в этой операции убивать не хотелось.
К всеобщему несчастью, мои желания в данный момент никакого значения не имели — вместо двух вооруженных одними только кинжалами противников, которых я со своим унаследованным от колдуна мечом и дагой контролировал в углу довольно легко, теперь мне нужно было противостоять аж троим, и единственным моим преимуществом становилась кольчуга. Если конечно Каван под своей кожаной курткой тоже ее не носил.
Решать проблему нужно было быстро — и самым слабым звеном троицы я определил толстяка. Болвана немедленно нужно было приводить в небоеспособное состояние — пока у меня за спиной кто — то четвертый не появился.
Два быстрых шага вперед, малоопасная для Эрриса атака с большой дистанции в голову — шею, смена вектора движения, прямо — таки вытащенный из восточных фильмов разворот — и невезучий фер Логан, хрупнув кровавой пылью изо рта, улетел в сторону.
Поединок с бедолагой уложился в два взмаха меча. А вот увидевший мою открытую спину и попытавшийся атаковать управляющий, что характерно для достоверности определения класса противников под такой же удар на противоходе не попался. Что меня к слову очень удивило, разница в длине между мечом и кинжалом — шаг, для схватки на холодном оружии это очень много.
Живучесть удивила настолько, что я даже решил с ним поговорить — благо время для этого появилось, ибо его старший партнер, вместо того чтобы поддержать атаку друга решил сбежать, бросив того на мясо. Предупреждение — «Перехватите Кавана!» не помогло. Мои солдаты все еще была связаны боем с кнехтами захлебывающегося кровью в углу площадки фера Логана, так что остановить того оказалось банально некому. Матерый старый легионер в ходе бегства даже «бастард» толстяка с пола умудрился подхватить.
— Фенн Крейг, бросайте кинжал и становитесь на колени. В зале и без вас трупов много.
Сломленным Эррис не выглядел, держался отлично —
— И что будете обещать, фер Рэйн?
— Фер Вран, — поправил я. — Фер Вран ден Гарм.
Противник дрогнул, так что я удовлетворением отметил, что мое имя ему было известно.
— Мое уважение, фер. Быстро вы с делами фера Редвина разобрались…
— Зря хлеб ни ем, — согласился я, краем глаза отслеживая обстановку. Четверым моим зольдам противостояло уже только двое противников. Одного из шестерки не было видно, еще один неуклюже забирался на стол, желая там спокойно перевязаться. — Так что бросай оружие и нечего страшного с тобой ни произойдет. По крайней мере, сейчас.
— Дальше клубочек хотите размотать? — Холодно улыбнулся Эррис в ответ. — Когда Ангуса упустили?
— Совсем не факт, — вернул я ему такую же улыбку, надвигаясь и прижимая к стене— что упустили. Не потеряй свой шанс, у тебя тут семья, в конце концов.
— Их тоже убьете? — Эррис явно попытался выиграть время на разговор, неуклюже изобразив, что хочет контратаковать кисть руки с мечом. В другое время эта пародия на атаку привела к окончанию нашего поединка.
— Умою руки, — непонятно для него ответил я, и только прочитав на лице непонимание, поправился. — Предоставлю своей судьбе. Как думаешь, девчонка твоя руки сейчас распускать рискнёт?
— Редкая вы тварь, благородный фер. — Оледенев лицом, сплюнул в мою сторону Эррис.
— Ну да, если сам на дороге людей не режу, то разбойников на них навожу, — равнодушно согласился я. — Красноречивей расскажи мне о своих моральных скрепах, высокоморальный.
— Умыли, — фенн Крэйг быстро вернул самообладание и активно шевелил мозгами, — но я ведь успеваю заколоться? Хоть в этом вам поднагажу, Ваша Милость!
Можно было начинать улыбаться — начался торг.
— Я бы твою жизнь не переоценивал, фенн Крэйг. Даже не представляешь, сколько смогут рассказать одни только твои родные, если я буду знать, о чем их надо спрашивать. А я знаю.
— Спорить не буду. — Не смутился Эррис. — Только сколько времени это займет? Благородные господа пикеты у ваших рот щипать не начали?
— В корень глядишь, — хмыкнул я, жестом останавливая заходившего к Эррису слева Ривелина Хугге, напросившегося в рейд сразу как сошел с санитарной повозки.
— Приятно иметь дело с профессионалом. И что просишь за свою полную и беспощадную откровенность?
— Жизнь…
— Но должен тебя предупредить, чтобы боялся своих желаний, ибо они сбываются, — перебил я, похоже, что считающего себя здесь самым умным управляющего, — про откровенность ведь не для красного словца спросил. Какие бы ты условия не выкатил и с какими бы я не согласился, любое мое обещание будет действовать для первого твоего слова лжи. Понятно?