Жених для дочери
Шрифт:
— Да, папа, — хором ответили сестры, не поднимая глаз.
Тетушка вернулась в столовую минут через десять и сразу же вывалила все новости:
— Брат не велел выезжать, но разрешил прогулки в Гайд-парке. Остальное он оставил на мое усмотрение. И, дорогие мои племянницы, первое, что я сделаю на свое усмотрение, — перенесу утреннюю молитву на девять утра. Как раз перед завтраком.
Девушки переглянулись и нерешительно улыбнулись. Кажется, тетя тоже соскучилась по хоть небольшой, но свободе. Только вряд ли она настолько будет добра, что разрешит нарушить прямой
— Кроме этого, — продолжила тетя, — гулять в парке мы будем каждый день после обеда. И без Клемента. Он портит мне настроение.
Сестры снова переглянулись. Кажется, тетя устала от брата гораздо больше, чем им думалось. Тиана даже пожалела, что совсем недавно осуждала ее. У сестер есть все шансы обрести счастье, но что делать старой деве, которая не смогла выйти замуж? Она навеки останется рядом с братом, который после замужества дочерей и вовсе станет невыносим. Впрочем, тетя Джоанна свыклась с этим.
— А теперь я пойду, пожалуй, вздремну, — заявила тетушка. — И вам советую заняться тем же. Мы сегодня встали неприятно рано, как и всегда, впрочем.
После этого заявления тетя Джоанна встала из-за стола, бросила на скатерть смятую салфетку и быстро, шурша юбками, удалилась.
Девушки не выдержали и рассмеялись.
— Бедная тетя. А ведь она терпит общество отца гораздо дольше, чем мы.
Добрая Клара посочувствовала Джоанне.
— И… Чтобы избежать столь незавидной участи, мы должны составить план, — перешла прямо к делу Тиана.
— Итак, отца не будет минимум три дня. Мы должны выезжать каждый день. И мы должны оставаться на приемах как можно дольше. А не до одиннадцати. Так у нас будет больше возможностей. — Альма покачала головой. — Но есть еще одна проблема: нам по-прежнему нечего надеть.
— И отец уехал в нашей карете. Как нам выезжать? — напомнила Тиана.
— Мы можем послать Лиз, чтобы она наняла экипаж, — предложила Клара.
— Тогда остается одна проблема: платья. — Альма горестно вздохнула. — В наших старых скучных и поношенных нарядах на нас никто не обратит внимания, пусть мы даже будем вешаться кавалерам на шею.
— Платья — не самая большая наша проблема. Не забывай про тетю. — Тиана встала из-за стола. — Предлагаю переместиться в сад, здесь не место для такого разговора.
В саду сестры устроились каждая на своем любимом месте, разложили книги и рукоделие, чтобы было оправдание для тетушки, если та вдруг вздумает прервать отдых и поинтересоваться местонахождением племянниц, и вернулись к волновавшей их теме.
— Итак, тетушка. — Тиана вдела нитку в иголку и принялась вышивать. Вышивка не мешала ей ни говорить, ни думать, даже наоборот. — Как нам ускользнуть от ее недреманного ока?
— Не такое уж оно недреманное, — хихикнула Альма. — Во-первых, спать мы можем почти до девяти.
— Меня больше волнует вечер, а не утро, — заметила Тиана.
— Вечером… — Клара помедлила, но потом все же решилась продолжать: — Вечером за ужином тетя всегда выпивает рюмочку шерри. Для успокоения нервов, по рекомендации врача.
— Конечно, конечно! — фыркнула Альма.
— Да. Это
— Клара! — Тиана закатила глаза в притворном возмущении. — Идея просто гениальная.
— Главное, не переборщить, а то тетушка заподозрит неладное, — заметила Альма.
— Не заподозрит. Или спишет на отсутствие отца. — Тиана отложила вышивку. — Если тетя спокойно проспит всю ночь, то остается одна проблема — платья.
Клара потерла висок и задумчиво посмотрела в сторону дома.
— Кажется, я могу предложить решение и этой проблемы. Правда, придется поработать.
— Мы все внимание.
Альма тоже отложила книгу.
— Как-то Лиз мне сказала, что ей ужасно грустно, что мы носим такие скучные платья, когда на чердаке пылятся прекрасные туалеты нашей матери.
— Отец сохранил их? — Альма потрясение покачала головой. — Я думала, он все уничтожил.
— Я думаю, что папа действительно любил маму. И не смог. — Клара закусила губу. — Как бы там ни было, у нас есть возможность прилично одеться. Пусть платья слегка и старомодны, но они хороши — по словам Лиз. И мы сможем их слегка освежить и переделать.
— Если их еще не съела моль и не испортила плесень, — Тиана не хотела расстраивать сестер, но вероятность того, что одежда пролежала на чердаке двадцать лет и не пришла в полную негодность, весьма невелика.
— Лиз говорила мне про наряды пару лет назад. Тогда все было в порядке. Их периодически чистят и проветривают, когда мы тут не живем и слуги устраивают генеральную уборку. Поэтому мы никогда не видели некоторых вещей, что тут хранятся. Лиз сказала, что, кроме платьев, на чердаке пылятся картины, какие-то красивые безделушки. Отец все велел убрать туда после смерти мамы.
— Конечно, как бы нам все это увидеть, если часть помещений в доме заперта, а ключи только у экономки, — резонно заметила Тиана. — Но если платья целы… это большая удача! А как Лиз удалось проникнуть на чердак?
— У нее тоже есть ключ. Экономка уже старенькая, а Лиз у нее любимица. Поэтому у моей горничной имеются ключи от кладовок и чердака, так, на всякий случай.
— Так почему мы все еще сидим здесь, а не бежим на чердак, теряя туфли? — Альма вскочила, уронила книгу, едва не споткнулась об нее, чудом удержалась на ногах.
— Да, ты права, пока тетушка спит, нужно обследовать чердак.
Не медля больше ни минуты, сестры со всех ног бросились в дом.
Примерно через полчаса они сидели в комнате Клары и заворожено смотрели на ворох платьев, громоздившийся на кровати. Этого бы хватило, чтобы весь сезон выходить в свет всем трем — и ни разу не показываться в одном и том же наряде. Да, платья оказались немного старомодными, но почти каждое можно было легко привести в соответствие с сегодняшними вкусами. Все они были пошиты из превосходного материала — будь то шелк, муслин или бархат. Кроме того, к многим платьям прилагался мешочек с украшениями: хотя это и не были драгоценности, а всего лишь красивые безделушки, тем не менее они отлично дополняли туалеты.