Жажда
Шрифт:
– Мы говорили ему… говорили то, что он хотел слышать.
– И что же это было?
– Рани. Так звали переводчицу, которую он убил. Ту женщину. Мы сказали ему, что она по-прежнему жива. И по-прежнему… по-прежнему любит его. – Он опять засмеялся. – И он в это поверил, придурок.
– Как это все происходило?
– Она разговаривала с ним.
– Каким образом?
– С помощью своего «БлэкБерри». Набирала текст. Мы сказали ему, что это с ним общается дух Рани. Он должен был себе представить, что слова, которые появляются у него в телефоне, он слышит в
– И он верил в это?
– Ну да, такой доверчивый идиот.
Микки откинулся назад и вздохнул. Такого поворота он не ожидал. Это было уже слишком много. Он не знал, как с этим справиться. Он бросил быстрый взгляд на зеркальное стекло, надеясь, что Марина заметит его сигнал.
– О господи, – сказала она в ухо Микки. – Должно быть, этот солдат является… дайте-ка сообразить… личностью в каком-то пограничном состоянии? Психопатом? Психопатические тенденции тут определенно присутствуют. Что-то из этой области. Я слишком мало знаю о нем. Спросите, как они его убеждали.
– А как вы убеждали его, что с ним говорит действительно Рани? Кто-то же должен был выдавать себя за нее.
– Он верил, потому что у него в жизни не так много осталось и потому что он хотел в это верить. Она была единственным, что у него есть. – Он на мгновение задумался. – И еще она говорила ему то, что он хотел услышать. Что она возвращается к нему. И ему нужно просто ее найти.
– Найти ее? Это как?
– Она может находить свое воплощение в разных телах. Ему говорилось, где она находится и как выглядит. Что дух Рани живет внутри какой-то женщины. И он должен следить за ней, пока ему не будет сказано что-то другое.
– А что потом?
Тернер пожал плечами.
– Они были нам больше не нужны. И от них нужно было избавиться.
Микки откинулся назад, пытаясь переварить новую информацию. Он просто не верил собственным ушам. У него в голове не укладывалось, как можно до такой степени пасть. Независимо оттого, насколько психически ненормальным является этот человек.
– Не могу в это поверить, – сказал он. – Как вообще до такого можно было дойти? В каком бы состоянии он ни находился.
Тернер только рассмеялся.
– Вы не видели этого Аспида. Тогда бы вы так не говорили.
– Что, полностью крыша поехала?
– Абсолютно.
А ко времени, когда вы закончили с ним свои эксперименты, стало еще хуже, подумал Микки, но вслух решил этого не говорить.
– Итак, помогите мне разобраться, Марк. Я пытаюсь понять. Вы взяли этого парня, чтобы… что? Чтобы он убивал для вас?
Тернер пожал плечами.
– Что же он делал? Расскажите все по порядку.
– Мы выбирали для него цели. Он преследовал их, мы подогревали его, рассказывали ему о них всякие детали, говорили, что они чувствуют по отношению к нему. Он начинал сходить по ним с ума, мысленно завладевал ими. Затем мы говорили, что дух Рани ушел, перебрался в другое тело.
– И… что было потом? Он убивал их?
Микки ждал ответа, а его сердце сжималось от ужаса.
Тернер покачал головой.
– Мы говорили
– Куда?
– В какое-нибудь надежное место.
– И просто оставить их там?
Он кивнул.
– Почему?
– Потому что они могли нам еще понадобиться. Это уже следующий этап. Запрограммировать кого-то, не такого психа, как он. Кого-то нормального. И посмотреть, что мы можем сделать с такими людьми.
– И еще потому, что эти женщины могли заговорить.
Тернер небрежно пожал плечами.
– Да. И это тоже.
Микки откинулся назад. О услышанного у него шла голова кругом. Он помотал ею, стараясь привести мысли в порядок.
– Но почему? Зачем, Марк? Зачем было все это делать?
Тернер подался вперед; глаза его горели нездоровым темным огнем.
– Потому что мы можем это сделать, вот почему!
– Сосредоточьтесь, Микки, – вновь послышался в наушнике голос Марины. – Спросите его о жертвах. Кто выбирал их, по какому принципу они отбирались. Он нам всего не рассказывает. И я не понимаю почему. Либо он и сам всего не знает, либо что-то преднамеренно утаивает. Выясните это.
– Кто выбирал девушек, Марк?
– Фиона.
– Это все бывшие женщины Марка, – сказала Марина. – Интересно.
– Значит, вас не смущало, что все они были вашими бывшими подружками, Марк? Что Фиона выбирала жертвами именно их?
Тернер вздрогнул, и лицо его на мгновение исказилось, словно от боли. Но потом все прошло. Он снова взял себя в руки. И с усилием пожал плечами.
– Почему? Я сейчас выше этого. Какое это может иметь для меня значение?
– Нет, Микки, ему это небезразлично, он вздрогнул. Это его бывшие девушки, и ему по-прежнему больно, независимо от того, что он говорит.
Микки смотрел на него, внимательно слушая Марину.
– Это его слабое место. Мы сделали его, – сказала она в наушник. – Добейте его. Пора с ним заканчивать.
Глава 99
Фил пристально смотрел на Фиону Уэлч, стараясь не обращать внимания на горящие щеки и сконцентрироваться. Поговорить с ней.
– Послушайте…
Его захлестнула волна острой боли. Чтобы заглушить ее, он сделал глубокий вдох. Фиона Уэлч сидела перед ним, слегка склонив голову набок, словно прислушивающийся к чему-то зверь. Или антрополог, с интересом рассматривающий новую находку. Выражение ее лица было безмятежным и каким-то сладким.
Фил попытался снова.
– Фиона, – сказал он, – что вы собираетесь этим доказать? Вам не уйти отсюда.
Она пожала плечами и мило улыбнулась. Но не ответила.
– Остальная команда пойдет меня искать. Я сказал им, куда направляюсь. Когда они придут сюда, они найдут и вас.
Она опять пожала плечами.
– Ну и что?
– А то, что вас поймают. Дальше – тюрьма.
– Ну и что?
Фил покачал головой. Его доводы на нее не действовали.
– Что вы надеетесь извлечь из всего этого?