Здесь вам не клан 3

Бадевский Ян

Оживает смартфон.

— Да?

— Игнат Васильев, — представляется незнакомец. — Готов?

Я сразу понимаю, с кем имею дело.

— Готов.

— Мы пробьём портал к тебе в комнату, — говорит Васильев. — Жди.

Короткие гудки.

Немногословные ребята.

Достаю заветный ларец из персонального сейфа. Будете смеяться, но комнаты одарённых ими оборудованы. Ксиву — во внутренний карман куртки. Пистолет — в кобуру. Запасной магазин отправляется в специальный кармашек. Делаю несколько шагов. Кобура

плотно прилегает к ноге, но движений не сковывает.

Посреди комнаты очерчивается портал.

Одноразовый, без изысков.

Набрасываю капюшон, застёгиваю молнию. Куртка у меня длинная, почти до колен. Так что ствола не видно. Выхватывать неудобно, но ведь мы ещё никуда и не прибыли.

Шагаю в портал.

И оказываюсь на залитой дождём автостоянке. Мрак, холод, сырость. Отблески неоновых огней, контуры высоток на заднем фоне. Во все стороны тянутся блестящие корпуса машин — крохотные мономобильчики, высоченные внедорожники, обтекаемые минивэны, микроавтобусы и фуры.

Парковка кажется бесконечной.

Мне сразу бросается в глаза ретро-драндулет с совой на капоте. Музейный экспонат, по недоразумению не разобранный на запчасти.

Задняя дверца «Совы» щёлкает.

— Давай сюда!

Шлёпая по лужам, добегаю до тачки, влезаю в салон и захлопываю за собой дверь. Парковка становится зыбкой, ирреальной. По стеклу сбегают прозрачные дорожки, а нутро драндулета освещено лишь огоньками на приборной панели. Внутрь набилось три канцеляриста. Безликие тени, сгустки черноты.

Расстёгиваю куртку, сдёргиваю капюшон.

— Где я?

Водитель плавно трогается с места.

Мы выезжаем аккуратно, чтобы не зацепить соседние автомобили. Круги света от фар выхватывают дорожную разметку.

Человек слева от меня заговорил:

— Это Москва. Я — оперуполномоченный Лев Парамонов. Вот он, — кивок в сторону водителя, — штабс-капитан Тимур Горзаев. И следователь по особо важным магическим делам Давид Трофимов.

Игнатом Васильевым и близко не пахнет.

Я так понимаю, этот мужик отсиживается в кабинете.

Командует, так сказать, парадом.

— Местные? — уточнил я.

— Да, — буркнул водитель.

— Меня не ввели в курс дела. Что случилось?

— Всплеск, — Трофимов, сидевший справа от штабс-капитана, пробежался по сенсорам на приборной панели и вывел в нижний правый угол лобового стекла карту района. — Эфирное возмущение пятого класса. Предполагаемый подтип — хрономагия. Мы находимся здесь.

Следователь ткнул пальцем в обширный серый участок, рядом с которым разместился ЖК «Млечный Путь».

— А вот пункт назначения, — следователь указал на мигающую красную точку в нескольких кварталах к северу. — Это многоквартирный дом.

Я всмотрелся в незнакомые названия улиц.

Хрен его знает, что за район. Замоскворечье? Пробую отыскать на карте Большую Ордынку или Серпуховскую

площадь, но вместо этого сплошные Рунные Ряды, проспект Романовых, переулок Канцлера Бестужева...

Машина выехала на Романовский проспект и ускорилась до сотки за четыре секунды. Цифры на спидометре продолжали расти — канцеляристы пёрли напролом, внаглую подрезая всех подряд.

— Задача? — спросил я.

— Подозреваемый — Глеб Токарев, — сообщил опер Парамонов. — Двадцать один год, мещанин, неинициированный. Связей с синдикатами нет. С иностранной разведкой — тоже. Психопрофиль прошёл сверку, ошибки быть не может. Обнуляем права, изолируем гражданских. Взять под стражу, переправить в Питер.

— А что с группой захвата?

— На месте, выдвигается на позиции, — ответил водила.

Странно.

Меня брали с меньшим энтузиазмом. Волков с отрядом штурмовиков. А здесь — четверо канцеляристов, включая меня. Такое ощущение, что идём войной на небольшую армию. Или супергероя из комиксов.

— Давид, — обратился я к сидящему впереди. — Что не так?

Повисло молчание.

Я отметил хорошую звукоизоляцию салона — мы могли разговаривать, невзирая на то, что мчались в дождь по оживлённой трассе. С двух сторон громоздились высотки, первые этажи которых были отведены под ювелирные лавки, магазины брендовой одежды, салоны красоты и фитнес-клубы.

— Всплеск мощный, — нехотя признал следователь.

Машина притормозила на перекрёстке.

— Что это значит?

— Он не просто заморозил время, — пояснил Парамонов. — Мы думаем, что это бросок.

— Бросок, — тупо повторил я.

— Перемещение, — уточнил Трофимов. — Из будущего. Или прошлого. Мы точно не знаем.

Молча киваю.

Теперь ясно, зачем вы меня вытащили из постели. Не так уж много в Отделе хрономагов, способных противостоять высокоранговому эмиссару.

— Думаете, эмиссар?

— Тебе видней, — хмыкнул штабс-капитан. — Это по твоей части, Корсаков.

А вот я не уверен, что по моей.

Драться с волшебником, способным совершать прыжки во времени... Я вообще не представляю, как это. Он может, наверное, сместиться в хронопотоке и внести какие-нибудь изменения. Сделать так, чтобы я умер до начала схватки...

Макс, тормозни.

Это паранойя.

Кем бы этот мещанин ни был, он ещё не знает о твоём существовании. С другой стороны... он может знать абсолютно всё, если прибыл из будущего. Потому что каждое наше действие — это уже история.

Он подобных мыслей делается не по себе.

Вспыхнул зелёный свет.

«Сова» сорвалась с места и, меняя полосы, начала разгоняться. Через несколько секунд городские огни уже сливались в длинные полосы, размазанные дождём и ветром по периферии зрения. Я неотрывно смотрел на экран, где сближались две точки — зелёная и красная.