Желанная

Патрик Лора

— Я просто не отпущу вас одну, мисс Клер!

— Клер, дорогая, это не женское дело! Путешествие может оказаться небезопасным! — воскликнул Стилтон.

— Я езжу верхом не хуже вас, Генри! А потом, я ближе знакома с Эдвардом.

— Милая, но, поехав вдвоем со мной, вы безвозвратно погубите свою репутацию!

— С нами будет Парминтер, — упорствовала Клер.

— Вас должна сопровождать женщина, — мрачно напомнил лорд.

— Посылать домой за Шарлоттой — значит вызвать сердечный приступ графини, которой все придется рассказать. Я этого не хочу. — Клер упрямо покачала

головой.

— Тогда нужно хотя бы нанять почтовую карету, — не сдавался Стилтон.

— Ни в коем случае! Эти кареты очень неудобны. А потом, слугам придется скакать рядом, поскольку в экипаже для всех не хватит мест. И вовсе не обязательно привлекать к себе внимание почтовой службы Франции. Едем!

— Постойте, я — с вами, — вдруг вмешался Гримс. — Мистер Генри, разрешите мне поехать. Я все-таки воспитатель Эдварда и несу за него ответственность!

— Вам лучше остаться здесь, Гримс, и следить за домом, который остается без присмотра. Кроме того, мистер Эдвард может неожиданно вернуться и вряд ли будет в восторге от того, что его никто не ждет.

Гримс недовольно пожал плечами и мрачно посмотрел сначала на Клер, потом на лорда.

— Хорошо. Пусть будет так.

— Итак, Генри, чего мы ждем? — обернулась девушка к Стилтону.

— Едем! Только сначала заглянем в посольство: я должен взять деньги. Это не займет много времени.

10

Когда они покидали кабинет Стилтона, настенные часы уже пробили десять. Виной задержки был сам лорд Генри, который настоял на завтраке. Он уверил Клер, что Эдварду не будет никакой пользы, если они лишатся сил от голода и не смогут осуществить задуманное.

Перед отъездом Генри получил согласие посла на это путешествие, а Клер отправила Парминтера к графине с запиской, где уверяла тетушку, что гостит у Эдварда и, возможно, пробудет у него несколько дней.

Ночью прошел сильный дождь, и под копытами лошадей хлюпала грязь. Но все же в это время года дороги раскисают не так, как под Рождество. Поэтому небольшой отряд, возглавляемый лордом Генри, двигался довольно быстро. На первой же почтовой станции они узнали, что Эдвард и слуга останавливались здесь четырьмя часами раньше. При этом не забыли позавтракать, вымыть лошадей и дать им немного отдохнуть.

— Следует поменять лошадей, — предложил Стилтон. — Своих заберем на обратном пути, а до тех пор я попрошу за ними хорошенько присмотреть.

Клер согласилась, и станционный смотритель тут же получил из рук лорда такую пачку денег, какой, наверное, в жизни не видел.

— Теперь все будет в порядке, — уверенным тоном сказал Генри.

Но девушке этого показалось мало. Деньги деньгами, но существуют и другие ценности, порой куда более весомые. Клер подошла к смотрителю и одарила его самой лучезарной улыбкой, на которую только была способна.

— Уверена, — сказала она, — вы хорошо присмотрите за этими прекрасными животными. Они с таким доверием смотрят на вас. Лошади всегда чувствуют доброе сердце.

Девушка ласково похлопала Принца Хипа по шее и нежно поцеловала в теплые бархатные губы. Смотритель

был растроган:

— Можете целиком положиться на меня, мадемуазель. Не беспокойтесь!

В ответ он получил еще одну обворожительную улыбку от очаровательной женщины.

— Повезло же этим двоим, лошади и смотрителю, — пробурчал себе под нос Стилтон. После отвергнутого предложения руки и сердца он старался сдерживать при Клер свои эмоции, не желая, чтобы она видела, каким ударом был для него этот отказ. Ведь он искренне полюбил ее, и сейчас думал только об одном: как завоевать любовь этой девушки, чтобы иметь возможность с успехом повторить предложение.

Некоторое время оба ехали молча, погруженные каждый в свои мысли. Наконец Клер спросила:

— Как вы думаете, Генри, мы их догоним?

Стилтон задумался на минуту, потом с сомнением покачал головой:

— Боюсь, что сегодня нам это вряд ли удастся. Эдвард с самого начала взял весьма резвый темп. Ведь они опережают нас на целых четыре часа. Это много.

— Похоже, у него нет недостатка в деньгах. Хватает и на завтраки, и на купание лошадей, и на то, чтобы расплатиться за номер, — заметила Клер. — Гримс, конечно, ошибался, когда говорил о двух луидорах.

— Но, заметьте, лошадей на станции он не поменял.

— Эдвард очень привязан к своему Браслету и, видимо, просто не хотел с ним расставаться.

— Вы правы. Деньги у него, очевидно, есть. Может, у него были какие-то сбережения. А возможно, у кого-нибудь одолжил. При его графском титуле это не так уж сложно. Хотя сейчас титулы во Франции не в почете.

— Поэтому вы стараетесь не очень афишировать свой? — не преминула заметить Клер.

— Я это делаю из дипломатических соображений, — ответил Стилтон, закусив губу. И тут же переменил тему разговора: — Может случиться так, что мы не нагоним их до самого Брюсселя.

— Мне очень жаль, что приходится ехать в столь ненавистный лорду Генри Стилтону город.

— Вы ошибаетесь, Клер. Лорду Генри Стилтону Брюссель отнюдь не ненавистен. Так же, между прочим, как и поле сражения под Ватерлоо. Я искренне рад нашей победе и восхищаюсь теми, благодаря кому она была достигнута. Но мне, простите, омерзительно праздное любопытство, предметом которого стало место этой ужасной трагедии.

— Я вас понимаю, Генри. И уверена, что по своей воле вы туда бы не поехали. Но все же мне не хотелось бы догнать Эдварда раньше, чем он увидит поле битвы. По-моему, остановить его на полпути было бы неправильно. Он очень любил отца. Желание отдать дань этой памяти, посетив место гибели мистера Уилтшира, вполне естественно и даже похвально.

— А я как раз надеюсь, что мы нагоним их раньше. Подобное паломничество в одиночку для несовершеннолетнего мальчика далеко не безопасно. Другое дело, если мы будем рядом.

Клер была поражена и изумленно посмотрела на лорда.

— Как, Генри, вы хотите воспрепятствовать Эдварду в исполнении сыновнего долга?!

Стилтон вздрогнул, как от удара. Лицо его стало суровым. Он долго не произносил ни слова. Но Клер ждала ответа.

— Что ж вы молчите, Генри? — наконец не выдержала девушка.