Жена-девочка

Рид Томас Майн

На такое обращение нечего было ответить. Скупой аристократ почувствовал себя довольно неуютно, ибо был загнан в угол.

— Мой дорогой друг! — сказал он. — Не говорите так. Если пять фунтов стерлингов сумеют вам помочь, я буду рад вашему согласию принять их от меня. Я полагаю, вы не будете возражать?

— Сэр Роберт, вы слишком добры. Я… я…

— Не говорите об этом. Не стоит думать о таких пустяках; правда, мои дела сейчас несколько расстроены. Я достаточно много потерял последний раз в Дерби, и мой адвокат пытается сейчас поднять стоимость

закладной на мое девонширское состояние. Если это удастся, ситуация, конечно, изменится. А пока что возьмите это. Это может помочь вам в теперешних ваших затруднениях, пока у вас что-то не появится.

— Сэр Роберт, я…

— Никаких извинений, Свинтон! Это я должен извиниться за такую небольшую сумму, что могу вам сейчас одолжить!

Бывший гвардеец перестал сопротивляться, и пятифунтовая банкнота осталась лежать на его ладони.

— Кстати, Свинтон, — сказал баронет, словно стремясь поскорее завершить неловкую сцену, чтобы перевести разговор на более приятную тему. — Почему бы вам не попытаться получить кое-то от правительства? Простите меня, что я беру на себя смелость советовать, но как мне кажется, человек с такими заслугами как вы, должен попробовать.

— У меня немного шансов на это, сэр Роберт! У меня нет никакого желания заниматься этим, а если бы я захотел, есть то самое грязное дело, из-за которого меня уволили из гвардии. Вы знаете эту историю, поэтому я не должен вам ее пересказывать. Оно бы обязательно всплыло, если бы я обратился к правительству за помощью.

— Какие глупости, мой дорогой друг! Это не должно вам помешать. Это могло иметь значение, если бы вы хотели попасть на службу при дворе монарха. Вы ведь не стремитесь к этому, как я полагаю?

Бывший гвардеец печально усмехнулся.

— Нет! — сказал он. — Я бы удовлетворился гораздо меньшим. Мои мечты не витают сейчас так высоко.

— Скажем, вы обратитесь за содействием к лорду — тому, у кого есть сейчас влияние в правительстве. В эти беспокойные времена есть проблемы с поиском служащих, и прошлые ошибки должны быть преданы забвению. Ваше имя не будет исключением. Я знаю Его светлость лично. Он не настолько дотошный человек, чтобы интересоваться прошлым.

— Так вы его знаете, сэр Роберт?

— Очень хорошо с ним знаком. И если я не ошибаюсь, он как раз тот человек, который вам нужен; то есть он может получить для вас некоторое назначение. Дипломатическая служба вам бы подошла, учитывая, что эти революции уже завершаются. Особенно тайная дипломатия, ибо я осведомлен, что на это сейчас выделяются огромные суммы. Так почему бы вам не попробовать получить назначение в службу тайной дипломатии?

Свинтон вновь закурил трубку и задумался.

— Трубка не к лицу гвардейцу, — с улыбкой отметил его гость. — Фавориты в Министерстве иностранных дел курят только регалии [54] .

54

regalia (исп.) —

регалия, большая сигара высшего качества.

Свинтон не ответил на эту шутку, у него возникла новая надежда.

— Возьмите лучше это, — предложил баронет, открывая свой позолоченный портсигар.

Свинтон отложил в сторону трубку из корня колючего кустарника и закурил сигару.

— Вы правы, сэр Роберт, — сказал он, — мне стоит попробовать. Вы мне дали очень хороший совет. Но что я должен сделать? Я совершенно не знаком с пэром, о котором вы говорите, и никто из моих друзей с ним не знаком.

— Но вы ведь меня не включаете в число этих незнакомых с ним друзей?

— Дорогой Коттрелл! Не говорите так! После того что произошло, было бы неблагодарностью с мой стороны не считать вас самым лучшим и единственным другом, которого я встречал в своей жизни.

— Хорошо, я скажу прямо. Разве я не говорил, что знаком с лордом — достаточно хорошо знаком, чтобы дать вам рекомендательное письмо к нему? Я не скажу, что это решит все проблемы, но вы должны использовать этот шанс. Я могу только обещать, что он вас примет; и если вы не будете слишком капризны в отношении характера работы, я думаю, он может предложить вам кое-что. Вы меня понимаете, Свинтон?

— Безусловно! Не очень приятно, сэр Роберт, жить в такой бедной комнате и вспоминать тот роскошный завтрак, который я только что ел — я и моя бедная жена!

— Ах, между прочим, я виноват перед мадам, приношу свои извинения, что до сих пор не справился о ее здоровье. Надеюсь, у нее все в порядке?

— Спасибо! Здоровье в порядке, как у малого ребенка, если не считать этих наших неприятностей.

— Разве я не буду иметь удовольствие видеть ее?

Гость задал этот вопрос лишь ради приличия. Ему не хотелось столкнуться с ней в такой компании.

— Я сейчас посмотрю, сэр Роберт, — ответил муж, поднявшись со стула и направившись в спальню. — Я полагаю, Фан сейчас не одета.

Сэр Роберт втайне надеялся, что это действительно так. При подобных обстоятельствах разговор с ней мог быть весьма неуместен.

Его желание было удовлетворено. Она была не только не одета, но к тому же еще лежала в постели, страдая от мигрени! Она просила прощения у баронета за то, что не может выйти к нему из спальни! Такие слова она передала через посредника-мужа. Теперь посетителю осталось только выполнить свое обещание насчет рекомендательного письма.

Он сел за стол и написал рекомендацию небрежным почерком. Он не оставил конверт открытым, как это обычно принято. Дело в том, что в письме была пара моментов, которые он хотел бы скрыть от бывшего гвардейца. Это были следующие слова: «Мистер Свинтон — именно такой джентльмен, который как раз мог бы пригодиться Вашей светлости. Он не в таком положении, чтобы отказываться от любых поручений…»

Смочив кончиком своего аристократического языка слой клея, он запечатал конверт и вручил это послание хозяину.