Жар огня
Шрифт:
Как сказал Лоргус, по некоторым причинам оглашение данного факта было невыгодно обеим сторонам, но император был настроен решительно, поэтому нас и пригласили присоединиться к разговору. А хотел темный очень мало: наладить отношения с найденной дочерью и пригласить к себе, чтобы я поближе познакомилась со своей семьей.
— Благодарим, — ответил Лоргус за нас двоих. — Мы рассмотрим ваше приглашение после свадьбы.
— Я бы не спешил с этим, — скрипнул зубами император. — Как отец, считаю, что в свете новых обстоятельств моя дочь может рассчитывать и на лучшую
— Не успев сообщить дочери о себе, вы хотите разбить ей сердце? — подал голос король.
— Нет, конечно. Но о помолвке только объявили, и я не вижу причин для спешного заключения брака. Лорианна еще так молода. Ей будет полезно проверить чувства и убедиться, что она не совершает ошибки.
Я не стала молчать.
— Вы только заявили о себе, не знаете меня, а уже рассуждаете, что будет полезно, а что нет. Я не желаю иметь ничего общего с человеком, по вине которого погибла моя мать, и к вам не поеду. Официально я не ваша дочь, и распоряжаться моей судьбой вы не вправе.
— Я могу признать тебя своей дочерью и объявить наследницей.
— Но не можете заставить признать вас своим отцом и принять наследство, — холодно парировала я.
Некоторое время мы прожигали взглядом друг друга, а потом темный расслабленно откинулся на спинку кресла и с превосходством посмотрел на меня:
— Что ж, я ожидал этого. Если не хочешь по-хорошему… Ты не имеешь права находиться здесь без моего разрешения.
— Что вы хотите этим сказать? — напрягся Лоргус.
— Границы всех государств закрыты на въезд для обладателей черного огня, из-за его разрушительности. При посещении других стран требуется специальное разрешение, где император берет на себя ответственность за таких магов и их действия. В ином случае они не имеют права покидать Темную империю.
В этом он был прав. Я много времени провела в библиотеке дворца и у эльфов, выискивая любую информацию о черном огне. Самом сильном и разрушительном, способном уничтожить города. Обычные огневики не способны обуздать такой огонь или перехватить нити силы.
— Лоран? — Мой муж вопросительно посмотрел на меня, а король потерял невозмутимый вид. Похоже, разговор пошел не по плану.
— Ты никому не сказала? — понимающе усмехнулся император.
— Я не ваша подданная, и вы не докажете, что я обладаю черным огнем.
— У меня есть свидетели.
— Они пристрастны. Один насильно пригласил меня в гости, а второй долгое время желал сделать своей игрушкой.
— Тогда проще простого доказать, что я не прав. Призови огонь.
— Я еще не владею силами в полной мере.
— Не лукавь. Я чувствую в тебе стихию огня — она проснулась. Ты можешь ею не владеть, но вот такой фокус сделает и ребенок.
Движением руки император зажег свечи в канделябре на столе и притянул на ладонь огонек. Тут он опять прав: если рядом есть активная стихия — бегущая вода для водника или сильный порыв ветра для воздушника — призвать ее в разы легче.
Взгляды присутствующих скрестились на мне, и повисла тяжелая пауза.
— Лоран, ты не обязана ничего доказывать. — Лоргус взял меня за
Я оценила, что муж не стал расспрашивать, почему я умолчала о проснувшемся огне, и внешне никак не показал, что он не в курсе.
— Вам всем стоит вспомнить, чем чреват черный огонь и какой опасности вы себя подвергаете. Иметь необученного огневика рядом — это как селиться у подножия проснувшегося вулкана, — с притворной заботливостью произнес император, нагнетая атмосферу. — Вам же известно, что лишь тьма способна его сдержать, и у вас нет таких ресурсов.
Я криво улыбнулась. Здесь темный немного лукавил. Не рождались сразу с темным огнем, и не было необученных магов, так что всезнающего он изображал зря. Огонь мог переродиться в экстремальных ситуациях. Когда огневик доходил до предела в ненависти или от горя потери — просыпалась древняя кровь, наполняя пламя черным цветом. Насколько успела узнать, у темных лишь императоры жили с таким огнем долго, а все остальные погибали при странных обстоятельствах. Я подозревала, что их попросту уничтожали. Черный огонь — страшная сила, и никто не желал иметь под боком такую угрозу своей власти.
Сжав руку Лоргусу, я поднялась и подошла к свечам. Замерев возле стола спиной к присутствующим, закрыла глаза, абстрагируясь от внешнего мира, как на медитации, и стараясь обрести покой в душе. Хвала магистру Рисаю и Тени с их тренировками.
Воскресила в памяти радость от встречи с Сандром, как светло мне на душе при общении с ним. Удерживая эти эмоции, потянулась внутренне к огню, зовя к себе. Когда почувствовала на открытой ладони тепло, распахнула глаза. На моей ладошке плясал красно-рыжий огонек. Сохраняя сосредоточенность, повернулась к остальным, демонстрируя.
Тишина. И лишь спустя несколько мгновений тихий выдох императора:
— Но как?!
Уж он-то точно знал, что черный огонь у меня есть.
При первых же звуках его голоса я сжала пальцы в кулак, втягивая в себя огонек, и победно посмотрела на императора. Пламя — это эмоции, и огневики подвержены им, как никто из стихийников. Темный просчитался, попросив просто показать ему огонь. Образно говоря, спровоцируй он меня нападением, и в ответ в него бы понесся черный сгусток. Это чисто гипотетически, ведь я не сумасшедшая — себя выдавать, и для защиты у меня есть и другие стихии. Во время своих экспериментов я просто заметила, что пламя меняет цвет в зависимости от эмоций. А какими им еще быть, если призывать стихию во время сражения?
— Как мы все видим, у Лоран обычный огонь, и у вас неверная информация, — с облегчением проговорил король, подводя черту.
— Лорианна, ты же понимаешь, что правда выйдет наружу? — обратился ко мне император, но я вызывающе молчала, и он нехотя отступил. — Хорошо, оставим пока это. Что скажете насчет остального?
— Лоран, сними перчатки, — попросил Лоргус.
Не спеша, я сначала стянула перчатку с руки, где не было браслета, и лишь потом с другой, где находился родовой артефакт. Подошла к креслу императора, демонстрируя ему брачную татуировку.