Здесь и сейчас

Уолкер Кейт

Хитрый ход возымел действие — Паоло обожал бабушку. Снова заулыбавшись, он побежал со всех ног к большим стеклянным дверям, ведшим в дом.

Джио посмотрел ему вслед, убедился, что мальчик вошел внутрь, и повернулся к Терри.

— Ты хорошо плаваешь, — заметил он. — Где научилась?

— Меня учила мама, она любила воду. А в школе я выступала за команду по плаванию.

Терри судорожно искала, чем прикрыться, и наконец на шезлонге нашла хлопковую рубашку.

Впрочем, тонкая ткань оказалась довольно прозрачной, так что толку от нее

было мало.

— А Лючия хорошо плавала?

Она ни за что не задала бы этого вопроса, если бы не нервничала так. Лючия Карделла была запретной темой, но было невозможно не замечать фотографии миниатюрной темноволосой женщины, развешенные и расставленные в просторных красивых комнатах.

Терри замерла в ожидании.

— Нет, она не любила плавать, — медленно выговорил Джио. — Она боялась воды. Ее отец был уверен: если хочешь преодолеть страх, бросайся вперед и встреть его лицом к лицу. Однажды он заметил, как она, совсем еще маленькая девочка, не решается прыгнуть с бортика бассейна. Он подошел, схватил ее и бросил в воду.

— Боже! Бедная Лючия! Разве так можно? Это ведь только повредит.

— Да, так и случилось.

Голос Джио был ровным и тихим, бесстрастным, как и его рассеянный взгляд. Он отрешенно смотрел на водную гладь бассейна. Терри показалось, что он смотрит в прошлое, оживляя воспоминания. У нее сжалось сердце. Повинуясь внутреннему порыву, она вытянула руку и положила ему на локоть.

— Прости, мне не следовало…

Джио резко дернулся от ее прикосновения и посмотрел ей в глаза. На несколько секунд ей показалось, что он не узнает ее. Джио моргнул и снова стал прежним.

— Нет проблем, — машинально пробормотал он, — все в порядке.

Джио опустил глаза на ее руку, маленькую и изящную, лежавшую на его локте.

— А как же наше правило «не касаться и пальцем»? — поинтересовался он, вкладывая в слова легкий намек удивления.

— А, это…

Несколько коротких секунд Терри выглядела растерянной, но быстро сориентировалась и бросила на него лукавый взгляд.

— Это правило относилось только к тебе! Нигде не написано, что я должна ему подчиняться!

— Ах ты, плутовка! Знаешь, мама уже спрашивала, какие у нас отношения.

— Ты сказал ей, что у нас отношения?

Терри отдернула руку, словно прикосновение к нему ее обожгло.

— Естественно.

— Но тогда… не показалось ли ей странным, что мы не… что мы не…

— Не спим вместе?

Едва заметная усмешка заиграла в уголках его губ.

— В этом нет ничего странного, cara mia. Это Сицилия, не забывай. Мама старомодный человек и только рада, что мы живем в разных комнатах. Для нее это показатель того, как серьезно мы с тобой друг к другу относимся. Что я очень уважаю тебя.

— А как же ты объяснишь ей все, если я окажусь беременной?

— Ну, мама все же реалист. Она понимает: одно дело — Сицилия, а другое — остальной мир. Люди ведут себя там совсем не так, как здесь. К тому же мама мечтает, чтобы у нее было много внуков. Даже если ребенок

был зачат до свадьбы, ее это не расстроит. Главное, чтобы малыш родился после того, как отношения узаконены.

— Узаконены? — Терри смотрела на него ошеломленно. — Мы не обсуждали возможность брака.

— Да, действительно, но ты вполне могла догадаться, что такое решение очевидно, если выяснится, что ты беременна.

— Для меня это не так очевидно!

Вопрос совершенно выбил ее из колеи.

— Я не думаю…

— Так подумай! — велел Джио. — Полагаю, мы со дня на день узнаем, и, как только все станет известно, нужно будет действовать. Если ты беременна, то чем раньше мы объявим о нашем «предстоящем союзе», тем лучше.

— А как на это посмотрит твоя мама?

— Она рада, что в моей жизни появилась женщина. Мама считает, что мужчина не должен жить один, это плохо для него. Это она отправила меня сюда, к тебе. Она считает, что нам с тобой не удается побыть вместе из-за Паоло, поэтому решила забрать его завтра на весь день, на всю ночь. Он обожает у нее ночевать, так что будет счастлив. А мы сможем прогуляться. Я покажу тебе остров.

— Как мило с ее стороны.

Терри ответила рассеянно, ее взбудораженный разум выхватил из его объяснения только одну фразу и схватился за нее, как терьер за тапочку хозяина. «На весь день… и на всю ночь».

Нельзя, нельзя позволять себе зацикливаться на этом и придавать такое значение обычным словам.

— Целый день, не отягощенный родительским долгом, — пробормотал Джио. — Жаль было бы потерять его или потратить на глупости.

— Ммм.

Ничего более вразумительного Терри произнести не смогла и не осмелилась спросить, что он имел в виду под «глупостями». И хотя у нее уже были свои подозрения относительно того, что крылось за этими безобидными, на первый взгляд, словами, она поняла, что вряд ли справится с тем, что они предвещали.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Солнце уже совсем закатилось за горизонт к тому времени, когда они вернулись на виллу. После проведенного на воздухе дня и вкусного ужина в уютном ресторанчике в Палермо, они поехали домой по извилистым проселочным дорогам.

Погруженный в темноту дом казался пустым и безмолвным.

— Как непривычно, что в доме нет Паоло. И можно шуметь, не боясь его разбудить, — заметила Терри, когда они вошли в огромную гостиную. — Он всегда спит так чутко?

— Нет, до года он спал крепко. — Джио бросил ключи от машины на тумбочку и подошел к большим стеклянным дверям, что вели во дворик. — До того, как ему исполнилось двенадцать месяцев, разбудить Паоло можно было, только стреляя из пушки. А потом все изменилось. После…

— После того, как Лючия… — мягко продолжила Терри. — Ты это хотел сказать? Несмотря на юный возраст, Паоло почувствовал, что из его жизни ушло что-то важное, невосполнимое?

Джио закрыл рукой глаза.

— Да… — Он тяжело выдохнул. — Именно это я и хотел сказать.