Женщина–апельсин
Шрифт:
Выбившие дверь люди Макса – их было трое – ворвались в квартиру и уставились на голую парочку на полу. Один из них хотел пройти в комнату, но его остановили.
– Не мешай, – сказали ему, – видишь, люди трахаются!
Володя повернул разгоряченное лицо и собрался выругаться от души, когда беспокойный исполнитель подбежал и ударил его по голове. Володя обмяк, успев совершенно искренне удивиться, что и отразилось на его лице, перед тем как он расслабленно дернулся и затих на Еве. Ева сбросила его с себя осторожно, села, обняв колени руками, и быстро оглядела комнату,
– Вам кого, мальчики? – спросила она, вздохнув.
– Нам бы Еву Курганову, – мальчики совершенно заторможенно смотрели на Еву, только ударивший Володю ощупывал одежду, валявшуюся на полу.
– Это я. Я вам нужна голая или одетая?
Мальчики неопределенно хмыкнули и переглянулись. Ева отыскала взглядом пистолет и поняла, что не достанет его в два переката по полу. Старший из исполнителей еще раз внимательно осмотрел Еву, потом он осмотрел возбужденных покрасневших мальчиков и отрицательно покачал головой. Мальчики грустно вздохнули и сняли со стула одежду Евы. Ощупывая каждый предмет, они бросали ей по очереди маленькие трусики, колготки, невесомую блузку, свитер и шерстяные брюки.
Когда Ева оделась, старший потребовал показать ему удостоверение или паспорт. Ева медленно протянула руку к сумочке, один из мальчиков успел проявить рвение и схватил сумочку первый.
– Ничего, – сказал он, быстро пошарив в ней и доставая документы.
– Она, – удовлетворенно кивнул старший, посмотрев паспорт. Он снял в коридоре с вешалки куртку, ощупал ее и подождал, пока Ева обуется.
Ева присела, завязывая шнурки. Осторожно глянув через плечо назад, Ева отметила, что все мальчики стоят профессионально: достаточно далеко от нее. Одним броском не достать.
Спускались по лестнице не спеша, Ева шла второй, никто из мальчиков так и не нарушил дистанцию.
Выходя из подъезда, Ева задержалась, с удовольствием вдыхая холодный мокрый воздух. Она огляделась и увидела машину Волкова, недалеко от нее другую, которая вела ее от Управления, но еще стояла черная «Волга» и новенький блестящий джип. Из «Волги» вышел мужчина и направился к машине Волкова. Он уставился на Еву в окружении мальчиков, неуверенно остановился и оглянулся на свою машину. Из нее вышел еще один и встал, разглядывая группу у подъезда.
– Эй, – крикнул он неуверенно. – Это что тут такое? – Он приехал с напарником сменить Волкова, только что съел полкило горячих пончиков и предполагал вполне спокойно переварить их ночью, сидя в машине у подъезда.
Старший из исполнителей быстро затащил Еву в подъезд и прикрыл ее собой, наставив на нее короткоствольный автомат и приказав не двигаться. А двое других открыли огонь по машине и по любителю пончиков.
Волков судорожно завел свою машину и успел развернуться до того, как его стали поливать из автомата. Ему изрядно попортили бампер, но он успел вырваться из двора, сшибая по пути лавочки и мусорные баки.
Еву провели к джипу и быстро затолкали назад.
Выглянувшие в окна любопытные жильцы увидели у подъезда черную «Волгу» и двоих валяющихся на земле мужчин. Они громко и возмущенно стали переговариваться,
Еву отвезли недалеко, в центр города. Открыв металлические ворота, джип въехал в большое складское помещение. Ярко пылали лампы дневного света, заливая голубым свечением штабели коробок и две машины в глубине длинного ангара. Еву осторожно и крепко взяли за руку чуть повыше локтя, обозначив болезненным толчком в бок дуло автомата. Подвели к металлической двери, набрали код. Старший из группы поднял голову к небольшому глазку видеокамеры. Дверь щелкнула и открылась.
Ева увидела огромную комнату с множеством уютных уголков, образующих отдельные места отдыха, с набором диванчиков, кресел, со своим освещением, небольшими столиками и телевизорами. Таких мест было пять. Почти в середине комнаты стоял огромный стул, на нем сидел огромный человек, задумчиво грызя спичку. Возле него, словно приблудился из другого места, крошечный столик на колесиках с бутылками, стаканами и ведерком со льдом. Сзади странного толстяка стоял другой стол, большой, с металлической столешницей, внутри которой была дыра. На столе лежали инструменты, назначение которых Еве было совершенно непонятно, но они пугали своей схожестью с хирургическими.
– Птичка прилетела, – задумчиво произнес Макс, разглядывая Еву. – Проблемы были?
– Да как сказать. Она была не одна и только-только устроилась потрахаться.
– Какая все-таки неожиданная штука – жизнь, – обдумав полученный ответ, заметил Макс.
Исполнители неуверенно топтались, Макс предложил им выпить и уехать «баиньки». Через три минуты Ева услышала слабый щелчок двери за ними. Она напрягала глаза, стараясь разглядеть, нет ли в этих кучках расставленной мебели еще кого-нибудь.
– Мы с тобой одни, – Макс заметил ее внимание. – Будем ужинать, я не люблю есть один. Для этого нужно сначала познакомиться. Привет, как поживаешь?
Ева смотрела в опухшее лицо. Маленькие, близко посаженные глазки черными бусинами выглядывали из-под узкого осевшего лба. Она оглядела складки подбородка, лежащие на груди, подмокшую под мышками футболку, из коротких рукавов которой выпирали вздувшиеся мышцы, словно огромную резиновую куклу надули, забыв отключить регулятор. Необъятные и бесформенные штаны Макса натягивались на ляжках, собираясь треснуть. Из-под штанин вдруг неожиданно, даже стыдливо, выглядывали голые и странно маленькие ступни.
– Вашими молитвами, – сказала Ева, вздохнув.
Она еще не успела испугаться, только подлая усталость давала о себе знать. Ева закрыла глаза и раздраженно подумала, что жизнь наказывает ее именно теми образами, которые она сама себе и напредставляла. Она вспомнила психолога, который просил ее описать образ мужчины, вызывающий отвращение. Даже тогда, представив этого условного мужчину, она не смогла так безобразно его раздуть, обрить и наградить запахами, которые сейчас навязчиво потянулись к ней от толстяка.