Защитник для Хранителя
Шрифт:
— Посмотрим!
Громко хлопнула дверь. Ника с размаху села на кровать, растеряно глядя в пространство. Уголёк жалобно заскулил, вскочил с коврика, с которого настороженно следил за Алекшаном. Он подбежал к Нике и положил на колени голову, с сочувствием заглядывая ей в лицо. Ника с облегчением запустила в чёрную шерсть руки. Стало легче, даже силы, казалось, прибавились.
Поговорили, называется! Ну что ж, сегодня она не в том состоянии, чтобы настоять на своём, но завтра поступит по-своему. Алекшан не прав. Её дом не здесь, не в империи. Все родные и близкие в Златоцветье, в Златограде. В городе, который пленил с
Повеяло обидой.
— Прости, Цитадель, — попросила Ника, виновато обводя комнату взглядом. — Ты мне очень нравишься, ты близка мне, ты понимаешь меня, но душа и сердце мои принадлежат Златоцветью.
Тёплое понимание и поддержка окутали её. Цитадель не собиралась ей препятствовать и готова отпустить. Вот бы её примеру последовал так называемый старший брат!
— Спасибо, — улыбнулась Ника. — Я обязательно буду приходить в гости.
Решительно встала. Удивительно, но слабость прошла. То ли прикосновение к Угольку подействовало, то ли Цитадель поспособствовала. Ну что ж, нужно изведать обстановку и решить, что можно предпринять. Открыла дверь комнаты и остановилась. Уголёк зарычал, пришлось схватить его за загривок, чтобы не напал на заступивших ей дорогу стражей. Два молодых крепких оборотня смущённо переминались с ноги на ноги, но отступать не собирались.
— Ну? — вопросительно приподняла Ника брови, требуя объяснения. А внутри начинала закипать. Алекшан решил сделать её пленницей? В замке, который, как этот шаршанин уверял, принадлежит ей?
Оборотни переглянулись. И один с поклоном соизволил почтительно объяснить:
— Простите, повелительница. Серый Лорд приказал не выпускать вас из комнаты.
— А если я прикажу иное?
— Мы личная гвардия Лорда, мы в первую очередь подчиняемся ему.
— Вот значит как…
Ника захлопнула дверь перед стражами и кругами зашагала по комнате.
Да как он смеет?! И кто, спрашивается, после этого правитель империи? Неужто этот проклятый Лорд вознамерился просто напросто использовать её как символ, а править сам? Власти ему захотелось?
Вырвался смешок. А не она ли уверяла, что ей эта империя на фиг не нужна? А тут возмущается, что кто-то не подчиняется ей.
Злата! Какой бы это был отличный выход, если бы Алекшан и впрямь занял её место и отпустил на все четыре стороны. Но, судя по всему, с выбором НатЭля в империи не спорят.
Оставаться в этой стране она не намерена!
Ника вышла в оранжерею. Розы потянулись к ней, успокаивающе прикасаясь. За окнами — пропасть. Ника собирается вырваться из Цитадели, но не умереть! Остальные двери в смежные комнаты заперты, сквозь них и впрямь не пройти. Единственный выход — дверь, за которой стоит стража.
Всё предусмотрел, гад!
Короткий стук в дверь заставил вернуться в комнату. Дверь открылась, и в комнату вошла красивая вампирша с длинными роскошными чёрными волосами. Лишь глаза, поблескивающие алым, портили впечатление. В руках вампирши был поднос с блюдами, над которыми поднимался ароматным пар. Желудок бурчанием напомнил о себе. Вампирша молча поставила поднос на стол рядом с дверью в оранжерею и присела в реверансе, почтительно склонив голову.
— Эльшани, можешь быть свободна! — повелела леди Милава, входя в комнату. — Я сама позабочусь о нашей повелительнице.
— Как скажите,
Вампирша исчезла за дверью. Ника настороженно наблюдала за леди. Неужто и она начнёт уговаривать остаться в империи? Леди окинула Нику ласковым и печальным взглядом серо-зелёных глаз.
— Девочка моя, тебя ведь не отговорить?
— Мой дом там! — непреклонно вскинула подбородок.
— Понимаю, — вздохнула леди. — Я ведь тоже когда-то покинула место, где родилась, и последовала за зовом любви… Ничуть об этом не жалею! Я любила и была любима. Пусть и недолго. Но воспоминания об этих годах помогли выдержать все девятнадцать лет под властью Карашана. Я полюбила империю. Она стала мне домом, а тебя вот Златоцветье захватило в свой плен. Алек просил меня воздействовать на тебя, надавить на чувство долга. Но я-то знаю… силой тебя здесь не удержать. Ты нас в конце концов возненавидишь!.. Я… мы поможем тебе бежать.
Ника невольно с надеждой шагнула к леди:
— Правда?
Милава улыбнулась, кивком подтвердила свои слова и показала на стол с едой.
— Поешь, тебе понадобятся силы. Дорога не близкая. Я пока расскажу, что и как сделаем, — вытащила из-за складок пышного платья широкий янтарный браслет, состоящий из двух отдельных половинок. На каждой были выведены непонятные иероглифы. — Это символ власти повелителей Шаршанской империи. Я забрала его из сокровищницы. Карашана он так и не принял. Ивашан и Алекшан планируют провести коронацию завтра. На самом деле она и не нужна. Тебе лишь нужно надеть этот браслет…
— Но… — попыталась возразить Ника.
Взмах руки леди остановил её.
— Это моё единственное условие. Для империи главное, что повелитель существует, что он принял символ власти, а где находится, не так уж важно. Главное он в Златомирье, а не на Земле. Империей может спокойно править твоей наместник. Тот, кому ты доверишь свою страну.
Ника нахмурилась. Конечно, принимать браслет ей не хотелось, но если только так можно обрести свободу — значит, так тому и быть. А вот кого оставить вместо себя…
— Наместником я назначу Алекшана! Раз уж он так дрожит над своей империей, то пусть в полном праве правит ею.
Милава покачала головой.
— Малышка моя, ты ему дороже, чем империя…
— Когда кто-то дорог, то к его желаниям прислушиваешься!
— Не буду тратить время на споры, хотя ты сейчас и не права. Поела? — протянула браслет. — Надевай на правую руку!
Ника взяла половинки браслета. Тёплые, приятные на ощупь. Но пробовать надеть не спешила. Вырвался тихий вопрос:
— Неужто и впрямь я не могу отказаться от титула и передать Алекшану?
— Нет! В Шаршанской империи переход власти осуществляется только после смерти предыдущего повелителя. Умирать, надеюсь, ты не собираешься?
После того как избежала, казалось, неминуемой смерти? Нет, конечно! Она собирается жить и стать счастливой!
С тяжёлым вздохом Ника приложила к руке одну половинку браслета, приблизила вторую. Она выскользнула из ладони и соединилась с первой. Браслет тихо щёлкнул и вспыхнул, обжигая. Ника вскрикнула и в ошеломлении замерла. Браслет словно растворился в коже, оставив едва видимую татуировку на запястье. По всему телу прошла приятная волна тепла. Ника мысленно коснулась девяти удивленных сознаний, среди которых одно было знакомо — Ивашан. Главы девяти высших родов?