Заповеди Леси

Михайлюк Ирина

— Не думай, что я тебя не знаю. Я понимаю тебя намного лучше, чем кто-либо, — он уводил разговор в другую сторону. Мне было интересно, встречались ли мы до этого в жизни, а не его познание обо мне, как о личности.

Эрик провёл пальцем по моим губам. Затем подошёл ко мне ближе. Он об-хватил ладонью мою шею. Мне показалось, что ещё немного, и он меня удушит. Но нет, он просто смотрел мне в глаза. Второй рукой гладил мои волосы.

— И почему же ты понимаешь меня больше, чем другие? — мои мысли разбре-дались в разные стороны. И я не

могла собраться. Лучше бы он перестал дотрагиваться до меня так, как никто другой никогда ко мне не прикасался.

Никто, кроме Ромы. Но его прикосновения никогда не сводили меня с ума.

— На этот вопрос я затрудняюсь ответить.

Эти прикосновения казались неправильными, будто они могли разрушить щит, отделяющий меня от внешнего мира. Я не могла стать уязвимой. Но столько соблазна, когда рядом со мной Эрик, — стать слабой. Почувствовать себя нужной и защищенной. Жаль, что эти чувства не вечны. Жаль, что потом может прийти разочарование.

Но его глаза лишили меня возможности думать, я не могла пошевелить и пальцем.

Этот парень завораживал меня. Он был опасным, он был хищником, а я по-тенциальной добычей. Но это беспокоило меня меньше всего. Незначительная вещь, определённо.

Эрик отпустил меня и отошёл в сторону, а я ощутила странную пустоту.

Я боялась того, что не могла отвести глаз от него. Он пробудил во мне лю-бопытство, и оно вытеснило страх.

Эрик посмотрел на звёздное небо.

— Зачем ты делаешь это? — я пыталась собраться. Пыталась избавиться от чар, которыми он околдовал меня. Но это было всё равно, что пытаться свернуть гору голыми руками. Бесполезно.

— Делаю, что? — его голос стал ещё более притягательным. Он искушал меня. И это было так соблазнительно, поддаться искушению. Меня так и тянуло забыть о том, кто такой Эрик. Пустить свою жизнь на самотёк. Но я понимала, что никогда не сделаю этого.

— Ты пытаешься меня соблазнить, а это дохлый номер.

Парень бросил на меня проницательный взгляд.

Он явно обдумывал свой ответ. А когда, наконец, слова полились из его рта, я почувствовала холод.

— Знаешь, я бы не советовал тебе говорить таких слов. Мы здесь совер-шенно одни, и я могу сделать с тобой всё, что мне вздумается, — он неожиданно оказался слишком близко, я ощутила опасность, исходившую от него.

— Я думаю, что ты давно мог бы причинить мне самый настоящий вред. Если ты такой крутой и бесстрашный, то почему медлишь? Быть может, потому что в тебе больше человеческого, чем тебе хочется признать? Или быть может, потому, что тебе что-то от меня нужно? — я явно перегибала палку. Глаза Эрика горели мрачным огнем, когда его пальцы сомкнулись на моей шее.

— И что теперь думаешь? Я могу изнасиловать тебя, а потом убить. И ни-кто мне ничего не сделает, твоего исчезновения, даже никто, кроме твоего брата, не заметит…

Тогда я испугалась. Он говорил так… В общем, я сразу же поняла, что он был способен убить меня.

Чудовище. В них нет ничего человеческого.

Всё, что я могла принять за каплю доброты в нём, было ложью.

Эрик отпустил меня. Я с жадностью хватал ртом воздух, никак не веря в то, что осталась жива.

— Ты разочарована во мне, Злата?

— Как я могу разочароваться в тебе, если ничего от тебя не ожидала?

— Тебе повезло, что я ещё не потерял рассудок. Я не причиню тебе вреда, се-годня, так что расслабься.

Его слова не успокоили меня. Я еле сдерживалась, чтобы не расплакаться. Но мысль о том, что кто-то увидит мою слабость, привела меня в чувство.

— Искупаемся? — меня показалось, что его голос дрогнул. Хотя, если он и со-жалел о случившемся, то всячески скрывал это. Извинений мне было не дож-даться.

Его предложение застало меня врасплох. На самом деле мне очень хоте-лось окунуться в воду, почувствовать её власть над собой. Плавание всегда успо-каивало меня.

Но одно присутствие Эрика теперь пугало. В голове промелькнула мысль: а уж не собирается ли он утопить меня в озере?

— Ты серьёзно? — как же я надеялась, что он пошутил.

— А почему бы и нет? — он вопросительно поднял бровь.

— Знаешь, я одета как-то не для купания, — парень окинул взглядом мою оде-жду. Мне стало не по себе от того, как пристально он меня рассматривает, будто оценивает. Я вся съёжилась, и отчего-то почувствовала себя полностью го-лой.

Прекрати таращиться на меня, иначе опять стукну.

Даже поразительно, откуда в моей голове берутся иногда такие мысли.

— Сойдёт, — сказал парень. Не знаю только, что он имел в виду: мою оде-жду или меня саму.

— Но знаешь, как-то это всё странно, — заключила я.

— Что? — моя фраза озадачила его, а я подавила смешок. И этот человек ут-верждал, что понимает меня лучше, чем другие?

— Ты угрожал мне всего лишь несколько минут назад, — рассудок всё же ино-гда подавал свой голос.

— Так возвращайся в безопасное гнёздышко, я тебя не держу, — он выжи-дающе посмотрел на меня.

И правда, что меня здесь держит? Он ведь действительно не пытается меня остановить. Нужно уходить. Не делай глупостей, Злата.

— Я согласна. Почему бы и не искупаться?

Лицо Эрика озарила улыбка, он словно выиграл спор с кем-то. Хотя мне кажется, он знал, что я соглашусь. Каким-то чудесным образом он предугадывал все мои действия.

Это пугало…

И одновременно притягивало.

Эрик начал раздеваться, а я отчего-то смутилась. Возможно, я недооценила влияния его внешности на меня. Но именно тогда я поняла, какую власть она имеет надо мной. Эрик был слишком привлекателен, и это смущало.

Я спустилась с утёса, затем стянула с себя футболку брата, в которой спала, и, оставшись в одном темном нижнем белье, стала подходить к озеру, пока всякие глупые мысли окончательно не затуманили мою голову.