Землянка раздора

Реммер Ольга

— Что случилось?

Он помолчал. Тучка, закончив умываться, подошла и села рядом со мной, уставившись на Зариана своими янтарными глазами. Будто тоже ждала ответа.

— Появилась девушка, — наконец сказал Зариан. Голос его звучал ровно, но я чувствовала — внутри у него всё сжалось. — Мы оба... влюбились. По уши. Глупо, безоглядно, как мальчишки.

У меня внутри что-то ёкнуло. Ревность? Странно, но да. К этой незнакомке, которая была до меня.

— Кто она была? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

Зариан не ответил.

Просто стоял, глядя куда-то в лес, в пустоту. Тишина затягивалась, становилась невыносимой.

И тут Тучка не выдержала. Она громко, требовательно мявкнула — прямо ему в спину. Мол, отвечай, чего молчишь?

Зариан вздрогнул, обернулся. Посмотрел на кошку, потом на меня, и вдруг усмехнулся — той самой кривой усмешкой, которая так бесила Зориана.

— Твоя кошка — мой личный мучитель, ты знаешь? — сказал он, но в голосе не было злости. Только усталая нежность.

— Она умеет добиваться правды, — ответила я, погладив Тучку. — Так кто она?

Зариан вздохнул. Сел на камень, жестом приглашая меня сесть рядом. Тучка тут же запрыгнула к нему на колени, чем окончательно его добила.

— Она была королевой, — сказал он тихо. — Женой действующего императора.

Я замерла.

— Мы оба знали, что это безнадёжно, — продолжил он, глядя куда-то в сторону. — Что ничего не будет. Но чувства... они сильнее разума. Зориан не выдержал. Он ушёл во флот, зарылся в работу, в войну, в дисциплину. Думал, что так заглушит боль. А я... я пошёл другим путём. Решил, что если не могу быть с ней, то буду хотя бы рядом. Построил карьеру при дворе. Стал советником. Видел её каждый день, улыбался, делал вид, что всё хорошо.

Он замолчал. Тучка на его коленях замурлыкала — успокаивала.

— А что случилось потом? — спросила я шёпотом, боясь спугнуть эту исповедь.

— Император узнал, — голос Зариана стал совсем тихим. — О её чувствах. Не знаю, что именно он узнал и откуда, но факт остаётся фактом. Он приказал её казнить.

У меня перехватило дыхание.

— Боже...

— Зориан узнал об этом, когда было уже поздно, — продолжил Зариан. — Он не успел. И он решил, что в этом моя вина. Что если бы я не был так близко, не торчал при дворе, не мозолил глаза... император не заподозрил бы. Не убил бы её. Глупо, конечно, — он горько усмехнулся. — Император убил бы её в любом случае, просто так совпало. Но брату нужен был кто-то, на кого можно свалить вину. И этим кем-то стал я.

— Зариан...

— Всё в порядке, — он поднял руку, останавливая меня. — Это было давно. Мы оба пережили, оба... зажили свои раны. А теперь, — он повернулся и посмотрел прямо на меня, и в его глазах была та самая хитрая, понимающая усмешка, от которой у меня перехватило дыхание, — видимо, судьба у нас такая. Любить одну и ту же женщину. Снова.

Я замерла, чувствуя, как краска заливает щёки. Его взгляд — открытый, чуть насмешливый, но такой тёплый — обволакивал, не давая отвести глаза.

Тучка на его коленях довольно зажмурилась и замурлыкала громче. Предательница.

— Я... —

начала я, но слова застряли в горле.

Зариан мягко улыбнулся, погладил кошку и встал.

— Идём, — сказал он, протягивая мне руку. — Пещеры ждут, и у нас ещё куча дел. А разговоры... разговоры подождут.

Я взяла его руку. Тёплую, сильную, живую. И мы пошли дальше сквозь чужой лес, под чужим небом, с кошкой, бегущей следом, и с мыслью, что, кажется, я начинаю понимать этих двоих. И себя.

Глава 45

Глава 45

Пещеры оказались именно тем, что нужно — сухими, прохладными и достаточно глубокими, чтобы спрятаться от случайных глаз. Мы забрались внутрь, насколько хватило смелости, и устроились в небольшом гроте, куда едва проникал свет снаружи.

Я села на холодный камень, прижимая к себе Тучку, и уставилась в одну точку. Мысли были не здесь. Они были там, в небе, в улетающем челноке, с Зорианом.

Жив ли он? Успел уйти? Ранен?

Каждый вопрос впивался иглой под рёбра. Я пыталась убедить себя, что он справится. Он же генерал, чёрт возьми, легендарный воин, скала. Но скалы тоже крошатся. И от этой мысли становилось ещё хуже.

— Надо перекусить, — голос Зариана вырвал меня из оцепенения. Он рылся в складках своего костюма, и через секунду извлёк на свет два продолговатых батончика, завёрнутых в серебристую фольгу. — Армейский паёк, улучшенная версия. Вкус так себе, но калорийность — зверь.

Он протянул один мне. Я взяла, но есть не хотелось. Тучка, почуяв еду, тут же забыла о пережитом стрессе и требовательно мявкнула, глядя на Зариана с выражением «а мне?»

— А тебе, мадам, — Зариан снова полез в карман и извлёк небольшой пакетик с вяленым мясом, от которого пахло так, что у меня самой слюнки потекли. — Специально припас. Знал, что ты будешь нас шантажировать.

Он кинул пакетик Тучке. Та ловко поймала его лапами и тут же принялась терзать упаковку, довольно урча.

Я смотрела на эту идиллию, и в груди щемило. Зориан тоже любил подкармливать Тучку. Зориан, который сейчас неизвестно где.

— Ешь, — мягко сказал Зариан, садясь рядом. — Ему это не поможет, а тебе — да.

Я взглянула на него. Он смотрел на меня с той же понимающей усмешкой, но в глазах читалась усталость и, кажется, та же тревога, что и у меня.

— Ты тоже за него переживаешь, — тихо сказала я.

— Он мой брат, — Зариан пожал плечами, но жест вышел неестественным. — Привычка.

Мы жевали в молчании. Батончик оказался на удивление вкусным — с ореховым привкусом и сладковатой ноткой. Или это просто голод давал о себе знать. Тучка расправилась с мясом и теперь вылизывалась с видом полного удовлетворения.

— Нам нужно идти, — сказал Зариан, поднимаясь. — Город недалеко. Тот, кто нанял мирангонцев, ждёт.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что жук сказал координаты, — он усмехнулся. — А жуки, при всей их мерзости, не умеют врать. Физиология не позволяет. Так что наш клиент там.