Жди меня

Александрова Алёна

Дома в непотребном виде он старался не показываться звонил, предупреждал что задержится в гостях у друзей по работе или общих интересах типа охоте и отключал телефон, а я как дурра поначалу ревновала не зная, что же думать. Пропадал у друзей на несколько дней уходил с головой в загул возвращался с поникшими виноватыми глазами весь такой помятый изношенный в прямом и переносном смысле просил прощение извинялся, валялся в ногах умоляя только не бросать его и понять.

Старалась понять уступала, переступала через свои принципы и прощала надеясь, что в последний раз, но потом всё уже вошло в привычку, да и я во многом зависела от Кшисека жила к его квартире за его счёт и, наверное, любила и слепо верила ему. Верила, что всё пройдёт он перебесится и всё-таки возьмётся за ум он и сам старался у нас были по пару спокойных месяцев, когда он держался на силе воли и тогда у нас всё было хорошо, как в

сказке. Может Кшисек просто после загула старался быть как можно лучше загладить свою вину только притворяясь хорошим. В постели тоже он тогда был неутомимо страстным и нежным, но терпению всегда приходит конец и мне всё это надоело, в счастливое завтра я больше не верила.

Появилось то, что страшнее ненависти и злости любовь охладела и появилось полное безразличие мне уже было всё равно. Ведь когда остаётся ненависть значит ещё не всё потеряно чувства остались только это как обратная сторона любви мыслями тогда тоже вместе хочется пусть со злостью, но зацепить вызвать на диалог поссориться, но не молчать. Хотя бы есть шанс зацепить словами, а там и возможно после сор примирение зачем же устраивают скандалы с битьём посуды как минимум половина из них заканчивается самым страстным сексом, возвращающим снова к любви. У меня ненависти давно уже не было я даже перестала волноваться и нервничать с отсутствием Кшисека веря, что дуракам и пьяным везёт их, как ни странно, часто Бог бережет я устала вечно думать о нём хотелось покоя.

Кшисека я ведь предупреждала что прощаю в последний раз, но, наверное, он беспечно думал, что я как в тупике навсегда застряла в его жизни ему ведь так было удобно знать, что есть к кому возвращаться. Мало того ему нужно было постоянно внимание выслушать его понять утешить уши вяли от его жалобных соплей, и я очнулась разве это мужчина моей мечты конечно же нет.

Со временем я полностью разочаровалась в нём от милого умного весёлого Кшисека мало осталось теперь передо мной был вечно ноющий недовольный жизнью эгоист, который сам потерялся в жизни и тянет меня за собою, но нет я не сдамся. Странно получая в жизни всё готовое как на тарелочке ему всё приелось, хотелось невозможного острых нереальных ощущений заигрывая со смертью. Хорошо, когда есть деньги, но только, наверное, когда они достаются тяжелым трудом, а у него с детства было всё и к чему ему оставалось стремиться только к призрачной славе потешить самолюбие. Только слава дама привередливая выбирает только избранных самых талантливых и везучих тут деньги не самое главное нужно постараться громко на весь мир заявить о себе и чтоб всем остальным это было интересно. Мечтать верить, что мечты сбываются необходимо это как стимул к реализации, только глупо утопать в своих иллюзиях уже считая себя избранным.

В этот раз Кшисек пропал на четыре дня я не расстраивалась, а наоборот злорадствовала, наконец, то у меня есть повод, красиво, хлопнуть дверью и уйти навсегда. Хотелось уйти красиво без выяснений отношений тем более и так уже всё ясно не устраивать скандалов и сцен, а пожелать ему найти своё счастье в жизни, но уже без меня.

Добираясь к клинике всю дорогу, прокручивала в голове слова думая, как же мне уговорить Кшисека не отказываться от лечения. Позвонил Зигмунд сказал, что тоже приедет, но немного позже и тоже просил меня повлиять на Кшисека помочь ему принять правильное решение. Легко сказать повлиять, но как ведь он совсем неуправляем сам по себе что захотел то сделал вопреки всему даже логике разве, я смогу достучатся до его разума. Тем более он же не признаёт себя больным отрицая явную зависимость считая, что у него всё под контролем. Не знаю, может, попытаюсь поговорить с ним как раньше по душам буду, надеется он услышит мои доводы неужели он сам не чувствовал, как оказался над пропастью. Всё дальше падать некуда там внизу ожидала смерть слава Богу вовремя остановили его паденье врачи, не дав ему кануть в беспамятство.

Атмосфера в клинике вгоняла меня в мрачное настроение тут всё напоминало о чужих страданиях, а попадать сюда уже с своими личными хуже всего. Зашла в палату Кшисек тихо мирно спал уже без капельниц, но всё еще очень бледный сразу видно ещё не совсем отошел от вчерашнего кошмара. У меня самой мурашки по коже, когда я вспоминаю вчерашний день как же хорошо, что всё благополучно закончилось, или может только начинается. Села возле Кшисека на стульчик и смотрела как поднимается и опускается его грудь при дыхании, так просто вверх-вниз немного дергаются веки, наверное, ему снится сон.

Сама и не заметила, как расплакалась, слёзы сами катились по щекам от радости и умиления от того, что он жив, дышит и просто видит сны. Вчера, когда я увидела его почти что мёртвого во мне что-то щелкнуло, пропало безразличие всё-таки

он мне родной ведь ещё недавно наши тела сплетались в одно целое от страсти. Даже если судьба нас разведёт в разные стороны, но в моём сердце уже навсегда останется часть Кшисека нашей любви я никогда не смогу при встрече отвести глаза, сделав вид, что он мне посторонний. Пусть даже я и потеряю время, но всё- таки я должна сама перед собой сейчас сделать всё возможное, но помочь близкому мне человеку, с которым мы делили и кров, и постель. То, что мы не будем уже вместе, я знала наверняка интуитивно я понимала, что не смогу полюбить его снова всё перегорело я больше его не люблю. Остались чувства немного нежные как к другу может как к брату страсти не было всё уже в прошлом, я и так давно настраивалась на расставание и, если бы не этот случай, он нас на время связал.

– Юлия милая ты не представляешь ты только что мне снилась и даже очень романтично жаль, что ты не со мной под одеялом сейчас я бы смог кувыркаться с тобой хоть сутки подряд. Кшисек проснулся и, улыбаясь, показывал глазами на одеяло, оно торчало палаткой, да видимо сон ему приснился слишком романтичный, мы весело рассмеялись.

– Да ожили, в жопе жилы. Не зло, но с подколкой пошутила я, совсем не смущаясь в данной ситуации всё-таки я там была и не раз. Хорошо, что начался разговор весело и шутя по крайней мере легко, а там как получится. Мы говорили о домашних мелочах минуя тему лечения он говорил, что соскучился и хочет домой смотреть вместе интересное кино, погулять с Дзыгой, сходить на работу. Ну как мне начать разговор сказать ему что ещё вчера он всё это мог потерять навсегда и кучу планов на будущее и обыкновенное сейчас сегодня. Я принесла ему ноутбук он же не сможет без работы и дня придя в себя это первое что он попросил ему принести. А ещё, как ни странно, он попросил принести ему пончиков да тех самых его любимых пончиков с вишнёвой начинкой и это после возврата к жизни. Кшисек извинялся, как всегда, находя себе оправдания в случившимся он признавал свою вину что снова ушел в загул, но то, что он наркоман он никогда не желал признавать. То, что он попал в клинику с перевозом в коме, он считал ну на сравни пищевого отравления.

– Кшисю что ты вчера чувствовал неужели ты не понимал, насколько всё серьёзно ты ведь был в коме у тебя останавливалось не хотело биться сердце пойми ты мог сегодня не проснутся. Не выдержала уже его глупости я и рассказала ему как всё было на самом деле вчера и как мы с Зигмундом сходили с ума ожидая его участи. Он ошарашено смотрел на меня, явно не догадываясь о том, что с ним происходило он же ничего не чувствовал даже боли находясь под эйфорией кокса, а может уже героина. Выслушав меня, он как-то съёжился как от холода и отвернулся к стене у него выступили слёзы, но ведь мужчины не плачут он не мог себе позволить показать свою слабость при трезвом уме.

– Юли родная моя любимая прости что напугал тебя сам не знаю, что со мной во мне будто сидит бес и просыпаясь он мной управляет ведь я сам не хочу падать в эту грязь, но меня постоянно тянет на самое дно, а сил не хватает сопротивляться. Ничего не помню сплошная тьма и мерзость не было тянущего к себе света как рассказывают те, кто находился на грани смерти, наверное, меня тянуло сразу в ад. Если ты меня не бросишь я найду в себе силы завязать навсегда только посмотри мне в глаза и скажи, что веришь и будешь со мной навсегда. Кшисек пользуясь моментом, шантажировал меня, зная, что сейчас я точно не смогу уехать и оставить его одного сам на сам с такой проблемой. Ну что ж самый подходящий момент припереть его к стенке и тоже шантажировать его, а что мне ещё остаётся.

– Кшисю если ты согласишься на курс лечения от зависимости я буду с тобой и не брошу тебя никогда даже как твой самый преданный друг. Пусть не обольщается и не думает, что он победил и загнал меня в угол свей слабостью сколько захочу столько и буду, но действительно уже как друг. А там он как хочет пусть так и понимает мои слова они звучали искренне честно и от всего сердца я совсем не кривила перед ним душой. – Ладно, как бы делая одолжение мне он согласился.

– Я буду лечиться, но только ради того, чтоб быть с тобою я же люблю тебя больше всего на свете, я смогу всё только ради нашей любви. От его слов меня передёрнуло ведь это он нарочно думает, что загонит меня в тупик, не давая шанса увернутся. Но стиснув зубы смолчала что ж пусть думает как хочет, может ему так легче настроится пока подыграю всё-таки во благо думала я. Ничего нет хуже прикрытой благими намереньями лжи в ней со временем тонешь как в болоте она затягивает всё глубже и дальше потом очень трудно выбраться из неё тем более избавиться от неё навсегда. Оправдаться можно всегда найти тысячи причин для лжи, но ложь остаётся ложью оставляя после себя в душе неприятный осадок.