Жертва трясины

Делеон Джана

— Единственный способ узнать наверняка, — заметила я, — это вломиться в дом. Сколько длится всенощное бдение?

— Зависит от того, как долго отец Майкл будет читать свою проповедь, — сказала Мари, — но обычно около часа.

У нее зазвонил мобильник, и мы аж подскочили.

— Ида Белль, — сказала она. — Опять.

— Дай-ка мне, — попросила я. — Перестаньте названивать. Мы собираемся пробраться в дом, и нам нужна тишина. Как только что-то выясним, сразу же сообщим.

Я отключила телефон, прежде чем Ида Белль успела возразить,

и вернула его обратно Мари.

Герти покачала головой:

— Уговаривать эту женщину отойти в сторону — всё равно, что просить Джонни Деппа не быть таким горячим.

— Ради ее же блага, — напомнила я Герти, — последнее место, где Иду Белль должны видеть, это напротив дома Теда. Как думаете, почему я припарковала свой «джип» за углом?

— Я-то понимаю, но попробуй-ка доказать ей, — посетовала Герти.

— Нам пора. — Я пристально посмотрела на Герти. — Будьте осторожны и если что найдёте, положите обратно точно так, как было. Мы же не хотим, чтобы Полетт или ее кузен заподозрили, что в доме кто-то лазил.

— Помните, — уточнила Мари, — Бэбс сказала, что Селия отперла дверь патио, когда навещала Полетт. Вы сможете войти там. Если только Полетт не перепроверила все перед тем, как уйти из дома. Еще Бэбс говорила, что в том месте нет сигнализации.

Я кивнула.

— У меня телефон на вибрации. Не отходи от окна. Даже не моргай. Если увидишь, что кто-то приближается к дому, напиши смс.

— Поняла, — ответила Мари.

Я вытащила две пары резиновых перчаток и протянула одну Герти.

— Вперёд, за работу!

Глава 11

Мы с Герти вышли через заднюю дверь и обогнули квартал, чтобы подойти к дому Теда с тыльной стороны. Мари уже выяснила, что в соседних домах живут католики, значит, должны быть на бдении в церкви, если только среди них не затесался безбожник.

— Жаль, сейчас не кромешная тьма, — сказала я.

— Ну, не знаю, — возразила Герти. — У меня ночное зрение уже не то, что раньше.

— Ваше зрение в принципе уже не то, что раньше. Вы просто не желаете это признать.

— Я прекрасно вижу. Не понимаю, почему вы с Идой Белль постоянно талдычите…

Я услышала кряхтение и оглянулась. Герти, со своим орлиным зрением, вмазалась прямо в кондиционер. Я покачала головой:

— Ужасно, что кондиционеры норовят выскочить как раз перед вами.

— Ты отвлекла меня разговором.

— Ясное дело, я заткнусь, пока вы не врезались в окно и не выдали нас.

Я стояла к ней спиной, но готова была держать пари, что она показала мне комбинацию со средним пальцем.

Подобравшись поближе к дому, мы медленно двинулись вдоль забора к калитке. Я потянула вниз рычаг на воротах, и они открылись. Я вздохнула с облегчением. Шестифутовый забор для меня не стал бы большим препятствием, а вот у Герти с оградами было несколько пестрое прошлое.

Когда и задняя дверь открылась без сучка и задоринки, я засомневалась, то ли опять порадоваться, то ли

начать волноваться. Обычно расследование с Герти и Идой Белль не проходило гладко. И я ожидала какого-нибудь подвоха.

— С чего начнем? — спросила Герти.

— Сверху. Половина жителей Греховодья сегодня бродило по нижнему этажу. Ничего компрометирующего там не выставят напоказ. Если этот парень действительно двоюродный брат Полетт, то разместился в комнате для гостей. Попробуйте найти что-нибудь на него. Я займусь хозяйской спальней.

Герти кивнула, и мы полезли на верхний этаж. Первые две комнаты оказались совершенно пусты — довольно странно, учитывая, что семья уже два года прожила в Греховодье. Возможно, Тед с Полетт были из тех людей, которые независимы от вещей. Следующей была ванная, а далее гостевая комната, где посередине кровати стояла спортивная сумка. Я жестом пригласила Герти войти, а сама пошла по коридору к последней двери, вероятно хозяйской спальне.

Я заглянула внутрь и побледнела. Мое зрение буквально атаковала золотисто-красная ткань ламе. В центре у дальней стены стояла кровать с гигантскими столбами и балдахином. Такие же шторы на окнах; такая же обивка у каждой подушки и сиденья. Чертова ткань даже просто лежала на комоде, тумбочках и туалетном столике.

Просто невозможно было представить, что кому-то удавалось заснуть в этом кошмаре. Тут просто чтобы постоять нужны солнцезащитные очки.

Я быстро подошла к тумбочке с правой стороны кровати: крем, гелевые патчи для глаз и снотворное. На бутылке с лекарством надпись: «Полетт Уильямс». Ничего интересного.

Обойдя кровать с другой стороны, я обнаружила на тумбочке одинокий журнал для автомобилистов — вообще ни о чём. Нахмурившись, я подошла к комоду. Первый ящик явно принадлежал Полетт, и я вознесла благодарственную молитву за то, что одела перчатки. Ее нижнее белье было еще более кричащим, чем декор спальни. Вопреки тому, что я видела в фильмах, среди трусиков ничего не было спрятано. В других ящиках тоже ни малейшей улики.

Я исследовала туалетный столик, но нашла только мелочевку из «Уолмарта». Потом заглянула в хозяйскую ванную — также безрезультатно. Порылась в гардеробе: там были только скучные коричневые брюки и рубашки поло, да в противоположность им блестящие и обтягивающие вещи, но больше ничего. Если у Теда с Полетт и имелись какие-то скелеты в шкафу, в спальне они их точно не прятали.

Я вышла в коридор, а Герти показалась из гостевой ванной.

— Ну что? — спросила я.

Она покачала головой.

— У кузена, скорей всего, бумажник с собой, а на сумке нет ни багажной бирки, ни чего-то еще.

— Наверно, вез ручной кладью, — предположила я.

— Отыскала что-нибудь в хозяйской комнате?

— Кроме самого оскорбительного убранства в мире, там нет ничего необычного.

— Вот черт.

Я кивнула.

— Остальные спальни пусты, так что, думаю, спускаемся вниз.