Запретные игры
Шрифт:
Дальше так же идем в тишине.Я совсем не понимаю мотивов Немирова, а он не хочет их раскрывать.
— Это твой жених? — сразу же спрашивает брат, выбегая с спортивного зала и оглядывая нас с Давидом. — Ничего такой.
— Рома, помолчи, — строго отчитываю брата. — На который час у тебя стоматолог?
— Его отменили. Разве папа тебе не сказал? — вопросительно поднимает на меня взгляд. — У него там это..Жена рожает вроде, — смешно морщиться. — И вообще, где твои манеры, сестрица? — возмущается он и подходит к Немирову, протягивая руку. —
— Давид, — на его губах возникает ухмылка, когда они пожимают руки.
— Не обращай внимания на нее, — бросает взгляд в мою сторону. — Сама бестактность.
— Рома, если ты сейчас не замолчишь, то будешь мыть посуду до самого своего совершеннолетия, — злюсь на него, потому что он ведет себя так в присутствии Немирова.
— Уж нет, сестрица, — смеется брат. — Я уже совсем скоро стану известным боксером, куплю свой дом и найму домработницу.
Вот же мелкий паршивец.
— Пойдемте, — опустив взгляд, начинаю двигаться в сторону дома.
Снег, без конца летящий в лицо, начинает раздражать.
Рома всю дорогу рассказывает Давиду про свои занятия боксом, а тот внимательно его слушает и задает наводящие вопросы.
— Если у меня будет стрелка за старшаками, я могу позвать тебя на подмогу? — этот вопрос Рома задает уже перед нашим подъездом.
— Доморощенный бандит, — даю ему легкий подзатыльник. — Шагом марш домой. И сразу же за уроки.
— С тобой каши не сваришь, сестрица, — он обиженно потирает затылок. — До связи Давид. Ты отличный парень. А ты давай, не прогавь момент, — спешно добавляет он, бросая на меня взгляд и скрываясь в подъезде.
— Спасибо за помощь, — искренне произношу я. — Сегодня она была, как никогда кстати.
— Спокойно ночи, Дарина, — единственное, что произносит Давид, прежде чем развернуться и уйти.
До чертиков странный парень. Я по-прежнему не знаю, чего можно от него ожидать.
Пару секунд смотрю на его удаляющуюся спину, после чего захожу в подъезд.
Поднимаюсь на свой этаж, и вижу, что Рома ещё не зашел в квартиру.
— А ты чего здесь? — удивляюсь я.
— Да тут коробка, — показывает то, что держит в руках. — Написано, что для тебя. Ушлая сестрица у меня. С одним гуляет, от другого подарки получает.
Забираю у него коробочку и открываю входную дверь.
— Давай за уроки, — напоминаю ему.
— Какой там, — возмущается Рома. — Мне же интересно, какой подгон тебе сделали.
— Обязательно узнаешь, — обещаю ему. — Когда перестанешь нести бред при посторонних людях и начнешь фильтровать базар, — говорю на понятном ему языке.
— Кто посторонний? Твой жених? — удивленно приподнимает брови.
— Шуруй в свою комнату, — тяжело вздыхая, прошу я. — У меня с тобой скоро нервный тик случится.
Сама иду в свою спальню. Присаживаюсь на кровать, прежде, чем открыть коробочку.
Никакой подписи на ней нет, лишь мое имя, написанное красной ручкой, и я даже предположить не могу, от кого она.
Липкое чувство
То, что я нахожу в коробочке указывает на то, что моя жизнь может вот вот рухнуть.
Ко всему прочему нахожу записку.
“Ну что? Теперь, кажется, мы можем обсудить план действий. Достаточная мотивация, тебе не кажется? Все, что тебе нужно, Дарина, это признаться в том, что подкуп учителей - твоих рук дело. Тогда вся информация, хранящаяся в этой коробочке, не окажется у твоего отца. И да, о поддельных оценках он ещё не в курсе. Можешь поблагодарить за это. Но если ты не придешь к директору с чистосердечным признанием в течении этой недели, будет в курсе. Не сомневайся”
Сердце так сильно вырывается из груди, а на глазах выступают слезы.
Мне казалось, что не может стать хуже.
Оказывается, может.
Ведь то, что я вижу в коробке, намного весомее каких-то поддельных оценок.
Как этот человек смог узнать об этом? Это невозможно.
Я перечитываю записку тысячу раз.
Чувство безысходности такое сильное, что я совсем теряю надежду…Не чувствую в себе сил противостоять этому.
“У тебя все хорошо? Почему не отвечаешь?” — приходит сообщение от инкогнито, отвлекая меня от навязчивых мыслей и от записки.
Лишь тогда бросаю взгляд на время и замечаю, что просидела так несколько часов.
Двадцать три пятьдесят семь.
Не отвечаю ему ничего. Вместо этого ищу в сообщениях нужный номер.
“Я согласна стать твоей девушкой. Но мне нужна помощь” — пишу дрожащими пальцами и нажимаю отправить.
Моя жизнь вот вот разрушится. И я должна приложить все усилия, чтобы предотвратить это.
Даже если последствия окажутся более ужасными. Я готова.
8
Волнение сжимает мое сердце, когда я жду ответа на своё сообщение. Наверное, я уже совершила слишком много ошибок, чтобы рассчитывать на помощь. Однако я больше не могу справляться с этим сама. Вся жизнь, в которую я так верила, вот-вот обрушится, и мне необходима поддержка, чтобы сохранить последние остатки надежды, разрушающейся с каждой секундой.
Я столько раз отказала Немирову. Даже сегодня прямо сказала о том, что никогда не воспользуюсь его помощью.
Вечером Давид наглядно показал, какое влияние имеет и что это действительно может мне помочь.
Но согласится ли он теперь? Когда я написала ему за три минуты до истечения его предложения.
Замирает мгновение, когда мой телефон издает звук уведомления. Волнение заполняет каждую клеточку моего тела, и я нервно прикладываю палец к экрану с новым сообщением.
"Расскажи мне всё. Всегда можешь на меня рассчитывать", – несколько раз перечитываю эти строки.