Земной круг
Шрифт:
Около 1492 года Михайло Дородный появился в Литве, при дворе Александра Ягеллона, заняв место среди самых знатных вельмож государства.
Вскоре ему пришлось отправиться в новое путешествие.
Менгли-Гирей задумал строить крепость Кара-Кермен на месте Очакова, считавшегося литовским владением. Глинского послали в Крым для переговоров с ханом, но тот насильно задержал у себя князя Михаилу. Великий князь Московский, обрадовавшийся случаю, просил крымский двор выдать Глинского, но Менгли-Гирей не согласился на это.
В 1500 году Глинский был министром двора у Александра Ягеллона, вскоре получившего королевскую
Он вошел в такую силу, что последний властелин Золотой Орды Шиг-Ахмет за год до своего падения отправлял к Глинскому послов с дорогими дарами.
Года через четыре Менгли-Гирей, решив обратиться к польскому королю, прежде чем сделать это, сносился с могущественным князем Михайлой. К Глинскому стекались вести из Крыма, с Яика и, может быть, даже из Сибири и страны хивинских татар.
В 1506 году Глинский оказал большую услугу королю, разгромив татарские полчища, вторгшиеся в Литву. Александр Ягеллон уже дышал на ладан. После его смерти стал царить Сигизмунд. С ним Глинский не ужился и начал искать покровительства Москвы. Он лелеял честолюбивые мечты насчет княжения в Киеве, где воеводой был его брат Иван, более известный под прозвищем Мамая.
В 1508 году Глинский поднял свой меч против Литвы. Он заключил союз с крымскими татарами, господарем Молдавии и стал звать московские рати. Побивая литовских вельмож, Глинский захватил Гомель и Мозырь в Белой Руси, собирался ударить по Ковно, чтобы освободить из темницы несчастного царя Золотой Орды.
Но московские войска не вступили в битву с Сигизмундом, и Глинский, уже присягнувший на верность Василию Третьему, явился в Москву. Там его щедро одарили азиатскими скакунами, дали костромских и галицких ратников, пожаловали Малоярославцем и Боровском.
Михайло Глинский тотчас же стал убеждать великого князя установить связь с императором Максимилианом и вызвался отправить грамоту цесарю. Есть намеки на то, что Глинский сам ездил к цесарскому двору.
Так или иначе, бывалый и образованный Михайло Дородный явился для Москвы живым географическим справочником. Изъездив столько стран Западной Европы и наслышавшись там рассказов об открытиях португальцев и испанцев, повидав при дворе Максимилиана путешественников и космографов, князь Глинский не скрыл своих познаний от московитов.
Ведь когда он был у Ягеллонов, то еще застал в живых Филиппо Каллимаха. Великий коронный секретарь Ян Лаский, злейший враг Глинского, в ту пору занимался изучением Руси и вообще увлекался географией. Михайло Дородный имел полную возможность встречаться с такими учеными, как Ян Стобницкий или Матвей Меховский. Последний упоминал о Глинском в своей книге.
Короче говоря, мы вправе утверждать, что через Глинского образованные московиты узнали о многих событиях, которые произошли в странах Западной Европы в 1480–1506 годах, в годы жизни и подвигов открывателей далеких стран.
В 1510 году Михайло Дородный побывал в Пскове, где в то время жил дьяк М. Г. Мисюрь — Мунехин, путешествовавший в Египет.
Через четыре года потомок Мамая изменил Московскому государству. Участвуя во взятии Смоленска, князь Глинский уже видел себя владетелем всей Смоленской земли. Но Василий Третий и не думал отдавать ее Глинскому.
Тщетно просил о его освобождении император Максимилиан. Он давал зарок в том, что Глинский никогда не обратит своего меча против Руси, а будет отправлен на службу в Испанию к Карлу Пятому. Но этого не произошло, и Михайло Глинский добрых двенадцать лет продолжал звенеть цепями в московской темнице. Его спасло лишь то, что великий князь женился на Елене Глинской, и она вымолила прощение своему дяде.
В 1530 году Михайло Глинский уже был в числе московских воевод, посланных смирять Сафа-Гирея, царя Казанского. Казанцы вновь нарушили клятвенные обещания, оскорбили русского посла и приготовились к встрече русской рати. Они перекопали рвами Арское поле, выдвинули новый острог на подступах к городу, поставили каменные надолбы.
Но эти укрепления были взяты, и казанцы, как это бывало уже не раз, сами запросили о мире.
Кажется, это был последний поход Михаилы Глинского, если не считать его выездов на соколиные охоты с великим князем. Василий Третий приблизил к себе былого завоевателя Фрисландии. Князь Глинский пережил Василия и был одним из свидетелей его смерти.
В годы вдовства и правления Елены Глинской князь Михайло обличал зазорный образ жизни своей племянницы и жестоко поплатился за это. Его обвинили в заговоре против правительства и заточили в ту самую темницу, где он до этого уже провел двенадцать лет.
Через какой-нибудь месяц, осенью 1534 года, Глинский окончил свой жизненный путь.
Вехами этого пути были Рим, Вена, Дрезден, Брюгге, Краков, Вильна, Москва, Казань и многие другие города, о которых мы пока не знаем.
V. НОВЫЙ МИР
«И ныне тамо новый мир…»
Первым об открытии Америки русскому читателю поведал Максим Грек.
Сведения об открытии Нового Света он получил в 1500–1515 годах в Венеции, Флоренции и Париже и уже с этими вестями появился на горе Афон. Оттуда он отправился в Московию.
В эти годы состоялись заморские походы Америго Веспуччи, Гашпара Кортириала, Кабрала, Васко да Гамы, Лодовико Вартемы и других путешественников. Максим Грек, знавший Савонаролу и писателей-гуманистов, друживший с издателем Альдусом Мануциусом-старшим в Венеции, изучал научные первоисточники своего времени.
Живя на Руси и трудясь вместе с такими знатоками северных стран, как Дмитрий Герасимов, Власий, Вассиан Патрикеев-Косой, общаясь с Семеном Курбским, Максим Грек отчетливо представлял себе все величие вновь разведанных русскими просторов от Мурманского носа и Лапландии до Югры.