Жертва 2. Искатель

Тупак Юпанки

Один-единственный раз ему даже удалось посмотреть на него вблизи. Дамблдор сказал, что Гарри необходимо передать меч Гриффиндора для уничтожения хоркрукса. Северус, разумеется, мог бы сделать это десятком способов, но выбрал самый простой и надёжный: отправиться на место лично. Он в последний раз уточнил у Финиаса, где сейчас находятся молодые люди, добрался до границы антиаппарационного барьера и аппарировал в лес.

Первое, что Северус не мог не отметить, были превосходные маскировочные чары, наложенные, без сомнения, всезнайкой Грейнджер. Но, к счастью, он знал заклинание, позволяющее вычислить примерное местонахождение замаскированной палатки. Он не долго думал, как же привлечь внимание троицы. Северус был уверен, что если не Грейнджер, то уж Гарри-то точно пойдёт за серебристым

оленем. Так и случилось, и уже через несколько секунд Северус увидел всего лишь в нескольких ярдах от себя Гарри, который по глупости всё-таки вышел за пределы маскировочного барьера и в одиночку поспешил за убегающим животным. Впрочем, у Северуса не было времени на то, чтобы в очередной раз поражаться наивности гриффиндорцев. Свою задачу он выполнил просто мастерски. Отвёл Гарри к озеру, где тот, разумеется, заметил блестящий на дне меч. Вот только в планы Северуса не входило отважное решение Гарри нырнуть в ледяную воду. Вообще-то для поднятия артефакта со дна было заклинание, о котором Гарри, как тут же понял Северус, понятия не имел.

Когда прошло уже больше минуты с момента погружения Гарри, Северус забеспокоился и уже был близок к тому, чтобы, забыв про собственную маскировку, самому прыгнуть в озеро, но тут, к счастью, из ниоткуда появился Уизли и спас незадачливого ныряльщика. Северус ещё какое-то время стоял за деревьями, разглядывая своего молодого любовника. Он отдал бы многое за то, чтобы иметь возможность подойти к нему сзади незамеченным и заключить его в объятия, но понимал, что это просто невозможно. Он бы с удовольствием следил за гриффиндорцами и дальше, но тут Гарри взбрело в голову проверить на предмет врагов именно эти деревья, и Северусу пришлось быстро аппарировать. Впрочем, даже от такой встречи с Гарри Северус получил огромное удовольствие, которое, скорее всего, заключалось в том, что он сам, собственными глазами, увидел его и убедился, что с ним всё в порядке.

Северус возвращался в замок в хорошем настроении, думая о том, что нужно не забыть поблагодарить Альбуса за то, что он так своевременно прислал к озеру Уизли.

***

Северус был спокоен за Гарри после передачи ему меча, но спустя какое-то время он получил такое письмо от Люциуса, что у него волосы на голове встали дыбом. Филин Малфоев прилетел уже поздно ночью, и сначала Северус подумал, что у Лорда есть какое-то важное поручение для него, но то, что он прочитал, просто выбило почву у него из-под ног.

«Сев, я не знаю, что происходит, но твой Поттер сейчас находится в подвале моего поместья, его с друзьями схватили егеря. Я мог бы от них откупиться, но Лорд оставил нам Беллу, и она сейчас пытает подружку Поттера. Если у тебя есть какие-нибудь идеи на этот счёт, самое время их осуществить. Она скоро вызовет Лорда.

Л.»

Северус даже не стал перечитывать написанное второй раз, а сразу бросился к портрету Дамблдора. Он, конечно же, не стал сообщать ему откуда у него информация о заточении Поттера. Альбус остался на удивление спокойным и сказал, что всё будет в порядке и что он сейчас этим займётся, и исчез с портрета.

Следующий час Северус не находил себе места, меряя шагами директорский кабинет. Когда наконец Альбус снова появился на картине и сообщил, что Гарри с друзьями в безопасности, Северус позволил себе облегчённо вздохнуть и пропустить стакан коньяка. Он не стал писать ответ Люциусу, а просто собрался следующим утром, захватил с собой все необходимые зелья и отправился в Малфой-мэнор помогать Люциусу и Белле зализывать раны. Он по себе знал, что в гневе Лорд действительно был страшен.

***

После этих событий Северус потерял счёт времени. Каждый день для него был похож на предыдущий. Ему даже начало казаться, что день превратился в вязкую липкую тягучую массу, в которой он пачкался с утра до вечера, и перед сном он непременно шёл в душ и долго и тщательно мылся, словно старался оттереться от грязи. Хотя именно грязи у него было предостаточно.

Ежедневно он вёл войну. С преподавателями, от которых буквально исходило отвращение и ненависть; со студентами трёх факультетов,

которые почти открыто выражали свою ненависть и злобу; с Пожирателями, которые стремились использовать свою власть с максимальным ущербом для детей; с Альбусом, который практически заменил ему мозг, постоянно командуя и принимая за него решения; с Джеймсом, чьей болью он отравлял свою душу каждый вечер, проводя с ним время в кладовой… Каждый день для него шла война с ними, но прежде всего — с собой. Впрочем, как и любая другая война, эта тоже должна была рано или поздно закончиться…

***

Северус знал, что Гарри появился в Хогсмиде и теперь направляется в замок. После встречи с Гарри и его друзьями Аберфорт незамедлительно сообщил об этом Альбусу. Но Северус по этому поводу испытывал довольно противоречивые чувства. С одной стороны, он был рад, что Гарри наконец-то нашёл местоположение остальных хоркруксов и движется в школу, но с другой, он понимал, что если встретится с ним, эта встреча не будет радостной и даже может закончиться не очень хорошо для кого-то из них. Поэтому сначала он выбрал политику невмешательства. Он до упора сидел в своём кабинете, размышляя о том, где же сейчас находится Гарри и что делает. Сигнала тревоги до сих пор не было, значит, его не обнаружили Кэрроу. Это успокаивало. С другой стороны, они могли взять его втихаря, чтобы самим передать Лорду, не ставя директора в известность. От таких мыслей что-то внутри неприятно зашевелилось.

Северус прекрасно понимал, что если у Гарри всё идёт по плану, ему не следует вмешиваться. Но необоснованный страх и желание снова увидеть его, как всегда, пересилили благоразумие, и Северус отправился патрулировать коридоры.

Он даже ничуть не удивился, увидев недалеко от гриффиндорской башни Минерву в халате, которая куда-то очень спешила. Северус появился из-за колонны и начал неторопливый допрос гриффиндорского декана. Разумеется, ему было всё равно, что она делает тут «одна» в такой поздний час. Слушая её неумелые отговорки, он медленно приближался к тому месту, где, по его мнению, мог находиться Гарри под мантией-невидимкой. Его посетило такое же чувство, как и на Астрономической башне год назад: ощущение присутствия. Уже подойдя почти вплотную, он понял, что не ошибся. Его чувствительный нос даже уловил мимолётный запах Гарри. Приятный и родной запах его любовника. Но Северусу не дали в полной мере насладиться этим чувством. Внезапно Минерва сделала быстрый и мастерский выпад, взмахивая палочкой, и Северусу даже пришлось вступить с ней в небольшую схватку, чтобы защититься.

Конечно, он надеялся, что сможет оглушить Минерву и уже потом разобраться с Гарри, но когда ей на помощь подоспели остальные деканы, Северус понял, что силы неравны. Его память услужливо подкинула школьные воспоминания, в которых он частенько оказывался один против четверых, и ничем хорошим это никогда не заканчивалось. Поэтому единственное здравое решение, которое он мог принять, — это сбежать.

Северус ринулся по коридору и вбежал в пустой класс. Единственный выход был через окно, чем Северус незамедлительно и воспользовался. Он ещё с юности знал, что Метка наделяет Пожирателя особыми способностями, как, например, умение летать, но сам никогда не испытывал это на практике. Так что на этот раз он, уповая, как ни странно, на своего Тёмного Повелителя, бросился из окна, разбив стекло. Вначале он камнем полетел вниз и уже начал думать, что его план не сработал, но через долю секунды он завис в воздухе невысоко над землёй. Ощущение было странным. Чужим и знакомым одновременно. Конечно, он не понаслышке знал, что чувствует человек, которого поднимают в воздух, но чтобы делать это самому… Нет, ощущение ему определённо понравилось.

Вытерев рукавом израненное осколками лицо от крови, он поднялся повыше в воздух и полетел по направлению к воротам. Единственной мыслью было немедленно аппарировать отсюда подальше. Но как только он достиг границы антиаппарационного барьера и приземлился на ноги, всё вокруг поплыло, а перед глазами заплясали чёрно-белые точки. Видимо, первый полёт возымел свои последствия. Последнее, что запомнил Северус, была чья-то сильная рука, сжимающая его предплечье. Северус почувствовал рывок аппарации и провалился во мрак.