Жертва для палача
Шрифт:
Оценив наше положение, он поднял большой палец в одобрительном жесте, занял место на мостике, перехватывая управление. Разминая замерзшие руки, я сняла очки и подошла к Ингрид.
«Скиталец» дрогнул и плавно ушел вниз. Город под крылом приблизился. В центре на двух холмах, возвышаясь над остальными районами, располагался имперский дворец – монументальное сооружение прямоугольной формы из белого камня с колоннами по периметру, подсвеченное столбами света такой силы, что они рассеивались лишь на высоте нескольких километров. Дворец никак не ограждался, если не считать огромной площади, отделяющей его от остального города. Она оказалась даже больше чем весь наш школьный
Между тем «Скиталец» сделал последний вираж над долиной, и наводящий маяк развернул свой световой луч в нашу сторону, демонстрируя траекторию захода на швартовку. Скорость минимальна, под крылом проплывали заполненные людьми площади, народ уже начал отмечать праздник. Башни Воздушной гавани приближались, вырастая перед нами как иглы громадного ежа. Теперь Брэд больше не отвлекался, а сосредоточенно общался с контролером по браслету.
К нам присоединилась Хельга в пушистой короткой шубке, великолепной темной юбке и высоких сапогах на каблуке. Волосы девушка собрала в восхитительную прическу с десятком шпилек, украшенных камушками, а на лицо нанесла безукоризненный макияж.
– Вау! Ты уже куда-то собралась? – подозрительно покосилась я на эту красотку.
– Ну конечно, и вы тоже с нами, я надеюсь. Темная ночь все же… Ты бы переоделась что ли?
И пропустить стыковку? Ну, уж нет!
Сбоку проплыла верхушка колокольни, часы на ней показывали десять вечера. Милман сманеврировал и обогнул ближайшую причальную башню, полностью заполненную аппаратами. Тут швартовались «Широкие черепахи», и «Скитальцы», и «Пчелки». Стоя с открытым ртом, я наблюдала, как внизу перпендикулярно нашему курсу в крытый ремонтный ангар заходил военный «Дредноут» – огромный десантный дирижабль. Мы медленно перемещались сквозь лес из башен и металлических ферм. В стороне осталась мрачная темная мачта с закрепленными «Горными орлами», судя по эмблеме Ведомства, доступ туда был ограничен. Ну а мы маневрировали, приближаясь к дальней площадке, наш мигающий баллон аккуратно прошел под каркасным мостом.
– Это секция принадлежит институту Артефактологии, – пояснила бывавшая здесь Ингрид.
Под днищем пролетела верхушка контрольной башни, крылья «Скитальца» медленно сложились, скорость упала, зашумели лебедки, распуская тросы. Гондола дернулась и встала. Милман прицепил носовой карабин к крепежу мачты и радостно обернулся.
– Дамы, добро пожаловать в Дикельтарк!
На стыковочной площадке нас уже ожидала милая девушка с документами. Я с любопытством осмотрела ее экипировку. На руках десяток браслетов связи, на лбу очки, а из кармана теплого костюма виднелись гаечные ключи. Она деловито поднялась на борт и вручила пассажирские ведомости.
Пока Милман их заполнял, мы приводили себя в порядок. Я надела одно из новых платьев Хельги – то, что потемнее и поприличнее, сверху набросила темную меховую мантию, и затянула широкий пояс. Неброско удобно и со сдержанной красотой. Спутанные, растрепанные волосы аккуратно убрала в высокий пучок, зафиксировав его сеткой. Ингрид сначала вообще отказывалась идти развлекаться, но увидев непреклонное выражение на лице актрисы покорно надела платье, серую шубку и поплелась следом за нами.
Безумное количество народа заполнило мощеное поле перед императорским дворцом. Мы в нашей Лорании столько людей разом в одном месте никогда не видели… Тут наверно несколько тысяч человек! Предприимчивые торговцы продавали
Милман таскался от одной кучки народа к другой, знакомя нас со своими друзьями. Я лишь тактично кивала и здоровалась, никого не запоминая, окружающая праздничная суета сильнее увлекала меня. То, что наш преподаватель без зазрения совести тешил свое тщеславие и самолюбие, показываясь перед знакомыми в компании сразу трех красивых студенток, меня совершенно не волновало. Шампанское уже кружило голову, и я начала расслабляться и довольно улыбаться.
Имперский дворец сиял панорамными окнами, среди колонн прогуливались модно разодетые дамы с кавалерами. Лорды и леди Дикельтарка ежегодно приглашались на торжественный прием к императору, а нам, простым смертным, отводилась площадь. Казна оплачивала уличных артистов, выпивку и лакомство для детей…
Осоловевший Милман с плотоядным восхищением посматривал на Хельгу, а та кокетливо улыбалась в ответ и пила… детский лимонад, порой с завистью косясь на мой бокал.
– Брэд, а мы тут долго еще будем? – поинтересовалась она.
– До полуночи, дорогая. Потом повезу вас в самый крутой клуб города, там наши сняли целый зал и игровую секцию! Увидишь!
Кто такие наши, что за игровая секция, и что за клуб, я решила не спрашивать. Мне все нравилось. Часы на высоком обелиске у дворцовых врат показывали пятнадцать минут до полуночи, и чем ближе стрелки подходили к верхней точке, тем чаще регесторцы поглядывали на них в ожидании чуда, в надежде на более счастливую и благополучную жизнь в новом году. Для меня же этот год стал первым, прожитым в Регесторской Империи от и до… Невероятно сложным, сумасшедшим, но намного более живым, чем все мое бессмысленное существование в Лорании!
– Яна! Ингрид! Сюда! – Милман звал нас на возвышающуюся площадку.
Уже захмелевшая баронесса захихикала и вприпрыжку рванула по лестнице вверх. Массивный колокол отбил первый удар, пустой фужер в руке дзинькнул энергией и волшебным образом наполнился шампанским. Бесплатная порция!
– Загадываем желание!
Ингрид прищурилась своим мыслям, Хельга ухмыльнулась и пристально посмотрела на любовника, а я нахмурилась… Желание? Хм… Не надо быть ментальным магом, и так понятно, что именно загадали мои девочки. А я? Не знаю даже… Пожалуй, не стоит отбиваться от коллектива. Других идей все равно нет. В праздник по традиции принято думать о прекрасном, о любви, счастье и так далее… Выпив разом игристый напиток, я разбила стеклянный сосуд о бортик, блестящие осколки упали в снег.
Как только колокол прозвенел последний раз, над площадью на малой высоте пронесся «Воздушный кот» и в один миг сбросил тысячи светляков. Маленькие волшебные огоньки, словно живые, выстаивались в небе в огромные сияющие инсталляции, вытягивались в нити и формировали фигуры зверей, птиц, окрашенных в самые невероятные оттенки. Иллюзия шипела, звенела и пульсировала, ни на миг не прекращая трансформацию, пока не взрывалась ослепительным фейерверком, освещавшим восторженные лица зрителей. Искры и всполохи опадали, а маленький дирижабль закладывал новый вираж, засевая небо огоньками, собиравшимися в невероятные картины.