Жажда
Шрифт:
Фил тяжело сглотнул и, стараясь не смотреть на нее, попытался отодвинуться в сторону. Но не смог.
– О чем? – спросил он. – Что-нибудь любопытное?
– Обо мне. – Она произнесла это с придыханием, в стиле Мэрилин Монро. – О том, какая я шалунья. – Она провела пальцем по его груди. – И о том, что заставляет меня делать то… что я делаю.
– А-а, – протянул Фил. – Тогда, значит, ничего интересного.
Она отпрянула от него, обнажив зубы в кривой ухмылке. И прошипела:
– Еще один ограниченный, тупой коп. Как и все
Она снова наклонилась, и на этот раз не один, а уже все пальцы ее левой руки опустились ему на грудь и впились в его тело.
Ногти были острыми. И крепкими. Было больно. Пошла кровь.
– Ладно, – сказал он. – Расскажите мне. Почему вы делаете то, что делаете?
Она убрала руку. Улыбнулась.
– Так-то лучше. Намного занятнее, если вы будете играть со мной в одну игру. – Она удовлетворенно вздохнула. – Хорошо. Так на чем мы остановились? Ах да, почему я это делаю. – Она вытянула вперед сложенные вместе ладони. – Потому что я плохая девочка, мистер Полицейский. Так что лучше возьмите меня в свои крепкие мужские руки и наденьте на меня наручники. – Она игриво хихикнула. – Ой, совсем забыла! Вы же не можете этого сделать.
Последние слова были пропитаны ядом.
– Очень смешно, – сказал Фил. – Видите, я просто умираю со смеху.
В глазах ее блеснул огонь.
– Вы считаете себя умным, да? Вы и вправду так думаете?
Ее руки обрушились на него. Она хлестала его по лицу, царапала ногтями.
– Вправду? Вправду?
Она продолжала бить его. Потом, вцепившись острыми ногтями в его щеки, она разодрала их до подбородка.
Филу хотелось закричать, завопить что есть мочи прямо ей в лицо. Но, несмотря на обжигающую боль, ему все же удалось сдержаться. Он не доставит ей такого удовольствия.
– Вправду? – Она продолжала выплевывать это слово ему в лицо.
– Нет, – наконец сказал он, жадно хватая ртом воздух. – Нет. Я… я так не считаю…
Она опустила руки. Они были в крови, под ногтями остались куски его кожи. Она внимательно изучала их, как будто только что прошла сеанс дорогого маникюра. Потом кивнула, словно удовлетворившись результатами. И опять переключила свое внимание на Фила.
– Хорошо, – сказала она с улыбкой. – Я рада слышать это.
– И все-таки, – медленно сказал Фил, превозмогая мучительную боль в лице, – зачем вы… делаете то… что вы делаете?
– Вот и молодец, хороший мальчик. Делаете то, что вам говорят. – Она снова перешла на шепот. – Люблю это в мужчинах. На самом деле я этого просто требую. – Она воздела руки к небу, словно беря на себя ответственность за все происходящее. – Все очень просто. Чтобы доказать одну вещь.
– Какую именно?
– Свое превосходство. – Эти слова были произнесены нараспев.
– Превосходство надо мной?
– О, конечно, над вами. Но также и над всеми остальными. Над всеми. Я являюсь воплощением ницшеанской концепции Сверхчеловека из плоти
– И как же… вы всего этого достигаете?
– Я… подчиняю людей своей воле. Заставляю их выполнять свои приказы. Заставляю их делать… – Театральным жестом она небрежно взмахнула кистью руки. – Все, что мне пожелается.
– И даже убивать?
Она снова нагнулась к нему. Фил чувствовал на своем израненном лице ее горячее дыхание.
– О да, – прошептала она, слизывая его кровь со своих ногтей, – особенно убивать…
Глава 98
– Что… что вы имеете в виду? – Тернер выглядел сбитым с толку, даже испуганным. – Это был… это был просто солдат. Просто солдат, которого нашла Фиона. И которого мы могли использовать в своих целях.
– Нет, Марк, не все так просто. Это был брат Адель Харрисон.
Тернер замотал головой.
– Не может быть. Вы лжете. Ее брат погиб в Афганистане. Подорвался на фугасе. Самодельное взрывное устройство. Она мне сама рассказывала.
– Она всем так говорила, Марк. Потому что в это было легче поверить, чем в то, кем он стал на самом деле.
– Насильником и убийцей, – сказала Марина в ухо Микки. Тот кивнул.
– Да нет же… нет… вы обманываете. Она предупреждала меня… Фиона говорила, что вы будете это делать, обязательно попробуете что-то в этом роде. Начнете играть во всякие свои психологические игры, попытаетесь влезть в мои мысли…
Он поставил локти на стол, оперся головой на руки и принялся стиснутыми кулаками растирать себе виски.
Микки нагнулся вперед и заговорил спокойным тоном. Сейчас не было необходимости кричать или повышать голос, нужно было просто донести значимость своих слов.
– Марк, я говорю правду. Это она лгала вам, приятель.
– Нет… нет…
– Да.
– Она не стала бы этого делать…
– Он ускользает, – сказала Марина. – Не отпускайте его, заставьте говорить. Если он сейчас уйдет в себя, мы его потеряем. Верните его обратно, Микки.
Микки кивнул.
– Ладно, давайте вернемся немного назад. Расскажите мне, для чего вы хотели его использовать.
Снова сбитый с толку, Тернер непонимающе поднял глаза.
– Что?
– Ну, этого Аспида, как вы его называете. Расскажите, для чего он был вам нужен. Что вы с ним сделали.
– Мы… запрограммировали его.
– Зачем?
– Чтобы он делал то, что мы хотим. Чтобы доказать, что мы это можем.
– И что же вы хотели? Что вы заставляли его делать?
– Мы превращали его… во все, что угодно. Правда.
– В оружие?
На губах его снова появилась насмешливая улыбка.
– За нас это уже успешно сделала доблестная британская армия.
– И вы просто довели этот процесс до логического завершения?
Тернер пожал плечами и промолчал.
– Ладно, вернемся к программированию. Как вы это делали?