Жара в Архангельске
Шрифт:
Она шла к налоговой и ревела. Рухнули все её мечты, она опять осталась одна, никому не нужной. Зачем же он тогда так её обнадёжил? Зачем говорил о своей любви? Чтобы сделать ещё больнее, помаячить надеждой и растоптать… Господи, какие все мужики сволочи! Сколько от них Олива вынесла – ни в сказке сказать, ни пером описать. Вот и он… Он! Он, который самый первый сказал, что любит её…
Обманул, бросил… Разве после этого им можно вообще верить на слово? А она-то, дура, поверила… А он вон какой оказался…
Что ей было до того, что ярко светит солнце, что поют птички и стоит тёплое, благодатное лето! Словно в насмешку над ней, над её неудавшейся судьбой, стояла залитая солнцем златоглавая Москва. Олива почувствовала, как растёт в её душе ненависть, озлобление к этому городу, к людям, которые в нём живут.
Что же тогда и говорить об этом…
Она вернулась в офис уже несколько успокоенная, но по-прежнему убитая горем. До конца рабочего дня её больше никто не трогал. Чтобы скоротать время, Олива залезла в интернет, от нечего делать полазила там по яндексу, и вдруг нежданно-негаданно набрела на какой-то архангельский студенческий форум…
Она впервые видела этот форум, но тем не менее от нечего делать зарегалась там.
Она не знала никого из этих ребят, что там тусуются. Но ей нужно было поделиться с кем-то своей болью. И она создала тему "Меня бросил парень". Непонятно на что она надеялась, создавая эту тему, ей просто нужно было выговориться хоть кому-то.
И первый же ответ не заставил себя долго ждать.
3
Вот уже три недели Олива и Салтыков вели переписку по смс. Она из Москвы, он из Архангельска, между ними было более тысячи километров, а общались, можно сказать, круглые сутки. Им всегда было о чём поговорить – Салтыков оказался прикольным парнем и интересным собеседником. Олива прекрасно понимала, что это общение, каким бы интересным ни было, рано или поздно сойдёт на нет – всё-таки, живут они в разных городах, видеться не могут, а одними смсками тоже сыт не будешь, но тем не менее, общение это было для неё как лекарство. После ухода Вовки в её душе осталась страшная, щемящая боль и пустота, а Салтыков, несмотря на то, что находился за тридевять земель, как-то залечивал эту боль, затягивал рану, и было уже не так одиноко и не так тоскливо. Как известно, лучшее лекарство от любви – новая любовь, но Олива вовсе не собиралась влюбляться в Салтыкова, тем более, и не в Салтыкова даже, а в какой-то виртуальный фантом. Ей приятно было с ним переписываться, она привязалась к нему как к другу, не рассчитывая, однако, что дружба эта продлится ещё очень долго. Горький опыт с Вовкой уже научил её относиться ко всему с предосторожностью и не питать напрасных надежд. Да и Салтыков к концу лета стал писать Оливе всё реже и реже. Лето кончалось, постепенно в город съезжались его друзья, и ему, понятное дело, было уже не до смсок. К тому же, эта Лоли при более активном общении показалась Салтыкову какой-то занудной, вечно жаловалась ему то на свою неидеальную внешность, то на Вовку, то на работу, то ещё на что-нибудь. Сначала Салтыков, конечно, искренне сочувствовал ей, но со временем общаться с ней ему становилось всё тяжелее и тяжелее. Мало кому приятно общаться с депрессивными людьми, а Олива после своего фиаско с Вовкой стала именно такой – депрессивной. Интерес от новизны, который прежде подхлёстывал Салтыкова строчить Оливе по двадцать смсок на дню, постепенно угас; прекрасная таинственная столичная незнакомка оказалась обычной ноющей бабой, да ещё с сомнительной внешностью: хоть Салтыков не видал её даже на фотографии, нетрудно было догадаться, что у человека с такой низкой самооценкой и внешность соответствующая.
Конечно, Салтыков не сразу перестал писать Оливе, а постепенно, снижая количество смсок день ото дня. Он был отличным психологом, общался со многими людьми и прекрасно умел найти подход к каждому. Он понимал, что нельзя прекращать писать сразу, иначе не предсказать реакцию Оливы, которая, обжегшись так один раз, второго раза уже не перетерпит. Поэтому он, как опытный врач,
Тем временем, дело близилось к зиме; Салтыков, забыв уже про свою летнюю от нехуй делать переписку, вовсю вращался в своей среде: ходил по клубам, устраивал студенческие пати и другие мероприятия, тусил с друзьями, занимался форумом. Он уже и думать забыл об Оливе; когда она вновь появилась на форуме, старался особо там с ней не пересекаться. Олива всё поняла, да и сама вела себя спокойно – типа, перестали общаться, ну и ладно. Ей было интересно общаться и с другими ребятами на форуме, с которыми у неё тоже завязались довольно дружеские отношения. Форум засосал её как наркотик: она уже ни дня не могла прожить без того, чтобы зайти туда. Однако, рано она обрадовалась: даже там через какое-то время появились у неё враги. Точнее – враг. Некий весьма вредный и скандальный молодой человек, на форуме известный под ником kkeng.
Этот kkeng, как и все участники форума, жил в Архангельске, учился в АГТУ. Но амбициозен он был до предела: его совершенно не устраивала та жизнь, которая выпала ему в провинциальном городе, он мечтал о столице, можно сказать, грезил ею. Он прекрасно понимал, что, оставаясь в Архангельске, ему не светят те блестящие перспективы, которые могла дать ему Москва. Спокойная, размеренная жизнь была не для него: он стремился к славе, к успеху, к красивой и гламурной жизни. Нытиков же и неудачников он прямо-таки не переваривал. Он сам часто страдал от депрессий, ненавидел в себе это состояние, поэтому депрессивных людей на дух не переносил. Вот тут-то Олива и попала под его острые зубы.
Есть люди, которых ты ещё толком не знаешь, но которые уже заранее бесят. Так и Олива бесила Ккенга своими депрессивными и подчас абсурдными постами. Его злило, что она писала о том, в чём, по его мнению, ничерта не разбиралась. Его выводило из себя, когда она чуть ли не в каждой теме жевала сопли о том, какая она несчастная и невезучая. И он наехал на неё, разгорячась, хлестал её обидными словами. Она же не смогла проглотить обиду, и на форуме вспыхнула война…
Салтыков не вмешивался в это дело. Да и ему ли было вмешиваться? Он понимал, конечно, что по-хорошему следовало бы защитить Оливу от нападок Ккенга, ему было жалко её, но он всё-таки осознавал, что Ккенг прав, и в глубине души соглашался с ним.
Тем временем в кампании по борьбе с Оливой у Ккенга появились сообщники. Одним из них был его лучший друг, на форуме Кудесник. А вот второй… Второй, точнее вторая, была девушка Ира, и вот она-то взялась травить Оливу похлеще Ккенга и Кудесника вместе взятых.
Эта Ира, известная на форуме как Ириска, жила в Северодвинске. От Архангельска туда добираться час на автобусе, сорок минут на маршрутке. Училась она в АГТУ, и каждый день ей приходилось тратить на дорогу в универ по полтора часа. Однако, несмотря на это, студенческая жизнь захватила её с головой. А тут такой случай: во время новогодних праздников родители Салтыкова уехали в какой-то санаторий, и хата освободилась. Салтыков, конечно, не стал упускать такой шанс и тут же устроил у себя дома встречу форума.
На встречу форума пришли семь человек, и все парни. Посидели, выпили, ещё посидели, ещё выпили – вроде и делать-то больше нечего. Щас бы сюда девчонок…
Но девчонок на форуме было мало, да и те ни в какую не согласились прийти домой к малознакомому парню. Только Ириска изъявила желание приехать, да автобусы из Северодвинска о сю пору уже перестали курсировать. Тогда-то Салтыков, уже хмельной и отчаянный, сел за руль и поехал в Северодвинск за Ириской. Пьяному, как известно, море по колено – мало чего соображая, он погнал по обледеневшей трассе и буквально через сорок минут уже вернулся домой, везя с собой в машине Ириску.