Жертва интриги
Шрифт:
– На самом деле закрутить с тобой роман я хочу меньше всего, – очень ровно отозвался Джей.
– Тогда, черт подери, что за игру ты затеял? – Она вся дрожала, но теперь уже от ярости, а не от желания.
– Никаких игр. Мое тело реагирует совершенно естественным образом, мне дажене нужно ничего планировать. Или ты, может быть, не подозреваешь о своей сексуальности?
На нежных щеках Эдит немедленно вспыхнул предательский румянец.
– Я польщена. Но я в такие игры не играю.
– А в какие же тогда?
В нем снова произошла перемена. Она бы и
И все же я страдаю манией преследования, мысленно усмехнулась она. Я чувствую себя виноватой, потому что скрываюсь под другим именем.
– Ни в какие, – резко ответила Эдит. – С меня довольно, мне надоел этот разговор. Я иду к себе!
Но Джей остановил ее, взяв за руку и развернув к себе. Сердце молодой женщины готово было выпрыгнуть из груди, и она зажмурилась в тщетной попытке не замечать опасной близости Джея. Казалось, она могла чувствовать биение его пульса, ощущать горячую силу мужского естества.
Он склонился над ней и приник жадным ртом к ее губам. Эдит еле слышно вздохнула и уперлась ладонями в мускулистую грудь. Но его уже невозможно было остановить.
Руки его скользнули ей за спину, обхватили трепещущее тело, лихорадочно лаская. Нежные искусные пальцы словно разрушили последние укрепления – Эдит не могла больше сопротивляться. Губы приоткрылись, отвечая на поцелуй, и язык Джея проник в сладкие глубины, заскользил по деснам, погружаясь все глубже, заставляя ее тело дрожать от возбуждения.
Эдит робко провела ладонями по сильным плечам, с тайной радостью ощущая, как мышцы напрягаются под ее прикосновениями. Его запах – такой знакомый и любимый – щекотал ноздри, возбуждая все сильнее.
Ей никогда уже не забыть вкуса этих чувственных губ, Джей Мэтьюз, словно наркотик, привязывающий к себе навек. Воспоминания останутся после того, как они расстанутся, когда он уже забудет о ней.
Отмахнувшись от тяжелых мыслей, Эдит обвила его шею руками, прижимаясь крепче. Страсть охватила ее, и она отдалась во власть инстинкту. Руки Джея тем временем легли на мягкие округлости ее груди, лаская сквозь тонкую ткань напрягшиеся до боли соски. Но даже легкая футболка казалась преградой: хотелось избавиться от одежды и белья, чувствовать его всем телом, насладиться близостью обнаженных тел. Она хотела отдать ему себя.
Неожиданно Эдит словно очнулась от кошмарного сна. И ужаснулась собственным действиям и мыслям.
– Нет! – воскликнула она, но протест прозвучал слабой, неубедительной мольбой.
Джей не обратил на него внимания. И мгновение спустя губы его вновь заворожили ее, пробуждая чувства, о существовании которых Эдит не подозревала.
Пять лет супружеской жизни открыли ей меньше тайн, чем пять минут в объятиях этого человека. Майкл никогда не целовал ее так, что весь мир превращался в сумасшедший сверкающий вихрь, а тело горело будто в огне. Занимаясь любовью, он никогда не стремился доставить жене наслаждение. Сейчас же все было по-другому. Руки и губы Джея сводили ее с
Но она знала, что он играет, дразнит ее, пытаясь понять, как далеко Эдит позволит ему зайти. И в душе наверняка смеется над ее словами: «Ты последний человек на земле, которому я позволю ко мне притронуться!»
Так что же случилось? Почему она не может держать себя в руках? Это же все неправильно и не входило в ее планы!
– Джей, пожалуйста, – прошептала она.
– Пожалуйста – что? – Эдит чувствовала его теплое дыхание на своих губах. – Пожалуй ста, еще? – Его пальцы легко касались груди и напряженных сосков, причиняя боль, смешанную с восторгом.
Медленно, дюйм за дюймом, он разрушал ее оборонительные укрепления, и совсем скоро – если она не примет решительных мер – заставит ее сдаться на милость врага-победителя.
Во имя страсти, животного голода, ради плотского удовольствия! Чтобы доказать свое мужское превосходство!
– Черт бы тебя подрал, Джей Мэтьюз! – Голос Эдит звенел от ярости. – Прекрати сейчас же! – Она замолотила его кулаками по груди, сверкая потемневшими синими глазами.
– Я как раз думал: когда же ты меня остановишь? – протянул Джей, лениво улыбаясь, и отступил назад.
– Будь ты джентльменом, ты бы прекратил, когда я попросила тебя в первый раз.
– Даже в тот момент я зашел куда дальше, чем предполагал. – Его белозубая улыбка стала шире.
– Предполагал? – Эдит чуть не задохнулась от негодования. – Предполагал? Ты сущий дьявол!
– Напротив, вполне нормальный человек.
– Ты же воспользовался ситуацией!
– Какая ты все-таки увлекающаяся женщина!
Температура ее взгляда упала до абсолютного нуля.
– Очень подходящая для того, чтобы поразвлечься, да? Чтобы скоротать несколько часов свободного времени, пока ты, Бог знает с какими целями, торчишь на острове? Быть может, ты ценишь такое времяпрепровождение, но я – нет.
Джей наклонил голову и пристально на нее посмотрел.
– Неужели ты не испытала никаких приятных ощущений?
Он знает, что если я отвечу «нет», то солгу, подумала Эдит, поэтому ушла от прямого ответа.
– Все зависит от того, что называть приятным. Целовать женщину, которая не желает иметь с тобой ничего общего, это, по-моему, напоминает попытку изнасилования. – Она понимала, что говорит лишнее, но не могла остановиться. Этот человек злил ее до безумия.
На лице Джея вспыхнул темный румянец, но он взял себя в руки.
– Надеюсь, ты не имеешь в виду ничего подобного.
– Ты этого никогда не узнаешь! – выкрикнула она и, повернувшись на каблуках, кинулась в дом.
Эдит закрылась у себя в спальне и всерьез обдумывала планы бегства. Она просто не могла сопротивляться этому мужчине, а посему находиться с ним в одном доме стало слишком опасно.
И вообще, зачем он вернулся? Мейбл, конечно, выдвинула свою теорию, но уж больно сомнительную. Джей Мэтьюз не такой человек, чтобы отказаться от работы ради какого-то романа!