Женщина без тени
Шрифт:
Кейла вспомнила, как сидела рядом с отцом в зале Совета. Как сможет она теперь сидеть там одна, без него.
– Полагаю, вы правы, – услышала она свои слова, хотя и не собиралась произносить их.
– Все мы, кто был предан твоему отцу, останемся преданными тебе. Ты знаешь об этом.
– Да.
Разумеется, так и будет. Что же еще им остается? Кто может заменить Редмонда Рида?
– Интересно, как отреагируют Келлеры, – пробормотала Кейла.
– Беатриса, вероятно, ожидает, что ты присоединишься к ней сейчас либо передашь ей свое право голоса до тех пор, пока не достигнешь совершеннолетия.
– Я уверена, что ей хотелось
– Она не прочь получить в свое распоряжение также твои способности, – заметила доктор Эшли.
Кейла невольно улыбнулась. Все шахтеры знали, что она является одним из самых одаренных эмпатов молодого поколения – по меньшей мере, трипатом. Единственным, кто отдаленно приближался к уровню ее способностей, был Йейтс Келлер. Но он был лишь дуопатом с выраженным ближне – и дальнечувством, причем последняя способность проявлялась так слабо, что ее можно было считать почти латентной, призрачной, практически бесполезной. Никто не мешал Беатрисе Келлер радоваться успехам своего сына после тестирования. Она хвасталась целую неделю, до тех пор пока не появились результаты Кейлы.
Родители предупреждали ее. Они говорили ей об опасности, таящейся за излишней гордостью, о беспечности, сопутствующей такой гордости. Но несмотря ни на что Кейла гордилась своей силой. Она в самом деле была сильной, сильнее драгоценного сына Беатрисы Келлер.
– Полагаю, Беатриса попытается завязать с тобой сотрудничество, – заговорила доктор Эшли, прервав мысли Кейлы.
– Почему?
– Во-первых, она уже предложила оплатить все твои больничные счета.
– Я сама могу платить по своим счетам, – резко возразила Кейла.
Губы Кэрол Эшли скривились в грустной улыбке.
– Я ожидала от тебя такого ответа. Но не стоит не глядя отмахиваться от ее предложений. Альянс с ней может оказаться полезным для всех нас. Но у тебя будет достаточно времени, чтобы обдумать это на досуге.
Она прижала к запястью Кейлы полоску пластыря.
– Для чего это нужно?
– Чтобы ты могла спокойно поспать.
– Но я не хочу спать! Я хочу пойти домой.
Веки Кейлы налились свинцовой тяжестью, и она уже не могла удерживать глаза открытыми. Ей показалось, что она услышала слово «завтра», произнесенное шепотом, но это уже могло быть началом нового сна.
Вход в дом выглядел точно так же, как и раньше. Что, если Кейла сейчас откроет дверь и обнаружит на кухне маму, ухаживающую за растениями с гидропонной грядки, или отца, разбирающего сломанный рудоочиститель? Она крикнет: «Вот здорово!», и…
Нет. Их здесь нет и больше никогда не будет. Кейла тяжело вздохнула и отперла дверь. У нее сжалось горло от знакомого домашнего запаха. Это место все еще было домом, хотя в нем остался лишь один жилец.
Теплые, знакомые комнаты, высеченные в дымчато-зеленой кристаллической породе, служили желанным убежищем, в котором всегда царили покой и тишина.
Мерцающие ковры из лавандовой бамберовой шерсти высшего качества от лучших ткачей Льяжа, планеты пастбищ и равнин, мягко пружинили под ногами Кейлы. Ей нравилась их мягкая нежная поверхность, и она частенько целыми часами вглядывалась в их переливающиеся узоры, представляя стада бамбер, бродивших по лугам Льяжа вместе с загадочными пастухами-кочевниками – там, где дул настоящий ветер и шел настоящий дождь.
Но теперь она не обратила на них никакого внимания. Кейла отрешенно прошла по комнате и медленно уселась
«Я обязана быть сильной, – сказала она себе. – Их больше нет, и я ничего не могу с этим поделать».
Ее окружали кусочки былой семейной жизни: голографические картины и пробы руды, укрепленные на стенах под розовыми лампами контейнеры с гидропоникой, за которыми так заботливо ухаживала ее мать. Импортный деревянный стол со стульями, доставленный из Салабрийской системы по заказу ее отца, который хотел удивить жену невиданным подарком к тридцатипятилетию. Денег, потраченных на эту мебель, хватило бы на покупку нового рудообрабатывающего комбайна. У Кейлы не лежала душа к замене старых знакомых вещей, но чем дольше она смотрела, тем сильнее становилась ее уверенность в том, что она не сможет жить здесь наедине с мучительными воспоминаниями об отце и матери.
«Ближе к делу», – подумала она. Землетрясение уничтожило большую часть недвижимости семьи Рид. Она должна разобраться, сколько и чего осталось и какая часть из оставшегося сможет обеспечить ее текущие расходы.
Кейла взяла отцовскую шкатулку, сделанную из ароматной древесины золотого дерева и покрытую искусной резьбой – завитками, узлами и двойными арабесками. Она попыталась открыть шкатулку, но замок был настроен на отпечаток большого пальца ее отца и не поддавался ее усилиям. Раздосадованная Кейла уставилась на непокорную вещицу и задумалась. Ей не хотелось разбивать крышку, но как иначе она сможет добраться до семейных бумаг? Взгляд Кейлы упал на рюкзак с шахтерским снаряжением, и внезапно она вспомнила о своем лазере. Попробовать вскрыть замок с помощью лазера? Если действовать с осторожностью, то, может быть, ей удастся даже не повредить шкатулку.
Кейла вытащила резак и посмотрела на индикатор. Лазер был полностью заряжен. Она аккуратно прицелилась и нажала на спусковую кнопку.
Желтовато-зеленая молния выпрыгнула из лазера и ударила точно в замок шкатулки. Кейла убрала палец с кнопки, и режущий луч исчез. Замок раскалился добела, но постепенно сияние стало красным, затем оранжевым. Кейла постучала по боковой стороне крышки.
Крышка наполовину отвалилась и упала бы на пол, если бы Кейла не подхватила ее.
«Неплохой выстрел, – подумала она. – Интересно, понимал ли папа, как слабо защищена его шкатулка?» Разумеется, понимал. Он мог купить себе чудесный маленький сейф, похожий на тот, который стоял в ее спальне, но ему нравились старомодные вещицы. Форма имела для Редмонда Рида не меньшее значение, чем функциональность.
Кейла порылась в бумагах и видеокубиках. Ей не потребовалось много времени, чтобы понять: компания «Рид энтерпрайзез» едва держалась на плаву. Все дорогое оборудование было оплачено за счет займов у семьи Келлер. Даже дом оказался заложен Келлерам.
Кейла в ужасе спрятала лицо в ладонях. «О папа, почему же ты не сказал мне?» Но она прекрасно знала почему. Она знала, что отцу не хотелось беспокоить ее. Он верил, что следующая разведка принесет столько денег, что он с лихвой расплатится со всеми долгами.