Здесь и сейчас
Шрифт:
Забеременела. Это слово словно повисло в воздухе между ними как непреодолимое препятствие, которое нужно было убрать во что бы то ни стало, прежде чем что-то еще будет сказано или подумано.
— Со мной все будет в порядке…
Терри спотыкалась на словах, пытаясь обойти тему, которая не давала ей покоя всю неделю. Каждый день снова и снова она упрекала себя за глупость, необдуманную импульсивность, безответственность, которые могли привести к последствиям, о каких и подумать страшно.
— Но ведь была всего одна ночь!
— Madre de Dio! —
— Я знаю! Я не дура!
Его полыхающий злостью взгляд подсказал, что слово «дура» было бы последним оскорблением, которое он хотел бы бросить ей. Его глаза как будто оставляли ожоги на ее коже.
— В таком случае не веди себя по-дурацки! Посмотри фактам в лицо! Ты могла забеременеть. Если это подтвердится, нам придется подумать, что делать дальше!
— Не нам, а мне! Я сама все решу.
— Но у тебя будет мой ребенок!
— Только наполовину!
Для него эти слова звучали неубедительно.
Для Джованни Карделлы, чистокровного сицилийца, любой зачатый им ребенок принадлежал ему, и только ему. Женщина, которой оказана честь забеременеть от него, получит некоторую долю внимания, пока вынашивает драгоценное дитя, но при появлении на свет оно станет настоящим Карделлой — и никем иным. Потом матери, возможно, позволят видеться с ним время от времени, но не более, того. Если, конечно, это не святая, безгрешная Лючия.
— Но я буду о нем заботиться. Я должен быть уверен, что у ребенка есть все необходимое. Я…
— Я сама могу о нем позаботиться!
— Как? И где? — Джио повернулся на каблуках и окинул взглядом комнату, обставленную старенькой мебелью. — В этой убогой норке? Здесь нет сада. Где ребенок будет играть? Где будет бегать? И на какие средства ты станешь жить? У тебя денег не хватает, чтобы себя-то содержать. Или ты ждешь, что твои родители станут заботиться о малыше?
— Нет! Я этого не допущу!
— Так что же ты собираешься делать?
— Не знаю… — Позорный, жалкий ответ проигравшего. Мысль о беременности всю неделю крутилась у нее в голове, пугая и изводя. Терри пыталась придумать, как поступить, если все подтвердится, но так и не пришла ни к какому решению. — Я не знаю, я об этом не думала.
— Ты не думала, — грубым эхом отозвался Джио. — Потрясающе! Может, хоть теперь потрудишься подумать?!
— Своего ребенка я тебе не отдам!
— А разве я просил об этом? — Ему явно с трудом удавалось держать себя в руках и контролировать голос. — Мы ведь еще не знаем, беременна ты или нет. Но все же нужно рассматривать такую возможность. Я прошу лишь об одном: поехали со мной на Сицилию, где я смогу присматривать за тобой. По крайней мере до тех пор, пока все
— Хочешь установить надзор, чтобы я не навредила малышу, да? Или еще хуже: чтобы не переспала с кем-нибудь другим, а потом не выдала ребеночка за твоего сына?
В глазах у Джио засверкали молнии, но он не позволил себе ответить в том же тоне.
— Можешь считать это бесплатным отдыхом на курорте, — отрезал он. — Ты ведь говорила, что давно не была в отпуске. Может, такая формулировка покажется тебе более заманчивой?
Десять минут назад она согласилась бы не раздумывая, но десять минут назад она была глупой, слепой дурочкой, пребывающей во власти иллюзий.
— Так ты едешь?
Он что, шутит?
— Мне кажется, это в высшей степени разумное решение. Ты поживешь в моем доме месяц, и если к концу этого срока выяснится, что ты не беременна, можешь идти на все четыре стороны, я тебя держать не стану.
— А если окажется, что я все-таки беременна?
Внутри все болело от этих слов: «Я тебя держать не стану».
— Что тогда?
— Вот когда у нас будут конкретные факты, тогда и решим. Кто знает, может быть, к тому времени все разрешится само собой?
— Хочешь сказать, что мы поладим и ради ребенка решим жить вместе? Даже не рассчитывай на такой вариант!
— Знаешь, случаются и более невероятные вещи.
— Но не со мной. — Неужели он не понимает, как больно всегда оставаться лишь второй после его обожаемой жены? — Со мной это не пройдет…
— Почему нет? В постели мы хорошо ладили, даже отлично. А это уже кое-что.
— То есть секса достаточно, чтобы затеять все это?
— Секс — неплохое начало.
«И в нашем случае — единственное», — прочитала Терри в его глазах.
Но глупая надежда опять расцветала внутри. А может, стоит попробовать? Кто знает, может, проведенные вместе дни позволят им узнать друг друга лучше и стать друг другу ближе. И вдруг между ними возникнет если не любовь, то хотя бы взаимопонимание. А из него со временем уже вырастет нечто большее…
А Джио предложил ей именно время.
Правда, месяц — не так уж много, но это лучше, чем ничего. Лучше, чем снова смотреть, как он уходит, и знать, что на этот раз не вернется.
Надо попытаться. В конце концов, что она теряет?
— Итак… — Его голос прервал ее размышления. — Каков твой ответ? Едешь со мной?
Его быстрый взгляд на часы показал ей, что у Джио до отъезда еще масса дел и ему нужно идти. Пора принимать решение. И желательно поскорее.
— Хорошо, — аккуратно ответила девушка, — я поеду.
Глаза выдали все его эмоции. Сколько бы он ни придавал лицу выражения холодности и отстраненности, но скрыть победительные огоньки, вспыхнувшие в довольном взгляде, так и не сумел.
Он сделал шаг к ней с явным намерением поцеловать, но это было бы уже слишком. Терри жестом заставила его остановиться.