Зараза (ЛП)
Шрифт:
Элли издает звук, который, откровенно говоря, звучит как нечто среднее между визгом свиньи и воплем тонущего кота. Но что бы то ни было, это заставляет меня рассмеяться. Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на нее.
Что в ней такого? Что заставляет каждую её отличительную черту казаться такой невероятно очаровательной? Я обожаю в ней то, что обычно раздражает меня в других. Я превращаюсь в вечно смеющегося идиота рядом с ней. Беспокоюсь о том, чтобы не задеть ее чувства или не быть слишком резким с ней. Черт, я ем мороженое как девчонка с ПМС! Просто не понимаю. Что дальше? Мы будем смотреть новые фильмы Николаса Спаркса и вытирать друг другу
– Ты ведь не слишком замерзла для мороженого, да?
Элли яростно мотает головой.
– Черт, нет. Даже если я буду на дрейфующем айсберге в Антарктиде кататься с пингвинами на коньках, я все равно не откажусь от мороженого.
Я беру пинту мороженого, пару ложек и вручаю ей одну. Она погружает свою ложку в сливочную массу, и я быстро следую её примеру. Зачерпнув мороженого, Элли протягивает ко мне ложку.
– Ваше здоровье!
Мы чокаемся нашими ложками и поглощаем сливочно-мятную массу с шоколадной стружкой, мыча от удовольствия.
– Итак... Если бы тебе пришлось отказаться от чего-то одного, что бы ты выбрал –слух или зрение?
– спрашивает она, зачерпывая еще мороженого.
– Это легко. Я бы отказался от слуха.
– Аргументы?
– Ну, во-первых, ты можешь общаться, даже если ты глухой. Можно подавать знаки или читать по губам. И давай посмотрим правде в глаза - мы живем в век высоких технологий. Я могу просто написать тебе или скинуть фотку в Инстаграмме.
– Да, но ты никогда не услышишь звуки музыки. Никогда не услышишь смех ребенка или как кто-то говорит "Я люблю тебя". Так много всего окажется недоступно.
Я смотрю на нее, пытаясь рассмотреть. Пытаюсь заставить ее рассмотреть меня.
– Но не увидеть, как темнеет небо на закате, или миллион звезд, горящих в бескрайнем небе... Технологии не властны над всем этим. Невозможно сделать улыбку такой живой и яркой, что нельзя не улыбнуться в ответ, даже когда ты этого не хочешь. Ничто не заменит истинную красоту. Конечно, можно попытаться, но я не смогу в точности воссоздать оттенок твоих огненно-красных волос. Или форму светло-коричневых веснушек у тебя на носу. Или же то, как от настроения меняется цвет твоих глаз с голубого на зеленый. Невозможно подделать то, что было создано самой природой. Эта красота не нуждается ни в звуках, ни в словах, ни даже в музыке. Ей не нужно ничего лишнего. Все лишнее лишь погубит её.
Она молчит, и я тоже. Я сказал уже достаточно. Даже слишком. В конце концов, мы продолжаем есть, и в воздухе повисает гнетущая тишина. Знаю, ей интересно, что только что произошло - черт, мне и самому это интересно. Но уверен я лишь в одном. Я перешел черту. И, что бы это ни было... В этом была доля правды.
– Ох, уже поздно, - наконец говорит она, нарушая молчание. Элли смотрит на меня, вопросительно поднимая бровь.
– Оставим остальное на следующий раз?
– Конечно, - киваю я, думая о том, будет ли этот следующий раз.
Я дал ей сумку, чтобы она смогла сложить туда свою мокрую одежду, и проводил до двери. Перед тем, как переступить порог, Эллисон оборачивается.
– Кстати, я бы сделала тот же выбор, - говорит она и уходит, оставив мне свою улыбку. Она не сказала до свидания. Может быть, часть её никогда и не уходила.
ОЩУЩЕНИЕ
Сегодня в выпуске: скандальное видео со знаменитым плейбоем Эваном Карром и его новой знакомой.
Черт.
Черт, черт, черт.
Я достаю свой телефон, но он начинает звонить еще до того, как я успеваю набрать номер.
– Ты слышал новости?
Без предисловий, сразу к делу. Мой пресс-агент Хайди как всегда прямолинейна. Неудивительно, что она уже в курсе. Я плачу ей целое состояние, чтобы истории подобные этой не попали в долбаные ток-шоу, которые вытащат все это дерьмо наружу. Пока за пределами моего оазиса все тихо, я спокойно могу делать свою работу. Но если что-то пойдет не так и мои подопечные узнают об этом, мы рискуем потерять наших клиентов. Главное, моя анонимность окажется под угрозой. Одной из задач Хайди является сохранить в тайне, кто я такой. На самом деле, никто из них не видел меня до начала обучения и все они обязаны подписать соглашение о неразглашении, чтобы предотвратить утечку информации.
– Да, - почти простонал я в трубку. Порой непросто сохранить подобное втайне от прессы, но сам факт того, что это произошло с Эллисон ... черт. Черт, черт, черт.
– Как будем действовать? – спрашивает Хайди.
В любом другом случае я бы решил, что стоит Кардашян (прим. Ким Кардашян - американская звезда реалити-шоу, актриса, фотомодель, светская львица) чихнуть и эту историю мигом сдует с первых страниц газет и журналов. Но не в этот раз. Семья Карр с их положением в обществе является главным источников сплетен и скандалов. И этот ублюдок Эван только подливает масла в огонь, засовывая свой член каждую неделю в новую телку.
– Свяжись с его пиар-менеджером, но держись в тени. Нельзя допустить, чтобы СМИ почуяли запах крови, и мы должны быть уверены, что это не причинит вреда Эллисон.
– Эллисон?
– Я слышу нотки удивления в голосе Хайди. Она очень умна и знает, что не в моих правилах проявлять фамильярность в обращении к клиентам. Она такая же хищница, как и я. Хищники не теряют бдительность. И не делают ошибок.
– Миссис Карр. Ты знаешь, кого я, блять, имею в виду, - жестко отвечаю я. Я все еще хищник. Несмотря на то, каким беспечным и счастливым Элиссон заставляет меня себя чувствовать, я хищник, черт возьми.
– Ладно. Это не было бы проблемой, если бы ты хоть иногда меня слушал. Как много раз я тебе говори ...
Я нажимаю "отбой".
Только не сейчас. Мне это не нужно. И Элиссон тоже. Тот факт, что её брак рушится, пока мы тут вместе едим мороженое и болтаем обо всем на свете, заставляет меня чувствовать себя отчасти виноватым. Но не достаточно виноватым, чтобы остановиться.
Одеваюсь и направляюсь в главный дом. Я полон решимости сделать все, лишь бы она никогда не прошла через это унижение снова. Я готов вознести её на вершину сексуальности, лишь бы уберечь от боли.