Желание
Шрифт:
«Вы можете провалиться в любой момент…» — он сказал это так будто все знает. Знает, что я не Летиция вовсе, а кто-то другой, кто-то не отсюда.
Все, хватит!
Неужели я буду переживать из-за каждого сумасшедшего, встретившегося на пути? Надо радоваться, что «посчастливилось» угодить в мир технологии, а не меча и магии, о которых сотни книг сочинили. Здесь хотя бы на каждом углу не выскакивают предсказатели и хоббиты с кольцами наперевес.
Если обо всем думать, можно с ума сойти. Удивительно, как со мной
Чтобы прогнать навязчивую тревогу, я одним глотком осушила бокал и, до этого погруженная в переживания, только сейчас заметила, что осталась одна на балконе. Начинало холодать и гости в легких нарядах стремились вернуться в теплый зал. Там пахло апельсиновыми пирожными, ликером, искрилось шампанское, взлетали под самым потолком воздушные гимнасты, а пары кружили в танце.
Вернувшись, я присмотрелась к движениям и поняла, что неведомые мне па очень похожи на привычный вальс. Если вдруг мне посчастливится станцевать и я благополучно не свалюсь с каблуков, то, наверняка, справлюсь с задачей.
В толпе веселящихся нетрудно было разглядеть пестрое пятно — Армандо Миреля. Художник мирно беседовал с адмиралом, оба смеялись и пили скотч.
Я легко кивнула Армандо и он отсалютовал мне бокалом.
Оглядевшись и потеряв надежду разглядеть Райвена поблизости, я отправилась самостоятельно гулять по залу. Попробовав пару пирожных, вкуснейшее канапе и еще что-то науке не известное, но безумно вкусное, столкнулась с Сильвией и ее спутниками. Выслушав сплетни о совершенно незнакомых людях, пообещав сходить «по магазинам» и «в новый умопомрачительный клуб, который, тебе, дорогая, безумно понравится», поспешила с нею проститься.
Шеннард, мой неугомонный братец, махнул рукой, мол, я здесь, и вернулся к беседе с милой блондинкой в розовом боа. Судя по всему, его вечер состоялся на все сто, раз он так смело обнимал девицу за талию.
После трех бокалов шампанского и полного осознания одиночества на этом роскошном балу, я наконец увидела того, кто сможет избавить меня от необходимости держать улыбку. Эйфория, преследовавшая меня, как только стал виден первый шпиль особняка, прошла. Теперь я ощущала только пустоту и ненужность — опять стала лишней в этом мире.
Эрих Кастелли, мой отец, стоял у бара и спокойно беседовал с высоким худощавым мужчиной. Очень благородное лицо, седые виски, дорогой черный костюм и в тон рубашка. Легкая небритость очень шла ему, несмотря на возраст.
— Позволите присоединиться, господа? — спросила я, подходя к отцу.
— А разве мы можем отказать? — вопросом на вопрос отвечал неизвестный.
Эрих немного удивился, чуть приподняв брови:
— Где же ты потеряла Райвена?
— У него деловой разговор.
Отец кивнул.
— А где Марилен? — тут же спросила я, видя, что той не видать поблизости.
— Твоя мать умчалась к дамам из благотворительного
— Не может быть… — проговорила я, с глупой улыбкой протягивая ему руку. — Вы и есть тот самый Горский? Которые создал все это?
— Нет, я лишь его улучшенный вариант, — архитектор сдержанно улыбнулся. — Вижу у вас пустой бокал. Чего вы хотите?
— Какой-нибудь легкий коктейль, — ответила я, понимая, что не знаю ни одного из существующих здесь напитков.
— У тебя красавица-дочь, Эрих, — заметил Анджей.
— Я старался, — шутливо развел руками отец.
— Прошу, — он протянул мне бокал, наполненный чем-то ароматно-пряным и слегка терпким.
За свою жизнь я видела не так уж много талантливых людей. Вернее, почти не видела. Программист Славик в нашем офисе был единственным способным работником, который по праву занимал свое место. Так любил работу, что представить его кем-то иным казалось преступлением.
А Горский вовсе не похож был на архитектора. Да и на такого талантливого! Скорее, я бы приняла его за бизнесмена, птицу очень высокого полета.
— Я восхищена вашей работой, — решила сказать вслух, когда речь зашла об архитектуре.
Анджей только покачал головой:
— А вы бывали в Альянсе?
— Никогда.
— Это, — он развел руками, — лишь слабая копия того, что мне удалось построить там.
Говорил он с легким ломаным акцентом. Наверное, в Северо-Западном Альянсе другой язык.
— Анджей строил государственные здания во всех столицах Альянса, — добавил Эрих. — Но не стоит тут же бежать за билетом на поезд, Лети. Сейчас там настоящая зима.
— Он прав, вы жутко замерзнете, Летиция. Может, пока этого не случилось, я приглашу вас танцевать? Эрих, отпустишь дочь?
— С тобой я бы и сам не пошел, — усмехнулся отец.
— Идемте, конечно, пока мой жених не видит, — понизив голос, ответила я.
Не знаю, о чем говорили Горский и Эрих до моего прихода, но, судя по всему, беседа меня не касалась. За несколько минут, что мы проговорили, я услышала только о неведомом холодном Альянсе, работе Горского и своей сбежавшей матери. Кажется, с выбором спутников этим вечером я опять ошиблась.
Анджей танцевал великолепно, а я ощущала себя коровой на льду. Движения, вроде и такие привычные и знакомые, давались тяжело. Каблуки делали из меня нечто неповоротливое и огромное, как казалось. Если бы не такой партнер, как Горский, я бы давно или валялась на полу, или, просто провалилась от стыда.
Меня никак не оставляло ощущение, что я увидела и узнала слишком мало. Люди, которых удалось встретить, скрывали тысячи тайн. А я как Алиса в Стране Чудес бродила по неизвестному лесу и пыталась понять хоть что-то. Пока не слишком получалось.