Защитник
Шрифт:
— Да, — я улыбаюсь, думая о том, насколько сильно он меня любит. — Он с самого начала просил уладить с тобой отношения. Истон все время говорил, что отдал бы все, чтобы еще раз увидеть свою маму, а я зря теряла время в ссоре с тобой, — сердце сжимается, когда просто говорю это вслух. — Он такой хороший человек.
— И где он? А Брэндон? Они прячутся? — спрашивает она и наливает мне бокал вина.
— Брэндон что-то показывает Истону в спортзале. Я думаю, он хотел дать нам немного времени, — сажусь и пью вино. — Я наняла нового телохранителя.
—
— Сэм тебе рассказал? — спрашиваю уже раздраженно. Он не должен был ничего говорить.
— Дорогая, сколько игр «Революции» этот человек был с тобой? Твоя семья распространяет сплетни быстрее, чем девочка-подросток. Теперь нам нужно поговорить о нескольких вещах, — она добавляет помидоры в большую тарелку с салатом, а затем откладывает ее в сторону, на ужин.
— Нужно, — соглашаюсь я.
— В «Сладком Искушении» ты сказала кое-что, о чем я никогда раньше не слышала, и мне нужно, чтобы мы обсудили это. Ты чувствовала, что должна кататься ради меня, Мэдлин? — ее голос дрожит, и я чувствую себя дерьмово, потому что это сказала.
— Нет, мама. У меня никогда не было ощущения, что ты заставила меня заняться фигурным катанием. Я каталась, потому что нравилось. Мне все еще нравится. Но ты сказала, что я запуталась, потому что не уверена, чем хочу заниматься прямо сейчас, и это задело. Я не думаю, что запуталась.
— Это так не похоже на тебя — не иметь цели. А потом ты поехала в Вегас, и Эверли выложила те фотографии, которые выглядели так плохо. И нам пришлось узнать, что ты замужем из социальных сетей. Просто все это очень сильно ударило по мне.
— Мне нравится думать, что я меняюсь прямо сейчас. Всю свою жизнь я готовилась к Олимпийским играм. Я пропустила так много вещей. И теперь мне больше не нужно тренироваться. Теперь я катаюсь, потому что хочу, без давления. Учу детей, потому что это весело. У меня больше денег, чем могла бы когда-либо потратить, и я не хочу больше ничего упустить, поэтому не спешу браться за работу, которая мне не нужна. Повезло, что могу потратить время на то, чтобы понять, чего хочу. Но единственное, в чем я абсолютно уверена — это Истон. Он тот, кого я хочу.
Я протягиваю руку через стойку и кладу на ее, зная, что это будет трудно услышать.
— Я никогда не была счастливее, чем с ним, но никто в этой семье не был рад за меня. Это больно. И что еще хуже, вы все пытались превратить Истона в плохого парня. Вы все должны были любить его, а вы отвернулись от него.
— Мэдлин, — мама отстраняется. — Мы не злились на него. Нам нужно было, чтобы ты помогла нам понять, что случилось. И не думаю, что кто-то из нас достаточно хорошо справился с тем, чтобы встретиться с вами вместе. Я скажу, что Ленни и Джул были на вашей стороне. Они молчали, пока мы разбирались в том, что происходит, но никогда не переставали меня огорчать. Беккет тоже. Не думай, что эта семья отвернется от этого человека. Мы все любим его. Но мы злились на
— Он хочет снова жениться на мне. На глазах у всех.
— Ой, — мама старается не выдать своих мыслей. — И чего ты хочешь?
— Я не хочу чего-то большого и пышного. Это не для меня, — честно говорю ей. — Мы уже женаты. Я действительно не вижу в этом смысла.
— Дело в том, принцесса, — Истон обнимает сзади, пугая меня, — что мы должны пообещать любить друг друга перед самыми важными людьми в нашей жизни. Джульетта сказала мне, что люди, которые нас любят, должны праздновать вместе с нами, — он смотрит на мою маму. — Привет, Эшлин.
Брэндон входит с едой на вынос.
— Мы едим здесь или в столовой?
— Здесь, — говорим мы с мамой одновременно.
— И так? Ну же, принцесса. Не заставляй меня умолять, — Истон падает на одно колено, и я пытаюсь поднять его обратно.
— Что ты делаешь?
— Мэдлин Кингстон Хейс. Я любил тебя, кажется, всю свою жизнь, и обещаю любить тебя, пока мы не состаримся и не поседеем. Ты выйдешь за меня? Снова? — добавляет он, и я смеюсь.
— Вставай, мальчик-хоккеист, — притягиваю его и прижимаюсь к нему губами. — Если действительно хочешь сделать это снова, то я выйду за тебя замуж.
Он поднимает меня над землей и прижимает к себе.
— Я люблю тебя, детка.
— Я тоже тебя люблю, ты, большой придурок. А теперь опусти меня.
Он ставит меня на ноги, и мама и Брэндон обнимают нас.
— Я всегда хотела спланировать твою свадьбу, — шепчет она.
— Маленькую, мама. Только семья и несколько друзей, — говорю ей.
Брэндон откашливается.
— Твоя семья немного больше для свадьбы обычного человека, гномик.
— Не напоминай мне.
Истон
Я отвожу Брэндона в сторону, пока Линди обнимает маму на прощание.
— Единственное, о чем сожалею, женившись на Линди в Вегасе — это то, что я не спросил сначала твоего разрешения.
— Она самостоятельная женщина. Мы оба это знаем. Тебе не нужно мое разрешение, и ты уже давно пользуешься моим уважением. В этом мире нет никого, с кем бы я предпочел бы, чтобы она провела свою жизнь, Истон. Будьте добры друг к другу. И будь готов — потому что ты может думаешь, что знаешь, что значит быть частью этой семьи, но не имеешь ни малейшего понятия на самом деле, пока не женишься на одной из них, — он похлопывает меня по спине. — Не говори, что я тебя не предупреждал.
Снег падает вокруг нас, пока мы идем к внедорожнику, и когда открываю дверь, Линди останавливается и целует меня.
— Как будто мы находимся в центре снежного шара.
— Думаю, да, а теперь залезай, пока не замерзла.
— Спасибо, что заставил меня прийти сюда сегодня вечером, Ис. Ты был прав. Мне нужно было это сделать. Знаю, как сильно ты скучаешь по своей маме, но я верю, что она присматривает за тобой и невероятно гордится тем мужчиной, которым ты являешься. Я знаю, что это так.