Желание
Шрифт:
— А… — я хотела спросить, что с ним будет, но Эрих не дал мне и шанса хотя бы на одно слово.
— Цензура бы не выпустила эти снимки в печать, — продолжил отец. — Но проблемы нам были бы обеспечены. Надеюсь, ты понимаешь, какой шум поднялся бы, попади фото в руки законников?
Я кивнула.
— Мне бы не хотелось объяснять всей стране, что моя дочь делала в подобном месте. И уж тем более отбиваться от обвинений в твой адрес.
— Но, каких обвинений? — не выдержала я. — Разве я не могу появляться там, где захочу?
— Можешь. Вопрос не в том, где ты была, а в твоей
Я машинально поднялась — как будто выслушала строгую отповедь начальника и, узнав о полном лишении премии, выхожу из кабинета. Не было только полагающегося ощущения горечи и возмущения незаслуженной обидой.
— Спасибо, отец, — сказала, обернувшись.
— Я вижу, что с тобой твориться неладное, Лети. Крушение не прошло бесследно и мне хочется, чтобы ты как можно скорее пришла в себя.
Я снова кивнула и молча вышла.
Вернувшись домой вчера, сразу же заперлась в комнате и не выходила до этого момента. Только Эрих Кастелли обладал достаточным влиянием, чтобы выманить меня из логова.
Такой была изнанка этого красивого сверкающего мира, в котором, как мне показалось, есть все для счастья и благополучия. Я не могла сказать Райвену, не могла сказать Марилен, не могла сказать даже своему психоаналитику — никому. Именно теперь истинный смысл приобрела фраза «совершенно одна». Люди, окружающие меня и понятия не имели, кто перед ними. А я, запертая в чужом теле и чужом мире, не имела права себя выдавать. Летиция Кастелли была здешней и умела выживать, а я, пришелица из другого измерения, лишь заняла место и такую этот мир отказывался принимать.
— Лети, сестричка, — Шен вынырнул из-за двери своей комнаты, когда я проходила по коридору.
Растерянная, вздрогнула от нежданного появления братца.
— Ты чего такая? — он быстро осмотрел меня с головы до ног. — И выглядишь паршиво…
— Я плохо себя чувствую, — соврала ему.
Шеннард понимающе улыбнулся и обнял меня за плечи, притягивая к себе.
— Наслышан о твоих подвигах, — быстро прошептал на ухо Шен. Я, будто каменная, замерла на месте. — Не ожидал, честно… Знаешь, кое-кто хочет с тобой поговорить.
Сказав это, он тут же отстранился.
— Кто…
Но Шен предостерегающе и с улыбкой покачал головой, дела мне знак сию же минуту замолчать.
— Отдыхай, набирайся сил, а потом я свожу тебя на свою тренировку. Здорово развлечешься.
Он отсалютовал мне, шутливо поклонился и быстренько исчез, свернув за угол коридора. Судя по его костюму и шлему, зажатому под мышкой, Шеннард торопился на одну из тех самых тренировок, которые, скрипя зубами, терпели наши родители.
В том, что мой братец замешан в делах сомнительных, сомнений уже не осталось. Если даже отец в курсе, то мне-то и подавно надо все знать. Шен выбрал сестру в качестве доверенного лица, ну, или, она сама сунула нос не в свое дело. Теперь уже не понять. Самое страшно то, от чего по моей спине бодро затрусили мурашки, так это, что кто-то неизвестный хочет со мной поговорить. Более того, Шен намерен нас познакомить.
Услышав стук набоек на шпильках Марилен — сегодня
Зеркало в гардеробной отразило не самую радостную картину. Летиция Кастелли с красным носом, полными слез глазами и с кое-как собранными волосами. Кажется, я не расчесывалась со вчерашнего дня.
Удивительно… Такое я себе позволяла только когда узнала об измене Игоря. Да и то на пару дней, не больше.
Здесь же, среди всей роскоши и блеска моих собственных нарядов, я сама казалась неуместной. Как будто лубяная картинка и глянцевый журнал лежали рядом. Наверное, так и было на самом деле.
Летиция Кастелли — красивая, жизнерадостная, вальяжная, даже немного пафосная — смотрела на меня с экрана компьютера, с которым, наконец, удалось разобраться. В ее взгляде не было никакой слабости и неуверенности. Она точно знала, чего хочет и как нужно жить в этом мире. Она бы не стала кидаться на площадь, увидев чью-то казнь. Летиция бы просто попросила Джейса ехать быстрее. А потом, придя домой, выразить недовольство всеми нижними ступенями и полнейшим попустительством властей. Войдя в эту комнату, она бы скинул шикарные туфли. Непременно в разные стороны, чтобы горничная после их собрала, протерла и поставила на место.
Летиция великолепно смотрелась на горнолыжных курортах, пляжах, яхтах, крышах небоскребов (от этой фотографии меня едва не замутило). Еще она снимала картины и скульптуры и, кажется, была без ума от футуризма.
Она будто насмехалась надо мной, глядя со снимков и как бы говоря: «тебе никогда не стать такой, как я». Тут я полностью соглашалась.
Летиция бы справилась куда лучше меня, да и вообще не попала бы в такую ситуацию.
— Ну и что мне делать? — тихо спросила я, приблизившись к голографическому экрану. — Может, ты подскажешь?
Но она смеялась, сидя на белом диванчике, в каком-то из клубов в окружении друзей и с коктейлем в руке. Уйдя в неизвестность, Летиция оставила ворох вопросов, зная, что я вряд ли найду ответы самостоятельно.
Устав изводить себя вопросами и слезами, я просто-напросто подошла к зеркалу и, изругав себя на чем свет стоит, прямо в лицо, отправилась спать. Утро вечера мудренее, как говорят в моем мире.
Так и оказалось.
Утро было если не более умудренным, то хотя бы светлее, свободнее и на свежую голову.
«Хватит быть тряпкой, — честно сказала я самой себе, еще лежа в постели. — Если долго пялиться в монитор и реветь, домой не вернешься».
Впереди был еще один долгий день с визитом к психоаналитику, подготовкой к свадьбе и встречей с Райвеном.
Мой жених, который, как уже было решено, должен стать мужем через два месяца, возвращался из очередной командировки. Какой именно, я, конечно же, не знала.
В любом из миров женщины рано или поздно выходят замуж. И в любом из миров им приходится решать кучу проблем, связанным с этим событием.