Жандарм
Шрифт:
— Ну уж нет! — оскалился я. — Не уйдешь! — и кинулся в погоню.
Расталкивая встречных локтями, я ни на миг не отставал от вора, который в отличие от меня ужом проскальзывал сквозь толпу, буквально ввинчиваясь в нее. Похититель бежал вдоль вокзала, предусмотрительно не покидая толпу выходящих, но и не забегая внутрь здания, где кроме служащих железной дороги были и представители полиции. На улице они тоже были, и один из них уже заметил наш забег, изо всех сил задув в сигнальный свисток, но догнать вора в толпе и ему было не по силам. Через пять минут, изрядно запыхавшись, я наконец вырвался за пределы толпы и радостно улыбнулся. Подросток бежал всего в паре десятков метров впереди и на открытой дистанции от
— Попался! — выдохнул я ему в ухо.
— Это ты попался, — раздался бас выходящего из дома мрачного детины.
Ни слова больше не говоря, он сделал полшага к нам, оказавшись на расстоянии вытянутой руки, и резко ударил меня в переносицу...
* — в 1915 году из-за недостатка серебра и меди на изготовление монет в обращение были введены бумажные марки
Глава 11
— В драке побеждает тот, кто ударил первым! — прохаживаясь вдоль строя, мрачно изрек старшина нашей роты. — Если пропустил первый удар — считай, проиграл. Поэтому если драка неизбежна — бейте без сомнений!
— А если удар был неожиданным? — не удержался я от вопроса.
Несмотря на сорокалетний возраст, старшина был крепким жилистым мужиком и когда был в тельняшке, его мышцы выглядели так, словно он способен узлом завязать даже стальной лом. Мы боялись даже его простого взгляда и мой поступок — выкрик из строя — можно считать настоящим подвигом.
— ...! — назвал он мою фамилию. — Сорок отжиманий!
— Есть! — я тут же упал и принялся «толкать» пол, мысленно костеря себя за несдержанность.
— Пока отжимаешься, отвечу на твой вопрос, — продолжил старшина свою неспешную прогулку туда-сюда. — Если ты пропустил первый удар и остался в сознании — разорви дистанцию! Не дай противнику навязать тебе рисунок боя. Захватывай инициативу. Палки, камни — используй все что есть, это оружие. Так и в настоящем бою никакого благородства, никаких широких жестов, как говорится — победителей не судят. И еще отступить — это не трусость, а благоразумие. Но отступив, не забудь потом вернуться и добить врага, когда будешь готов и на своих условиях...
Это мимолетное воспоминание из прошлой жизни пролетело передо мной как вспышка вместе с искрами, посыпавшимися из глаз после удара тяжелым кулаком. Тело мотнуло назад, и я не стал сопротивляться инерции. Наоборот — разжал правую руку, которой удерживал подростка и оттолкнулся ногой, падая на спину. Еще и руки в стороны раскинул, а подбородок чуть прижал, чтобы не удариться затылком о мостовую. Перекат, плечи заныли от удара о камни, но главное другое. Я снова оказался на ногах в паре метров от ошарашенного моим поступком детины, который уже занес вторую руку для добивающего удара, если бы мне первого не хватило.
— Быстрый, — растерянность у детины не продлилась долго, и он снова пошел в атаку, как бык набирая скорость и размахиваясь для нового удара.
Мелкий воришка тоже не терял времени даром, схватил выпущенный поначалу чемодан и тут же шмыгнул своему сообщнику за спину, после чего скрылся внутри дома. Я отметил это мельком, полностью сосредоточившись на здоровяке. Тот был выше меня на полголовы, а ширина плеч была такая, что легко достигала косяков дверного проема. Выглядел он устрашающе, о чем и сам знал. Но вот драться не умел совершенно! Легко поднырнув под его удар, я без зазрения совести вмазал ему кулаком
— Ыххх... — сдавленно просипел здоровяк и рухнул на мостовую.
Больше он угрозы не представлял, и я кинулся внутрь дома за воришкой. Ворвавшись в дом, я растерялся. Куда идти? Прямо за дверью был небольшой тамбур с двумя дверьми и лестницей наверх. Шагов воришки нигде слышно не было, а вот из-за дверей доносились приглушенные голоса. Стиснув зубы, я решил пройтись по всем этажам и начать с первого.
Распахнув ближайшую дверь, я оказался в огромной комнате, заставленной в два ряда кроватями. На большинстве уже спали люди. В паре мест кучками сидели мужики и о чем-то разговаривали. Именно их голоса я слышал в тамбуре. При моем появлении они тут же замолчали и недобро уставились на меня.
— Мальца с чемоданом не видели? — на всякий случай спросил я, хотя и сам уже видел, что его здесь нет.
— Нет, — мрачно ответил мужик с длинной неопрятной бородой и кустистыми бровями.
Закрыв дверь, я распахнул вторую. И почти сразу заметил вора. Тот уже сидел в компании еще двух подростков и двух мужиков, что хоть комплекцией и уступали детине, что напал на меня, но кулаки имели пудовые. Они-то сейчас увлеченно и потрошили мой чемодан и при моем появлении изрядно удивились.
— А где Васька? — спросил один из них, глядя на меня.
Уж что там творилось в его голове, что он задал такой глупый вопрос, мне было плевать. Видать не ожидал, что кто-то сможет противостоять их здоровяку. Отвечать я не стал, молча двинувшись к ним, огибая по пути такие же кровати, что были в соседней комнате. На них тоже спали люди, но я не обращал на них внимания, полностью сосредоточившись на банде грабителей. После похищения моего чемодана по-другому я их уже не воспринимал.
Мелкий воришка среагировал первым. От входа в комнату до грабителей надо было пройти четыре койки, и он тут же постарался увеличить это расстояние, причем так, чтобы между мной и им оказались остальные члены банды. Двое подростков увидев его маневр, повторили его и лишь копавшиеся в чемодане мужики не сдвинулись с места. Напряглись, сжали кулаки, но даже с коек не встали. А когда до них мне осталось пройти всего одну койку, остриженный под горшок блондин в рубахе цыкнул зубом, и я вдруг полетел головой вперед. Зря я не обращал внимание на спящих! Один из таких, оказалось, совсем не спал и ловко подставил мне подножку, после команды-цыка блондина, выпростав ногу из-под тонкого суконного одеяла. И я полетел лицом вперед прямо на подставленный кулак блондина! В последний момент выставленной перед собой ладонью я смог отклонить руку бандита, из-за чего упал боком на плечо. Но это стало последним, что я смог сделать. Затем оба бандита навалились на меня сверху и стали месить, нанося удары куда только придется. Из-за того, что я упал между койками, откатиться в сторону не было возможности. Все, что я сделал, это прикрыл голову и сжался в комок, чтобы уберечь самые уязвимые части тела. От отчаяния я вспомнил наконец о магии, но применить ее не было возможности. Стоит мне разжать руки и начать распальцовку, тут-то мне все пальцы и переломают. Да и толку от тех заклинаний, что мне известны?
В какой момент я потерял сознание от все-таки пропущенного удара по голове, я уже не помнил.
Очнулся я в какой-то комнатке. С трудом разлепив заплывшие глаза, я попробовал осмотреться. Помещение два на три метра с небольшим зарешеченным окном под потолком и единственной дверью. В двери тоже маленькое оконце, сквозь которое виден тусклый свет от горящей за дверью лампы. Я лежал на откидной стальной лежанке. В углу стояло ведро. Чуть пошевелив мозгами в тяжелой от боли голове, понял, что попал в камеру. Но с чего здесь нахожусь я, а не те уроды, что меня так «отоварили»? Не понимаю. Пора узнавать.