Завет Сургана
Шрифт:
– Ну, что же потом: все прахом. У нас ведь ничего скрыть нельзя, все узнается неизвестно как, а со мной долго и гадать не пришлось: сил не хватило вернуться со стадом вовремя, пошли искать – и нашли. Если бы только свои… да нет, и свои бы не промолчали, а они еще соседей позвали на помощь, думали – волки, а оказалось – улки. У нас нравы строгие, после такой молвы, конечно, сватов ждать не приходилось, да и показаться нигде нельзя было – начинали пальцами указывать: она, мол, со всеми улкасами в округе переспала. А что не по своей воле – это никого не щекотало…
– Надо было сразу уходить оттуда, – сказал Онго,
– Ну, а что же еще? Собрала бельишко в узелок – у нас там все просто, особых нарядов не было, да и сейчас вроде бы все так же, – и на тракт. Дома мне денег дали – самую малость, а больше и неоткуда взять. До города четверо суток добиралась на попутных…
– Бесплатно?
– Да ну – сам понимаешь, чем платила. Ноги раздвигала.
– Не противно было? Керо помолчал.
– Не то слово. Хуже, чем противно. Но было такое ощущение, сам теперь удивляюсь, что мстила тем шестерым: вот, мол, вам – со свирами, и еще, и еще, и еще со свирами… В общем, до города добралась уже почти готовой шлюхой. По этой линии и пошла: скот пасти в городе никому не требовалось, да и прочие мои хуторские умения там не нужны оказались. Однажды только месяц побыла служанкой в одном доме, но разочаровалась: там тоже – ложись и с хозяином, и с его сынком, все за те же деньги. Нет, на улице куда доходнее было – хотя и там, конечно, отстегивать приходилось, но и себе оставалось. А оказалась я выносливой – впору было рекорды ставить…
– Оттуда и посадки?
– Ну, не сразу, но прибилась к одной компании, которые промышляли не по закону. С ними села в первый раз. Ненадолго, у меня там даже соучастия не выходило, просто давали всем, отвесили и мне заодно. Вышла. И вскоре – судьба, наверное, была такой – все повторилось. Но на этот раз люди в зоне посоветовали, что делать. Вышла. Возраст был уже подходящий, и я сразу – добровольцем на смену пола и-в армию. Еще войны не было, ее вроде и не ждали, но по моей биографии я, видно, в матери не очень годилась, и меня приняли. Вот такие были мои пути.
– Теперь понимаю, – проговорил Онго, – почему ты пленных не берешь.
– Правильно понимаешь.
– Ты хоть лица запомнил?
– А к чему мне они? – усмехнулся Керо. – Тут дело ясное: мочи всех подряд – не ошибешься.
– Круто.
– А ты бы – иначе?
– Арук его знает, – сказал Онго откровенно.
– Осуждаешь?
– И мысли такой нет. Наверное, ты в своем праве..
– Если выпустят отсюда – снова буду проситься на передовую.
– Об этом, – сказал Онго, – просить не придется. И спрашивать не станут. Не понимаю только: тут-то чего от нас хотят? Тебя допрашивали?
– А как же. Кололи.
– О чем спрашивали?
– Что я там видел. Какие машины, какой туннель, все в этом роде. А я вообще ничего не видел. Но не верят, падлы.
– Вот и меня о том же. Что-то кажется мне, они считают, что мне этого видеть нельзя было.
– Ну, предупредили бы заранее, ты и не глядел бы. И в туннель этот трахнутый не заходил бы даже. Про-кантовался бы на воздухе.
– Да, верно. Но у начальства свои придури – разве догадаешься? Ладно, хоть пока дают посидеть спокойно, поговорить. А может, они о нас уже и думать забыли? – На это не надейся, – сказал Керо. – Вспомнят.
Верком Гумо, начальник ОСС, оглядывался с некоторой даже растерянностью.
Высоченные деревья с длинными, перистыми листьями и громадными, яркими цветами – красными, синими, желтыми – да всех цветов, какие только различает человеческий глаз. Мелодичные птичьи трели. Воздух – какой-то легкий, душистый, как в косметическом салоне, только куда лучше. Так и хочется набрать его побольше в легкие и держать, держать, не выдыхая. А главное, тут, рядом, почти у самых ног – океан. Бескрайняя, синяя, искрящаяся вода. Нет, конечно, генералу и раньше приходилось наблюдать немалые водные пространства: Свира не так уж бедна озерами, особенно ее северо-восток. Но такого… такого великолепия просто невозможно себе представить. Подумать только: можно было прожить жизнь и умереть, так и не увидав ничего подобного!.. Хвала Творцу за то, что позволил побывать тут. А может, и не только побывать, а…
Адро, деловой мужчина, наблюдал за веркомом с легкой улыбкой, заранее угадывая все переживания сановника: ему и самому в свое время пришлось испытать такое вот ликующее изумление. С тех давних пор, однако восторги сгладились, виды сделались привычными. А дело всегда остается делом.
Он сделал несколько шагов от агралета, приблизился к Гумо.
– Ну, как, верком? Впечатляет?
Гумо обернулся не сразу; пришлось сделать усилие, чтобы вернуть лицу его обычное выражение суровости и легкого недовольства: начальник никогда не бывает полностью удовлетворен.
– Гм… Ну что же, неплохое местечко.
– На вашем месте, верком, я поставил бы дом – смотрите туда – вон там.
Можем, если хотите, подняться. Оттуда открывается великолепный вид, и потом, там не так жарко: холм обдувается ветерком, это здесь всегда приятно. А внизу, чуть правее, можно будет построить причал – вам ведь понадобится свое судно, конечно; поверьте – это куда приятнее, чем летать агралетом. Тем более, что в океане гравитационные аномалии до сих пор вообще не наблюдались. Бывают бури, конечно, но они по времени строго локализованы и легко предсказуемы. Там, наверху, кроме прочего, есть вода: ключ. Вкуснейшая вода, уверяю вас. Ну, признайтесь, генерал, вам понравилось!
– М-м… Не хотелось бы делать преждевременные заявления…
– Да отчего же преждевременные? Дело, как говорится, на мази! Усхани Арбарам дал обещание, а свое слово, надо отдать должное, он держит всегда. Так что можете считать, что Кукурей вам уже подарен. Конечно, в случае выполнения нами условий. У нас ведь не возникает никаких проблем?
– Почему вы решили?..
– Ну, как говорится – земля слухом полнится.
– Откровенно говоря, некоторые осложнения возникли. Но на этот час мы с ними, можно считать, уже справились. Так что беспокоиться не о чем.
– Вы уверены? Ведь объект, по сути, рассекречен…
– Уже засекречен заново. И все выглядит должным образом: войска, действуя без согласия командования, предприняли ошибочные шаги и помешали Секретной Службе в проведении важной операции. Убедительно?
– Похоже, да. Вы меня успокоили.
– Так что вернемся к делу. Скажите, разве этот остров не принадлежит виндорам?
– Принадлежал ранее. Но на днях улкасы купили его. Не знаю уж, в результате какой сделки, но виндоры продали остров, самый близкий к Горной стране. Так что…