Защитник
Шрифт:
— Итак… может быть, не нужно говорить все, что приходит тебе в голову.
— Мне все равно, — ворчу я, а затем снова смотрю на Каллена. — Кто-нибудь знает, где Мэддокс?
— Расслабься, именинница. Сумасшедший ждет от меня сообщения. Он встретит нас, где бы мы ни остановились, — объявляет Каллен, прежде чем снова уткнуться лицом в большие сиськи хорошенькой рыжей девушки.
Я имею в виду, они реально огромные.
—
— Вижу что?
— Ее грудь. Я бы умерла за грудь такого размера, — ворчу я и смотрю на свою. — Может быть, мне стоит сделать пластику груди?
— Не смей, черт возьми, — рявкает Ис.
Я оборачиваюсь и наслаждаюсь ощущением другой руки Истона, скользнувшей к моей заднице.
— Во-первых, почему ты думаешь, что у тебя будет право голоса в том, что я буду делать со своим телом? И во-вторых…
Он слегка двигает рукой, прижимая свою щеку к моей. Он схватил своей большой ладонью мою задницу, которая, кстати, значительно лучше, чем мои сиськи. У меня отличная задница.
— Подожди… о чем я говорила?
Улыбка Истона смягчается.
— Ты обещала мне, что никогда не изменишь свое тело, потому что оно чертовски идеально именно таким, какое есть, — я практически ощущаю вкус виски в его дыхании, когда он наклоняется ближе, и хватка, которую держит на моей шее, сжимается, вызывая неконтролируемые мурашки, распространяющиеся по всей коже. — Ты чертовски совершенна, принцесса.
Я открываю рот для язвительного ответа, но сказать нечего. Никто никогда не называл меня совершенной. Вместо этого я соглашаюсь:
— Твоя рука на моей заднице, мальчик-хоккеист.
— Так и есть, — соглашается он. — Хочешь, чтобы я ее передвинул?
Автобус останавливается перед великолепным казино с красивым световым фонтаном, и все, кроме нас, начинают расходиться.
Мы с Истоном не двигаемся.
Брин и Кензи останавливаются перед нами и смотрят, как будто мы животные в зоопарке.
— Ребята, вы идете?
Истон качает головой.
— Все будет в порядке, если мы позже присоединимся?
Кензи пожимает плечами, и Бринли смотрит на свой телефон, затем снова на меня.
— Да, все хорошо. Ее приложение-трекер включено. Напиши, если тебе что-нибудь понадобится.
Как только они выходят из автобуса, я встаю и потягиваюсь,
— Пойдем со мной смотреть на огоньки. Мне нравится этот вид.
Он берет меня за руку и ведет к мосту.
— Что это было насчет приложения для отслеживания?
— У всех нас на телефонах есть приложения-трекеры, поэтому мы можем найти друг друга. Они пригодились на вечеринках во время учебы в колледже.
Ис достает мой телефон из кармана, подносит его к лицу, чтобы разблокировать, затем что-то делает с ним, а затем делает что-то со своим, прежде чем вернуть мой.
А я просто стою там, слегка растерянная, и позволяю ему это.
— Какого черта ты только что сделал, Истон Хейс?
— Я добавил себя в ваше приложение и загрузил его на свой телефон, — говорит он, как будто это самая нормальная вещь в мире.
— Почему ты так поступил? — спрашиваю, хотя мне даже нравится тот факт, что он это сделал.
Не упуская ни секунды, он берет мое лицо в свои руки и приближает свои губы к моим.
Так близко, но не соприкасаясь.
— Чтобы я всегда мог знать, что ты в безопасности.
В том, что делаю дальше, я могла бы винить алкоголь или энергию Лас-Вегаса, бурлящую между нами. Но и то, и другое было бы ложью. На самом деле я просто хочу это сделать.
Я приподнимаюсь на цыпочках, сокращая расстояние, и прижимаюсь губами к его, и…
О. Мой. Бог.
Они идеальны. Большие, мягкие и невероятно вкусные.
Электричество между нами искрится, воспламеняется и освещает каждое нервное окончание, как световое шоу в Лас-Вегасе.
Истон берет на себя управление, наклоняет мою голову и углубляет поцелуй, и мне кажется, что время и пространство перестают существовать.
Я провожу рукой по его волосам, прижимаясь к нему, желая почувствовать его больше, каждый дюйм тела. Его эрекция прижимается ко мне, и я стону.
Он облизывает мой рот и, клянусь Богом, рычит, прислоняя меня спиной к перилам. Рычит. Как будто его реакция инстинктивная. Первобытная.
— Истон, — шепчу ему в губы, вытаскивая себя из этого наполненного похотью тумана. — Что… Что мы делаем?
Ис делает шаг назад и смотрит на меня напряженно минуту, затем снова хватает мое лицо и прижимается своими губами к моим.