Жили-были...

Хартли С. К.

«Пэйтон, ты должна пойти на бал. Пусть Кайли отведёт тебя к Вере Вонг… снова. Да, она рассказала мне об инциденте. Вера подобрала для тебя платье. Она задолжала мне довольно большую услугу, поэтому создала кое-что исключительно для тебя. Надеюсь, в обувном отделе Кайли тебе поможет. У ног принцессы должен лежать весь мир, а ты – настоящая принцесса.

С любовью, принц Г.».

С широко распахнутыми глазами и колотящимся в груди сердцем

я положила записку на стол, не в состоянии произнести ни слова. Если честно, я потеряла дар речи.

– О боже! – Кайли вскочила и принялась пританцовывать так, словно сорвала Джек-пот в лотерее. – Он дал тебе свою кредитку и назвал принцессой! Постой, он назвал тебя принцессой… С тобой всё в порядке?

– Я… Я… – Я тяжело вздохнула, не в состоянии подобрать слова. – Даже не знаю, что на это ответить. Я хочу сказать, он дал мне кредитную карточку и назвал принцессой. Две вещи, которые мне не по душе, и ему об этом прекрасно известно. Зачем он это делает?

– Потому что он принц Габриэль, – ухмыльнулась она.

Я покачала головой и отодвинула оскорбительные вещи подальше.

– Я не могу их принять. Это уже чересчур.

– Милая, ты пойдёшь на встречу с Верой Вонг, а потом и на открытие. Мы обе знаем, что в «Альфу» ты могла бы заявиться в мусорном мешке, и Габриэлю было бы на это плевать. Суть в том, Пэйтон, что он пытается изменить твоё восприятие сказок и избавить от предрассудков. По-моему, он умный мужчина.

– Умный мужчина – тот, кому не нужно говорить, какой кофе я пью, потому что знает мои вкусы, и речь здесь не идёт о кредитных карточках, которые он тайком мне подсовывает, – возразила я, приподняв бровь.

– Послушай, просто сходи на встречу и посмотри, что это за платье, тебе не обязательно его надевать. По крайней мере, взгляни, что она для тебя создала. Это же Вера Вонг, Пэй!

Я вздохнула, мои плечи поникли.

– Ладно, уговорила. Но если я снова облажаюсь, лучше бы тебе надеяться на то, что на шпильках ты бегаешь быстро. – Я указала на абсурдно высокие каблуки туфель у неё на ногах.

– Когда встреча? – Подруга ухмыльнулась.

Бросив ещё один взгляд на записку, я заметила сегодняшнюю дату: встреча через час.

– По-видимому, через час. – Я перевернула записку, пытаясь разобраться в происходящем.

– Ах! – радостно рассмеялась Кайли. – Он принял «обет молчания» – так ты деликатно выразилась, я права?

Я кивнула, гадая, к чему она ведёт.

– Он не отвечает на твои звонки, письма и сообщения, правильно?

Я снова кивнула.

– Кайли, к чему ты клонишь?

Она снова рассмеялась.

– Чёрт возьми, да он гений! – Подруга схватила меня за руку и потащила из кабинета.

Я отпрянула назад, но она не ослабила хватку на моём запястье. Я робко улыбнулась коллегам, которые растерянно наблюдали за нами, когда Кайли протащила меня мимо.

Ага, люди, я с вами на одной волне.

– Вернусь в десять! – через плечо крикнула Кайли кому-то – должно быть, Филу – прежде чем потащить меня в фойе. К тому времени, когда мы вышли на улицу, подруга уже вызывала такси, так и не сказав, что, чёрт возьми, она делает.

– Серьёзно, если ты не скажешь, что происходит, полицейским

придётся отчищать твоё тело от тротуара. Проклятье, да что с тобой не так? – Я попыталась выдернуть руку из её хватки, когда такси остановилось, и она открыла передо мной дверь.

– Залезай, – указала она на такси.

Я забралась внутрь, и она захлопнула дверь. Я открыла окно, гадая, почему она осталась стоять рядом с такси. Да что, чёрт подери, происходит?

– Ты потом мне ещё спасибо скажешь, – улыбнулась Кайли, а потом назвала таксисту адрес частной студии Веры Вонг и похлопала по крыше автомобиля.

– Кайли Джексон, я убью тебя! – закричала я из окна, когда такси двинулось по загруженным улицам Нью-Йорка.

Ну здорово, просто зашибись!

К тому времени, когда такси остановилось у салона Веры Вонг, я была не просто чертовски зла на Кайли, а в полном бешенстве. В какие, чёрт побери, игры она играла? Я не понимала, чем там её осенило, и была уверена, что для нормальных людей это тоже останется загадкой.

Вздохнув, я расплатилась с таксистом и вылезла из автомобиля. Я решила, что всё-таки должна пойти и взглянуть, из-за чего весь сыр-бор. Передёрнув плечами, я глубоко вздохнула и, набравшись храбрости, направилась к старому кирпичному зданию. Сердце бешено колотилось в груди, а каблуки громче обычного стучали по каменным ступеням, украшавшим главный вход в салон. Возле самой двери я замерла, неуверенная в том, что всё правильно поняла.

Мне не в магазин Веры Вонг.

В момент озарения Кайли мне удалось выхватить записку от Габриэля и, к моему огромному неудовольствию, его кредитную карточку. Вытащив бумажку из заднего кармана, я снова перевернула её, надеясь найти адрес, который подруга назвала водителю. Он оказался внизу листа, написанный мелким шрифтом.

Ну конечно.

И с чего я решила, что ошиблась адресом?

Подняв взгляд, я пристально посмотрела на большие чёрные двери из матового стекла и покачала головой. Забавно, что могли сделать деньги.

Я вздохнула, открыла дверь и, тяжело сглотнув, вошла в одно из самых невероятных зданий, которое имела честь посетить. Полы из тёмной древесины были отполированы до блеска. Испугавшись испортить туфлями это, без сомнения, невероятно дорогое покрытие, я в нерешительности замерла.

– По-моему, Хайди Клум сделала то же самое, приехав на первую примерку свадебного платья.

Тряхнув головой, я оказалась лицом к лицу с женщиной, от которой так и веяло деньгами и богатством. Чёрные волосы с оттенком, о котором большинство женщин могло лишь мечтать, стянуты в низкий пучок. И хотя на ней красовалась узкая юбка-карандаш и белая блузка, могу поспорить, этот наряд стоил дороже, чем дом моих родителей в Кентукки. А на ножках, конечно же, пара «Лубутенов». Похоже, независимо от места работы, все носили «Лубутены», даже в таком уважаемом салоне Веры Вонг.