Жара в Архангельске

Оливия Стилл

Она была современной девушкой, а не какой-нибудь там старухой-сиделкой: весна звала на подвиги, хотелось развлекаться, жить полной жизнью. К тому же ей подвернулась возможность на майские праздники съездить к родственникам в Питер, и она не стала её упускать.

После отъезда Дикой Кошки Салтыков почувствовал себя как никогда одиноким и беспомощным. Он не обижался на Дикую Кошку и не осуждал её: она ведь, по сути, ничего ему не должна и не обязана находиться около него. У неё теперь своя жизнь, не связанная с ним, и Салтыков прекрасно понимал, что отношения их кончены.

Некого было винить, что так получилось, да и не он ли сам хотел этих лёгких и ни к чему не обязывающих отношений? Что хотел, то, собственно, и получил.

Самое время было сейчас вспомнить об Оливе. Но ему было неприятно вспоминать её.

С тех

пор как она ушла с форума прошло несколько месяцев. Где-то в феврале он случайно нашёл в интернете её блог, где она писала о своих переживаниях после того как Ириска и Ккенг выжили её с форума. Салтыкову было чертовски жалко её, он чувствовал, что и его вина в этом есть. Он написал ей в комментарии, что очень жалеет о том, что она ушла с форума, просил вернуться, говорил, что ему не хватает её. Олива, прочитав комментарий, ответила, что ей тоже очень жаль, но вернуться на форум она не может. В глубине души она, конечно, надеялась, что Салтыков напишет ей ещё что-нибудь, но он, прочитав её ответ, не стал больше ничего писать. Если он и был в чём-то виноват перед ней, подумал он, то просьбой вернуться на форум если и не полностью, то хотя бы частично эту вину с себя снял.

Продолжать же с ней дальнейшее общение, погружаться в это депрессивное болото он не хотел. Ему было жалко её – ничего более. И жалость эта была наполовину брезгливая, как к бездомной голодной собаке – когда человек, движимый состраданием, бросает кусок колбасы изголодавшейся псине и даже осторожно гладит её по спине, но когда видит, что несчастное животное, тронутое лаской случайного прохожего, уже готово принять его за своего хозяина, встаёт и идёт следом за ним по пятам – человек медленно, но верно ретируется. Он готов пожалеть бродячую собаку, накормить, приласкать, но брать её в свой дом – нет…

Салтыков вспомнил жалкие, депрессивные записи Оливы в блоге, который он иногда украдкой читал. "Блин, устала я. Башка просто раскалывается… И холодно – жуть!

Зуб на зуб не попадает от озноба. Наверное, я заболеваю… Конечно же, никто не придёт ко мне с апельсинами. Никто не позвонит, не спросит, как я себя чувствую.

Сама виновата…" Он невольно подумал, что она, возможно, сидела бы с ним тут, у его изголовья, с выражением тупой скорби на лице. Подумал и тут же отогнал эту мысль: нет уж, нафиг. Рано вы меня хороните, подумал он, у меня вся жизнь впереди, я встану на ноги, буду много работать, добьюсь ещё больше того, что уже добился. Он вспомнил Ккенга, его упрямый, твёрдый взгляд из-под опущенной на глаза чёлки, его слова о том, что надо вырываться из этой заплесневелой провинции. Теперь Ккенга нет в Архангельске: он уехал в Москву искать красивой жизни. Салтыков же не собирался пока подаваться в столицу: его путь был несколько иной, но амбиций тем не менее было не меньше. Он уже знал, чего хотел добиться в этой жизни. Сейчас пока главное выздороветь, встать на ноги. А там уже можно начать пробивать себе дорогу.

5

Блог Оливы на мейле со временем стал известен не одному только Салтыкову.

Наткнулся на него, создавая там же свой блог, ещё один чел с форума – некто 42nteller.

Этот 42nteller был младше Оливы на два года – ему было семнадцать лет и он учился на первом курсе университета. Ник свой – 42nteller – он изобрёл от собственного имени Даниил, ибо Даниил в переводе с греческого означает "предсказатель судьбы", а "предсказатель судьбы" по-английски пишется fortune teller и читается по-английски одинаково как и 42nteller. Даниил – предсказатель судьбы – fortune teller – 42nteller. Нормальная связь. Но связь эта простому русскому уму не всегда была понятна, и многие часто коверкали его ник, читая его как "сорокдвантеллер" или просто сокращённо – 42. На форуме 42 писал много и не по делу – флудил, короче говоря. Вскоре на его посты перестали обращать внимание, и он взбрыкнул.

Устроил там бучу с шумом и грохотом, начал грозить, что уйдёт с форума. Тогда один из форумчан, у которого этот сорокдвантеллер уже в печёнках сидел, не выдержал и прямым текстом послал его на хуй. Разобиженный на всех и вся, 42 ушёл с агтустуда и тут же начал вести блог на мейле. Там-то он и сошёлся с Оливой, и они начали общаться через мейл-агент.

Олива, уйдя с форума, потеряла разом

все связи, которые были у неё там. Она часто вспоминала форумчан, и при мысли о том, что ей, возможно, больше никогда не придётся общаться с этими людьми, ей становилось горько, ибо для неё это всё-таки была утрата. Так же, как и Салтыков, она довольно легко сходилась с понравившимися ей людьми, но в отличие от него, расставаться ей с ними было тяжело. Жизнь Оливы не была лёгкой, радостями баловала нечасто. В раннем детстве родители бросили её, и она жила то там, то здесь, то у тех родственников, то у этих. И отец, и мать её были живы; но их жизнь складывалась настолько сложно, что им совершенно было не до дочери. Иногда, правда, были у них в жизни "просветления", и они вспоминали о том, что у них есть дочь и её надо воспитывать; но маленькая Олива, отвыкшая от родителей, дичилась и чуралась их, а когда они приезжали за ней, тут же куда-нибудь убегала или пряталась. В школе ей тоже приходилось несладко: одноклассники издевались над ней, потому что она всё время ходила в старой поношенной одежде и была меньше ростом и слабее всех в классе. Да и не с чего ей было расти большой – сирота при живых родителях, ходила голодная да оборванная. К тому же, жизнь в положении бедной родственницы по чужим домам сделала её тихой, застенчивой и боязливой: за себя постоять не умела, вот и обижали её все кому не лень. Немудрено, что выросла она человеком закомплексованным, с очень низкой самооценкой.

Даниил же рос без отца; он его даже не помнил. Мать поднимала его с братом одна, кое-как крутясь на свою мизерную зарплату врача. В детстве Даниил был очень замкнутым мальчиком, постоянно витал где-то в облаках. Сверстники не понимали его и считали, что он немного тово… с приветом. Даниил и правда был немного странным. К нему часто приходили разнообразные видения, он управлял ими – и однажды ему открылось, что он, оказывается, всемогущ. Да-да! К нему пришло осознание того, что он сделан несколько из другой материи, чем остальные люди.

Более того – он Бог! Он может управлять Вселенной, ибо он и есть её полновластный хозяин.

С появлением в его жизни интернета, перед Даниилом открылись новые возможности покорения мира. Он с головой ринулся поглощать информацию о магии, эзотерике, парапсихологии, нейролингвистическом программировании. Он узнал, что есть сильные способы воздействия на человеческое подсознание, а значит, это отличная возможность управлять людьми не только в своём воображении. Только вот результаты этих попыток пока оставляли желать лучшего: в реале Даниилу практиковаться было не на ком, а в интернете, в частности, на форуме, где он осел, люди почему-то не поддавались его влиянию. Это-то его и вывело из себя, и он, разозлённый, ушёл с форума со скандалом.

Даниил и Олива, как товарищи по несчастью, сошлись быстро и тут же прониклись друг к другу взаимной симпатией. Правда, спустя какое-то время, оба начали друг в друге как-то разочаровываться. Оливу начало подбешивать, что её собеседник постоянно хвастается собой да и вообще разговаривает с каким-то гонором, считает себя пупом земли, а сам ещё, грубо говоря, сопляк зелёный и ничегошеньки в жизни не добился. Даниил же считал Оливу примитивной, и полагал, что над ней ему будет легко проводить свои опыты. Но прекращать общение с ней не торопился: он хотел поиграть с нею, как кошка с мышкой, повертеть ею и так и эдак, насладиться в полной мере своей властью над человеком, своей игрой. К тому же, рассудил он, Олива вполне может ему пригодиться в качестве орудия мести форумчанам, которые не захотели признавать в нём хозяина Вселенной. Он уже не сомневался, что она у него на крючке, и теперь уже вряд ли сорвётся. Однако спустя какое-то время Даниил понял, что Олива не такая уж мягкая и податливая, как показалась ему вначале.

Первый спор у них разгорелся с его записи в блоге. Он писал, что ненавидит этот мир, потому что люди, окружающие его, настолько примитивны и чужды ему, что им никогда не понять его сложную и тонкую натуру. Он не был человеком, писал он, он был – посланником Вселенной. Он писал о том, что он знает всё про всех, и ему тоскливо, скучно и неинтересно со всеми этими людьми – до того они все примитивны и предсказуемы. Он писал, что он страшно одинок в этом мире, и находится в бесплодном поиске такого же, как и он сам – сильного, достойного соперника. Тогда, дескать, и появится смысл его беспросветной жизни среди примитивных и грубых существ…